Мой НЕлюбимый муж-ДРАКОН (СИ)

***
Я не сразу осознала, что произошло. Не могла понять, когда успела добраться до кровати. А я определенно в ней… Но в своей ли?
Муж смотрел мимо меня белый, как смерть, и играл желваками. Глаза горели янтарем. Сзади топталась рабыня с кувшином, она, явно, вошла не вовремя.
— Что… что происходит… — прошептала непослушным голосом, ощущая, что во что-то влипла. Прижала к груди шелковое покрывало взмокшими от страха ладонями.
— Велес! Вставай, крылатая скотина, — голос Дрейка звенел отчаяньем.
Я оглянулась. Рядом из-под одеяла показалась лохматая голова…
— Френер!
Дрейк чуть пошатнулся.
Велес ворвался в комнату и плотно сжал неожиданно потерявшие яркость губы.
— Уведите ее и позаботьтесь о конфиденциальности, — распорядился управляющему по поводу рабыни.
— Это не то, что ты думаешь! — вскрикнула я, осознав происходящее.
— Да нет, это именно то самое… — подал, наконец, голос Френер. И сверкнул красным заревом зрачков.
Велес бросил на меня печальный взгляд, выводя мужа из комнаты. В этот раз Дрейк ничего не предъявлял и не кидался, как обычно, с кулаками на обидчика. Только посмотрел на Френера… с такой болью, отчего у меня сжалось сердце. Но ещё больше меня пугало то, что в мою сторону он совсем не поворачивал головы. Будто я стала пустым местом.
— Дрейк, — все еще прижимая к груди покрывало, кинулась было с кровати, но Френер перехватил меня за локоток. Дверь покоев захлопнулась.
— Лучше не стоит.
— Убери от меня свои грязные лапы! — произнесла сквозь зубы.
— А час назад говорила по-другому…
— Ты опоил меня! Я ничего не помню, — прошипела, пылая от гнева.
— Да там особо и нечего вспоминать, — хмыкнул Френер.
— Да как ты смеешь! — вспыхнула, задирая голову.
— Дана, прекрати тискать одеяло, ведь под ним у тебя платье. Но я бы посоветовал надеть поверх него что-нибудь не столь откровенное, если надумаешь выйти куда-нибудь дальше своей спальни.
Он смел смеяться надо мной!
— Значит, я права — ничего между нами не было! — вскрикнула радостно и хотела побежать за супругом, но ледяной тон Френера остудил мой пыл.
— Да, это так, я просто полежал рядом, пока ты отлично отоспалась, выпив отвара из сон-травы. Но такой собственник, как Дрейк, никогда тебе не поверит…
В его словах была истина, я резко развернулась:
— Но зачем тебе это, Френер?! Ты все еще считаешь, что во всех бедах наших стран виновата я, и мстишь? Или твоя страсть ко мне не утешилась ностальгией о единственном поцелуе и поеданием пломбира?
— Дана, я хочу, чтоб ты знала: те слова, что сказал в саду, были правдой… — молвил он, опустив черную голову.
— О том, что Север — чертоги варваров, а я…
— Нет, о том, что ты мне нравишься, — перебил принц.
— Ты умело это доказываешь.
— Все дело в предсказании, Даника, я нашел его. Это свиток одиннадцатого века, и я сверил — все, что в нём написано, уже произошло. Осталось последнее сказание, и оно звучит слово в слово так, как говорил Люций. Я, правда, корил себя, что не решился сам на эту свадьбу…
— Я бы все равно выбрала Дрейка. Он мой истинный, — отчеканила, пытаясь смотреть максимально презрительно, как только могла.
— Да, но это не важно, пойми, — я буду на месте твоего мужа или Дрейк, — северянке из твоего рода и южанину из моего вместе быть не судьба. Мы не можем рисковать жизнями своих народов, — его голос смягчился.
Принц сделал ко мне шаг, я покосилась на дверь и подвинулась ближе к ней.
— Только Дрейк слишком эгоистичен. Мой брат не откажется от тебя, но мы короли, наше предназначение не в личном счастье, а в служении гражданам. Те привилегии, что мы получаем за это…
— …ничтожно малы…
— Это так. Однако, повторю, не мы выбираем судьбу, она уже сделала за нас этот выбор. Даника, я рад, что ты не успела полюбить моего брата и он тебя…
— С чего ты взял? Успела, — хотела быть твердой, но едва сдержалась, чтоб не разреветься. Мой голос дрогнул.
