Пекарня Чудсов. Чудеса на десерт

– Мы испытывали новый рецепт. И что-то пошло не так.
– Наверное, потому, что я опоздал с грецкими орехами, – сказал Девин, встряхнув пакет.
И в это самое мгновение на кухню вбежал Чип с мобильным телефоном в руке. Он открыл рот, но не смог произнести ни слова.
– Чип, что такое? – спросила Роз. Сердце у нее вдруг забилось так, что она разом забыла и про тетю Лили в мучном видении, и про Девина в дверях. Чип никогда не падал духом, никогда не терял самообладания, никогда не выглядел так, как сейчас. Он в панике, поняла Роз.
  
– Это ваши родители, – сказал Чип, хватая воздух ртом. – Их арестовали!
 
Глава 3. Круллеры забвения
 
– Арестовали? – закричала Роз. – Но за что?
– Власти решили, что Чудсы террористы!
Чип машинально мерил шагами кухню, оставляя на полу, усыпанном мукой, следы сорок восьмого размера. Лик с метлой в руках ходила за ним хвостом.
– Ваши родители пытались проникнуть на какую-то конференцию МККС в Вашингтоне, и их схватила секретная служба. Утверждают, что они пытались пронести внутрь подозрительный сверток.
МККС. Роза вспомнила плакат на кухне у тети Лили. Скорее всего, она приложила руку к аресту родителей.
– С ума сойти, – сказал Девин. – С чего они приняли пару пекарей за террористов?
Роз бросила взгляд на Девина. Простая жизнь, которую она представляла себе несколько часов назад, исчезла в облаке мучной пыли. Сейчас они с Девином должны были бы сидеть в кино с большим ведром сладкого попкорна. Они бы одновременно потянулись за попкорном, и рука Девина задела бы ее руку…
Этого никогда не будет.
Родители попали в беду, и у Роз не было времени упиваться жалостью к себе. На всем свете только один пекарь мог остановить тетю Лили – сама Розмарин Чудс.
– Алфи, я сейчас вернусь. Помоги Лик прибраться. – Роз взяла Девина за руку и увела на заднее крыльцо. – Я хочу попросить тебя об одолжении.
– Проси о чем угодно, – сказал Девин. – Я все для тебя сделаю.
Роз сглотнула:
– Можешь добыть нам машину?
– Машину? – озадаченно переспросил Девин.
Роз вздохнула:
– Нужно, чтобы ты отыскал Тима в парке, рассказал ему, что происходит, а потом взял напрокат машину, чтобы Тим отвез нас в Вашингтон. – Ее пальцы дернулись, когда она попыталась придумать какую-нибудь внятную ложь, которая все объяснила бы Девину. – Только мы с братьями можем выручить родителей, и…
– Я все сделаю, – перебил ее Девин.
– Правда? – спросила Роз.
Девин улыбнулся:
– Правда.
Он поцеловал ее в щеку, до сих пор покрытую мукой, потом кинулся к своему мопеду. И, помахав Роз, укатил.
Роз чувствовала, что Девин все больше становится неотъемлемой частью ее жизни, почти членом семьи. Как бы она без него справилась?
Вот если бы он на самом деле был одним из семьи Чудс! Тогда бы Роз не пришлось скрывать от него свою настоящую жизнь. А что, если она обо всем ему расскажет?..
Нет. Она поклялась держать волшебство в тайне. Даже от мальчиков, которые ей очень нравятся. В голове Роз эхом отозвались слова матери: «Не сомневаюсь, ты примешь правильное решение в любой ситуации».
Когда Роз вернулась, кухня уже блестела. Алфи как раз очищал шерсть Гуса от последних комков муки, пока кот, выпустив когти, аккуратно переворачивал страницы Поваренной книги Чудсов. Лик сидела на кухонном острове, колени и руки у нее были замотаны тряпками, перепачканными мукой.
– Все чисто! – жизнерадостно чирикнула она.
У Роз желудок завязался узлом при виде сестры, которая по-прежнему находилась под властью чар тети Лили. Она сняла Лик со стола и поставила на пол.
