A Choriambic Progression (СИ)
— Я тоже пойду, — сказала девочка.
Рая, вспомнил он. Он еще переспросил "Рэй?", и она повторила по буквам: Р-а-я. Она не была сумасшедшей. У нее было милое личико, перепуганное и грязное, но было понятно, что девочка здорова. Это было первым, что он мог вспомнить после того, как его вынесло волной из кровавого океана; первым, что пробилось сквозь его сознание, напоминая — он сделал еще не все, что должен.
— Рая, — тихо сказал Гарри, и понял, что не находит слов для того, чтобы спорить с ней. — Ну хорошо, — согласился он, — но на всякий случай приготовься убежать.
Гарри чувствовал, как девочка дрожит, пока они вместе осторожно пробирались вперед, медленно нащупывая в темноте путь, соскальзывая с неровных булыжников. Когда оказалось, что им нужно круто подниматься вверх, он взял девочку на руки, и когда она положила голову ему на плечо, заставил себя сдержаться, не опускать ее снова на ноги, не отталкивать от себя. Он напомнил себе, что девочка еще слишком мала, чтобы понимать, каким чудовищем он только что был, и продолжил подниматься к проблеску света.
Просвет становился все шире и отчетливей, и через некоторое время у него не осталось сомнений, что это свет, причем было очень похоже, что это настоящий дневной свет, пробивающийся сквозь расщелину. Он глубоко вдохнул и повернулся так, чтобы Рае тоже было видно.
— Это свет, — сказал он, понимая, что не смог скрыть волнения. — Думаю, это выход наружу. Опусти голову — мне придется убрать несколько камней.
Она послушалась, Гарри прикрыл защитным заклинанием себя, девочку и оставленную в тоннеле толпу, и начал понемногу расширять щель. Из нее хлынул свет, сразу же ослепивший Гарри после долгого пребывания в полной темноте, но он не обращал внимания на слезящиеся глаза, и продолжал увеличивать щель до тех пор, пока не услышал сверху голоса — перепуганное бормотание, которое заставило его замереть.
— Ради всего святого, осторожнее, не подходи ближе к этой дыре! Смотри, как просел пол…
— Говорю же тебе, я что-то слышал. Я слышал человеческий голос…
— А тебе не кажется, мы вряд ли будем рады видеть тех, кто может вылезти из-под земли? Возвращайся, и держи палочку наготове.
— Эй! — крикнул Гарри, сердце которого пропустило удар, а потом забилось как бешеное. — Эй вы там, наверху!
Голоса замолкли. Потом послышался шепот, которого Гарри не смог разобрать. Кажется, сверху спорили. Наконец мужской голос, старающийся звучать как можно суровей, обратился к нему.
— Кем бы вы ни были, вы должны знать, что вторглись… ээ… под территорию, являющуюся собственностью Министерства Магии, и что вы будете немедленно уничтожены, если не назовете себя.
Не успел Гарри открыть рот, как раздался второй голос.
— О, блестяще… ну просто блестяще, Меривейзер. Весьма устрашающе. Ты просто превзошел самого себя. Если это чертов Сам-Знаешь-Кто, он уже, наверное, обоссался от страха.
— Нет! — закричал Гарри, прижимая к себе Раю так сильно, что девочка пискнула и ему пришлось слегка ослабить хватку. — Это… я Гарри. Гарри Поттер.
— Он говорит что он — Гарри Поттер…
— Что он сказал? Он правда сказал "Гарри Поттер"?
— Да! — крикнул Гарри и слегка пошатнулся. — И со мной еще несколько человек… некоторые из них ранены, нам нужна помощь…
В дыру заглянул круглолицый мужчина.
— Мерлинова борода! — воскликнул он, и голова исчезла. — Кажется, это действительно Гарри Поттер… но он весь в крови. И он держит на руках маленькую девочку.
Девочка прижалась к нему щекой, и Гарри опустился на колени, закрыл глаза и замер, дыша глубоко и неровно. Он стоял так довольно долго, не обращая внимания на шум и пыль, и на людей, которые проходили мимо него и шли к свету, слегка задевая его по пути.
* * *
— Гарри Поттер, — прошептала Рая ему на ухо, обвивая руки вокруг его шеи. — Можно я потом вернусь с тобой повидаться?
Гарри провел пальцем по нежной чумазой щечке.
