A Choriambic Progression (СИ)
Гарри попытался обойти молчанием часть, касающуюся Тонкс и Снейпа, но она настаивала, пока парень не сдался. Когда он закончил рассказ, девушка уронила голову на сжала ее руками и простонала: — Я… о тысяча чертей, Гарри… я пыталась расстегнуть на нем мантию? Я…я…я даже думать об этом не хочу. — Она чуть приподняла голову, чтобы взглянуть на Гарри — в контрасте с зеленоватыми волосами румянец просто бросался в глаза. — Когда я поступила в Хогварц, Снейп как раз начинал там работать. Минут пять я была по уши в него влюблена — молодой, высокий, черноволосый, задумчивый, слегка опасный — мечта романтичной девушки. Конечно, все прошло, после первого же урока. — Она вздохнула. — Не думала, что когда-нибудь в этом признаюсь. Тем более перед ним.
Гарри слегка поплохело при мысли о том, что кто-то мог влюбиться в Снейпа, не находясь под влиянием проклятия.
— Нам надо идти, — пробормотал он. — Нужно убедиться, что Снейп вернулся, и к тому же я обещал…
Он замолчал, потому что Тонкс внезапно вскочила и схватилась за голову.
— О, черт, я совсем забыла… Альбус собирался послать кого-нибудь в дом номер двенадцать, на случай, если ты вернулся….
Гарри тоже поднялся, встретившись с ней взглядом.
— Ну… тогда нам лучше поспешить.— Он прикусил было язык, но все же не удержался. — Надеюсь, он не отправил туда профессора Хмури.
Тонкс всю передернуло.
— Ну спасибо, Гарри. Как раз то, что нужно — такая картинка перед глазами. Добрый мальчик.
Гарри пошел вслед за девушкой к камину, и, несмотря на волнение и боль, не смог не улыбнуться, услышав, как она бормочет:
— Расстегнула мантию… да я никогда! Никогда себе такого не позволяла, даже когда перебрала огневиски с Минервой…
Гарри решил, что при случае нужно будет поинтересоваться у Тонкс, что она имела в виду.
* * *
Как выяснилось, Дамблдор послал даже не одного человека, а нескольких. Первое, что увидел Гарри, выйдя из камина, были обездвиженные тела Кингсли Шеклеболта и… да, Аластора Хмури. Около них валялось несколько клочков черной ткани — судя по всему, остатки разодранной мантии Снейпа.
Просто замечательно. Значит, где-то в доме (сейчас, наверное, уже в подвале) прячется разозленный, проклятый и полуголый Снейп, разбираться с которым придется Гарри. Парень выделил пару секунд на горячую молитву, прося небеса помочь Снейпу найти где-нибудь хоть что-то из одежды.
Он тихо присвистнул.
— Похоже, дела наши плохи. Слушай, я пойду поищу его. А ты…
Он не успел закончить, потому что Тонкс с силой оттолкнула его в сторону, впечатав в стену. И без того постоянно нывшее тело пронзила резкая боль.
— Нет, не надейся, он тебе не достанется! — заорала она, вытаращив глаза. — Он где-то рядом, я знаю, и он мой… я не позволю тебе снова обидеть его!
И она тут же умчалась с такой скоростью, будто на ней мантия горела, вопя на лету:
— Я иду, мой красавец!
Гарри вздохнул, достал палочку и поплелся вслед за рехнувшейся женщиной вверх по лестнице, устало спрашивая себя, закончится ли когда-нибудь этот кошмарный день.
Крики привели его на третий этаж, и он внезапно понял, что слышит уже несколько голосов. В конце коридора Тонкс и профессор Люпин вцепились друг другу в глотки, пытаясь оттащить один другого от вожделенной двери.
— Убирайся… оставь его в покое, дура! — орал Люпин, причем довольно громко, хотя Тонкс и пыталась его придушить. — Он тебя не хочет…
Тут Люпину удалось заехать сопернице кулаком в глаз, и она почти отпустила его горло.
— Откуда ты знаешь, что он хочет, ты, урод лохматый!
Люпин отшвырнул ее и забарабанил в дверь.
— Северус! Северус, подойти и скажи этой маленькой идиотке, что между нами было в школе! — Из комнаты раздался какой-то скрежет и треск. Люпин перестал биться в дверь и теперь… ласкал, другого слова не подберешь, дверную ручку.