— Что еще раз говорит о том, что я все сделал правильно. Некоторым не суждено любить.
Френер вздохнул и поднял голову.
 
— Ты путаешь тру́сов с патриотами. Себя с Дрейком! Не разобрался до конца и разрушил жизнь брата! И мою…
— Ты поймешь, что все к лучшему. А доказательства не раздобыть через столько веков. Не хочу, чтоб ими стали смерти невинных…
Наглец схватил меня за плечо, но я плюнула ему в лицо! И кинулась из покоев.
Дрейк! Мне нужно найти мужа и рассказать обо всем. А поверит он или нет… Эта проблема будет решаться по ходу дела.
— Дана! — Велес подхватил меня за руку и оттащил за угол.
— Это все Френер, клянусь!
— Это правильная отговорка, поверь человеку, который не раз разбивал сердца. Отрицать до последнего — единственный выход. Но он ведет в никуда, — грустно прошептал принц.
— Ты не понимаешь…
— Вот это ты зря. Там, где ты училась изменять, я преподавал.
— Между нами ничего не было! — вскипела, топнув ногой. — Твой брат подставил меня.
И я рассказала о предсказании.
— Звучит, будто сочиняла на ходу, Дрейк никогда не поверит в такой бред. Ведь Френер — самый не суеверный дракон на свете.
— Пусти меня к мужу, — процедила, вырываясь.
— Дана, он хочет с тобой развестись.
…Ну вот, то, о чем всё время грезила, случилось. Теперь я этого не желала, и слова Велеса были подобны лавине снега, обрушившейся мне на голову. Моя настойчивость прояснить ситуацию исчезла.
— Нужно решить, как организовать расторжение брака, ведь, узнай обо всем твой отец, и до войны не далеко. Дана, верь, ты не уйдешь, обделённая кровом и средствами, но обо всем этом лучше подумать завтра. Пойди, поспи, — Велес погладил меня по голове, слегка прижал к груди, наверное, думал, что расплачусь, но слезы не шли, как бы ни старалась.
Словно в тумане, он провел меня в мои покои, и я вздрогнула, когда осталась в одинокой комнате. Дрейк больше сюда не зайдет. Никогда. Я не смела опуститься на перину.
По поводу отца Велес прав. Раньше я не думала о подданных, но слова треклятого Френера пробудили во мне мысли о них.
Короли не переживают, когда сделали свою работу плохо, а именно — не нашли компромисс. Они просто устраивают войны, и ответственными за их ошибки становятся поданные.
Наш мирный союз слишком шаток, я не рискну возвращаться. Но и жить в замке, видя каждый день мужа, не имея возможности быть рядом с ним, это пытка самоудушения.
Нервно заходила из угла в угол. И на развод не приду! Ноги откажут… Остается один выход — не быть обузой. Я смогу врать брату, что все в порядке, созвониться через зеркало — не проблема, а рассказать правду Иоасы не посмеют. Уверена, пока Эрик сам не спросит. Бежать! Вот что я должна делать.
А мне этого и хотелось больше всего, не к Дрейку, так от него. Я переоблачилась в наряд служанки, а большего брать не смела, только дневник прабабушки, все-таки это мое наследство.
В платье рабыни, как и раньше, я, никем не замеченной, легко проскользнула вниз, даже сумела издали разглядеть силуэт супруга. Муж стоял, глядя в никуда и обнимая собственные плечи. Уверена, скоро к этим объятиям присоединится и Белинда. А что? Эльфийка не будет терять времени, ведь в этом королевстве теперь я́ прославлюсь, как куртизанка, а не она. Нет, снова терпеть интриги не намерена. Но и губить южан, которые в большинстве своем меня презирали, все равно не хотелось.
Моя гнедая лошадка была рада мне, а я ей. Наверное, единственная, кто меня и в самом деле любил. Ну, и Бильбао, он увязался следом, но я пресекла попытку миграции пса. Не могу отнять у Дрейка ещё и его…
Через подкоп лошадь не провести, но ведь супруг научил меня открывать двери заклятием, хоть что-то пригодится из моих магических недоуроков…
Лишь бы мимо пробежала хоть какая-то садовая крыса, которая одолжит мне часть своих сил…
Напоследок оглянулась, там в окне невидящим взором вдаль глядел еще один крыс — Френер. И хоть у него была своя правда — в этот момент я его поистине ненавидела.