— Конечно, — сказал он и передал девочку высокой стройной ведьме из подразделения Модификаторов Памяти. Потом он развернулся и шел, не разбирая дороги, пока кто-то не остановил его.
* * *
Они позволили ему принять душ перед допросом, и Гарри полагал, что должен быть за это благодарен. Еще ему предлагали еду, но он отказался — он настолько устал, что после еды его обязательно начало бы клонить в сон, а было похоже на то, что ему понадобится ясная голова. Он сидел, чистый, в мантии с чужого плеча, на кресле, которое в таких обстоятельствах казалось даже слишком удобным, и старался сдержать дрожь. Комната была ярко освещена и полна незнакомых людей.
— Так вы говорите, что у Сами-Знаете-Кого была… целая армия Упивающихся Смертью.
Гарри посмотрел на Роджера Перкинса — мужчину с мясистой красной физиономией, Начальника Охраны Министерства, Третья Смена (так мужчина представился и вел он себя соответственно) — и вздохнул.
— Нет, не только из Упивающихся Смертью. Упивающихся Смертью там было много, намного больше, чем всегда считалось, но там были и другие. Вампиры. Тролли. Огры. И еще другие… существа.
Перкинс неодобрительно смотрел на него сверху вниз, заложив руки за спину.
— И вы утверждаете, что вся эта армия размещалась в подземном городе, расположенном прямо под Министерством Магии?
Гарри пожал плечами.
— Я не знал, под чем это все расположено, пока мы не поднялись наверх.
Перкинс отошел посовещаться с небольшой группой мужчин официального вида, которые сидели в креслах у противоположной стены, внимательно смотрели на Гарри и делали знак Перкинсу, когда у них появлялись вопросы. Когда Начальник Охраны снова повернулся к Гарри, у него в глазах появился блеск, которого до этого не наблюдалось.
— И вы хотите, чтобы бы мы поверили, что вы лично, собственными руками, убили их всех?
Гарри поежился — это было не к месту, но ничего не поделаешь.
— Я не… я не знаю, все ли там мертвы. Я просто дрался, пока на меня нападали. Я не старался перебить всех до единого. — Говоря, он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.
— А что вы скажете про Сами-Знаете-Кого? — вкрадчиво спросил Перкинс. — С ним вы тоже сражались?
— С ним не пришлось, — ответил Гарри таким тоном, будто говорил о чем-то очень скучном. — Я просто лишил его магических способностей. После этого от него угрозы не было никакой.
Роджер Перкинс отступил на шаг назад, и уставился на Гарри, как будто у того только что появилась вторая голова.
— Вы… что вы сделали?
От ответа Гарри избавил стук в дверь. Перкинс подошел и впустил в комнату молодого колдуна со взъерошенными волосами, который начал говорить очень быстро, оживленно жестикулируя, но слишком тихо, чтобы Гарри мог расслышать хоть слово. Перкинс и остальные задали несколько вопросов, которые Гарри тоже не услышал, и разрешили молодому человеку уйти. Но в дверях парень повернулся, взглянул на Гарри из-за спины Перкинса, подмигнул и ухмыльнулся. Это был всего лишь жест, и Гарри не знал, что он означал, но почувствовал, как настроение у него немного поднялось.
— Ну что ж, — сказал Перкинс, снова обращаясь к Гарри, — по последним сведениям наши мальчики кое-что обнаружили там, внизу… просто чудовищную картину, и прямо под Министерством, — последние слова он пробормотал чуть слышно, потрясенным голосом. — Но должен сказать, что если вы думали, что перебили всех, вы ошибались — наши парни нашли там живых, несколько Упивающихся Смертью и кое-кого из… остальных, но они ухитрились ускользнуть.
Гарри сам не понял, была ли эта новость облегчением для него. Поэтому промолчал.
Перкинс задумался.
— Я вам скажу, что меня беспокоит, — заговорил он, наконец, как будто Гарри о чем-то спрашивал. — Мы получили несколько очень странных рапортов, касающихся вас, но точно никто ничего не знает — за исключением Альбуса Дамблдора, который и в лучшие времена на редкость скрытный тип и говорит нам только то, что хочет рассказать. — Он взглянул на Гарри, будто ожидая подтверждения, но Гарри снова промолчал. Пусть лучше его тоже считают скрытным.