— Я никогда не прощу себе то, что тогда не решился признать, как много ты для меня значишь… но ты ведь простишь меня, Северус? Умоляю, Северус, я… — в этот момент Тонкс всем весом навалилась ему на спину и связная речь вновь сменилась воплями и рычанием.
Гарри покачал головой, не веря ни ушам ни глазам своим, и поднял палочку.
* * *
Снейп отказался открывать дверь, и только рявкал "Убирайся!" в ответ на каждый стук. Гарри попытался справиться с замком при помощи Alohomora, но безуспешно. Тогда он спустился на кухню, чтобы попробовать связаться с Дамблдором. Он осторожно опустился на колени около камина — колени тут же в весьма недвусмысленных выражениях напомнили, что сегодня достаточно послужили своему хозяину, и теперь всерьез подумывают о том, чтобы отказать ему в повиновении.
— Директор? — позвал Гарри, соединившись с кабинетом Директора. На его счастье, Дамблдор был на месте — он с встревоженным видом сидел за столом.
— Гарри! — с облегчением воскликнул Дамблдор, подходя к камину. — Что случилось? Я так волновался…
— Извините, сэр, — перебил его Гарри, — но у нас мало времени. Мне просто необходим ваш совет — не знаю, что делать… — и он пустился в очередное объяснение, хотя на этот раз постарался еще больше сократить рассказ. Когда он закончил, Дамблдор нахмурился. Вид у него был крайне озабоченный.
— Но как же ты, Гарри? — спросил он. — Как я понял из твоего рассказа, на тебя состояние Северуса не оказывает ни малейшего влияния. Или ты все же что-то пропустил?
Гарри раскрыл рот, чувствуя себя полным идиотом. До него только сейчас дошло, что он, судя по всему, единственный человек, на которого не влияет проклятие.
— Я… нет, не пропустил… на меня оно не действует. Не знаю, почему….
Дамблдор прервал его взмахом руки.
— Сейчас это не так важно, Гарри. С этим мы можем разобраться позже. Сейчас нужно срочно убрать из дома тех, кому повезло меньше. Вот что ты должен сделать….
После семи головокружительных рейсов по каминной сети (причем четыре — с кое-как закинутыми на плечо безжизненными, но очень тяжелыми телами), Гарри больше всего хотелось упасть на ковер в кабинете директора и проспать до начала учебного года.
— Уф, — выдохнул он, когда директор снял у него с плеча Тонкс и движением палочки направил ее к мадам Помфри, которая с невозмутимым видом приняла очередную пострадавшую.
Потом она оставила Тонкс висеть в метре от пола и пошла к Гарри, покачивая головой.
— Что такое, мальчик, спина? И неудивительно… Альбус, о чем ты думал, поручая ребенку таскать такие тяжести?
Дамблдор нахмурился.
— Я же говорил, Поппи. Случилось несчастье, и на мой взгляд, четыре оглушенных аурора и одна перетружденная спина — небольшая плата за то, что все остались живы. Теперь осмотри, пожалуйста, Гарри, прежде чем заняться остальными, а потом пусть он вернется ко мне в кабинет.
— Я в полном порядке, — подал голос Гарри, хотя и без особой надежды.
Мадам Помфри, естественно, не стала его слушать.
— Я видела это твое "в порядке". Пойдем со мной.
Она развернулась и пошла к лестнице, направляя перед собой Тонкс. Гарри, повинуясь знаку Дамблдора, последовал за ней.
Пустые каменные коридоры, в которых даже в теплый летний день было прохладно, показались Гарри зловещими. Кроме них двоих (или троих, если считать Тонкс) вокруг не было ни души. Даже Пивза не видно.
— А теперь, — скомандовала мадам Помфри, когда они добрались до госпиталя, — ложись и посмотрим, что с тобой.
Гарри медленно опустился на ближайшую койку и проводил взглядом Тонкс, которую Помфри уложила на соседнюю кровать. Следующие уже были заняты Хмури, Люпином и Кингсли.
— С ними ведь ничего серьезного? — с надеждой спросил Гарри. Ему показалось, что ауроры даже не дышат.
Мадам Помфри прищелкнула языком.
— Да конечно же, выспятся и снова будут как новенькие. Только вот не знаю, сколько осталось в аптечке Восстанавливающего Эликсира. Обычно его не так уж много требуется. Придется обратиться к профессору Снейпу, пусть приготовит еще партию. Теперь помолчи и дай я тебя как следует осмотрю.