– Хочешь сделать перерыв и немножко поиграть на улице?
Лик кивнула:
– Сделаю все, что прикажешь, Рози!
– Знаю, – скептически сказала Роз. – Это меня и беспокоит.
– Я со всем разберусь, – обратился к ней Чип, когда Лик умчалась на задний двор. – А ты, пожалуйста, не пори горячку. Взрослые дела оставь взрослым.
– Конечно, – соврала Роз.
Чип вышел через распашные двери, на ходу разговаривая по телефону.
– Но ты ведь не собираешься его слушать, да, Роз? – спросил Алфи.
– Разумеется, нет. – Роз схватила полотенце для посуды и вытерла лицо. – Мы отправляемся в Вашингтон, чтобы остановить тетю Лили и спасти маму с папой. Нам всего лишь нужно ускользнуть так, чтобы Чип и миссис Карлсон не смогли нас остановить.
– Тут я тебя опередил, Роз. – Гус взмахнул хвостом. – И разработал идеальный план. – Он хлопнул лапой по раскрытой книге. – Рецепт, который приведет ваших взрослых в легкое замешательство ровно до тех пор, пока мы не отправимся в спасательную миссию.
Почесывая Гуса за ушами, Роз пробежала глазами по рецепту.
– «Французские круллеры [11] забвения», – прочитала она вслух.
– Ах, французский рецепт! – Жак снова высунулся из щели между духовками. – И снова мой кошачий друг признает превосходство кулинарного искусства Франции.
Гус зевнул:
– Круллеры придумали в Голландии. Французы всего лишь начали сворачивать их колечком.
Не обращая внимания на препирающихся животных, Роз принялась читать:
Французские круллеры забвения, дабы утратить знания, полученные неправедным путем
И случилось так, что лета 1673-го в молдавской деревне Желозора бесталанная скрипачка Валерия Вадува подслушала, что местная молочница задумала сбежать и стать сакбутисткой в «Академи Рояль де Мюзик» [12] в стольном городе Париже.
– А что такое сакбут? [13] – Роз подняла глаза от Книги.
– О! – с видом знатока ответил Жак. – Это такая сумка – сак, полная гузок!
– Бессмыслица какая-то, – пробормотала Роз.
– Это потому, что мышь – как и всегда – ошибается, – заявил Гус. – Сакбут – это предок тромбона.
– А знаете, что тромбон сказал трубе? – подмигнул Алфи.
– Можно потише? – воскликнул Гус. – Только это я тебе говорю, а не тромбон трубе!
Позеленев от зависти, Валерия задумала распустить злые слухи и настроить жителей деревни против музыкально одаренной молочницы, чтобы та никогда не смогла ее превзойти.
Но Аврора Чудс, деревенская пекарша и признанная ценительница баритональных визгов, издаваемых сакбутом, положила конец планам Валерии, угостив ту исключительно аппетитным круллером, вкуснее которого скрипачка в жизни не пробовала. И съела Валерия с дюжину круллеров, забывая о каждом, стоило ей его проглотить, и не только наелась досыта, но и запамятовала, зачем она хотела распустить слухи о милой молочнице. И помогла Аврора молочнице собрать пожитки, и та действительно стала непревзойденной сакбутисткой и музой самого Жан-Батиста Люлли!
И растопила Аврора Чудс на чугунной сковороде кусочек сливочного масла, и всыпала туда полтора ореха [14] сахарного песка, пол-ореха соли, и влила два кулака [15] ключевой воды, и довела до кипения. И добавила она в этот сироп два кулака муки, три куриных яйца, после чего хорошенько размешала. И разделила тесто на колбаски, чтобы каждую скрутить по двенадцать раз, а потом сложить колечком на французский манер и обжарить в кипящем жире.
  
И взбила Аврора Чудс в деревянной миске четыре кулака сахарной пудры с наперстком коровьего молока и щепоткой промозглого тумана, чтобы застлать разум. И окунула она в получившуюся глазурь дымящиеся с пылу с жару круллеры, и подала их еще теплыми и липкими.