A Choriambic Progression (СИ)
С.
Гарри показал язык запертой двери лаборатории, а потом начал готовить себе чай с бутербродами — приниматься за Пруделию Байдвелл и ее чертов анализ на голодный желудок он не собирался. Основательно затарившись, он перетащил огромный том поближе к окну и устроился поудобнее (хотя какое тут удобство, когда такой кирпич на коленях), стараясь случайно не ляпнуть чего-нибудь на страницы (магические книги совершенно не выносят такого обращения — совсем недавно одна ему чуть палец не оттяпала, и всё из-за какой-то лепешки).
С бутербродами он расправился минут за пять, и весьма кстати, потому что ровно столько же ему потребовалось на то, чтобы с головой погрузиться в книгу и думать забыть о всяких крошках. Речь там шла о Мерлине (имя его автор писала на старый лад — Maerlin, но Гарри сразу понял, кого имеют в виду), о его магических способностях и о том, как он их использовал. Или, точнее, как люди заставляли его их использовать.
Когда Гарри в следующий раз бросил взгляд на часы, то потрясенно обнаружил, что пролетело уже три часа — а ему они показались минутами. Но теперь у него слегка кружилась голова, глаза болели от долгого чтения, а главное, снова стало беспокойно урчать в животе и даже подташнивать. От удивления, сомнений и нехорошего предчувствия у него на душе заскребли кошки. Гарри отхлебнул холодного чая, поморщился, отложил книгу и поднялся, чтобы поставить чайник на огонь.
Мерлин — Гарри предпочитал называть его так, потому что не знал, как правильно произносится старый вариант имени — был достаточно силен, чтобы побеждать армии. Не просто одного, пусть и очень могущественного колдуна или ведьму (хотя и их тоже), а целые армии. Но в книге почти ничего не было о Мерлине как о человеке — все только о том, что и для кого он сделал, и как его смогли убедить это сделать.
Складывалось впечатление, что Мерлин в те времена был своего рода супер-оружием, и и всегда был лакомым куском в любой политической интриге. Гарри с трудом отслеживал все ее хитросплетения, и даже попытка определиться с тем, кого там можно считать хорошими, а кого плохими, потерпела полный крах. Но в целом ситуация была ясна — человек, обладающий такими способностями, всегда пользуется спросом у обоих противоборствующих сторон. Очень даже понятно.
Гарри размышлял над всем этим, рассеянно жуя костяшку пальца, когда скрипнула дверь в лабораторию и послышались шаги Снейпа, направлявшегося на кухню. У Гарри внутри все оборвалось — только что у него в голове крутилось множество вопросов, а теперь они вдруг перестали его занимать.
Снейп вошел на кухню и замер. Выглядел он, как обычно, мрачным и угрюмым, только белая повязка, казалось, особенно подчеркивала болезненную желтизну лица. Он холодно кивнул Гарри.
— Чай есть?
Гарри стало интересно: этот человек вообще когда-нибудь говорит "Доброе утро"?
— Скоро будет, — ответил он. Тем и ограничился — в конце-концов, не одному Снейпу разрешается быть кратким.
— Хм. — Снейп шагнул к окну, бросив туда пристальный взгляд. — Похоже, книгу вы нашли.
— Да.
Еще минуту назад у Гарри было множество вопросов, но будь он проклят, если сейчас начнет их задавать.
— Вот еще одна. — К удивлению Гарри Снейп вынул из кармана тоненькую книжку и протянул мальчику. — Альбус прислал ее не так давно — просил вручить, когда вы будете готовы.
Гарри встретился со Снейпом взглядом и взял книгу.
— Так вы считаете, что я готов? — поинтересовался он.
Снейп нахмурился.
— Понятия не имею, — раздраженно ответил он, развернулся и вышел из комнаты.
— Ну и ладно, — тихо подытожил Гарри, когда дверь в лабораторию снова захлопнулась. — Мне больше чая достанется.
Вот гад.
* * *
Часом позже Гарри уже не возмущало то, как Снейп с ним обращается; он даже готов был еще пострадать, лишь бы этот тип дал ответы на некоторые вопросы — но с каждым новым вопросом он все больше боялся тех ответов, которые может получить.
После того как Снейп столь неожиданно удалился, Гарри раскрыл новую книгу — "Последний вольнодумец" Родерика Блинкера. Эта книга тоже была о Мерлине (на сей раз просто доброе старое "Мерлин"), но в ней ни слова не было об уговорах и попытках повлиять и чего-нибудь добиться. Нет, автор рассказывал, каким могущественным, великим колдуном был Мерлин, называл его "последним оплотом Света", горевал о том, что такой человек покинул нас. Многие даты, победы и деяния в этих книгах совпадали, но все остальное различалось настолько, что трудно было поверить, будто обе написаны об одном и том же человеке. Герой второй книги вовсе не был живым супер-оружием. Он был… Спасителем. Родерик, казалось, был твердо в этом убежден.
А вот Гарри засомневался.
Он листал то одну, то другую книгу, размышляя над прочитанным и чувствуя, как постепенно его душой овладевает тихий ужас, пока не замерз и не обнаружил, что его последняя чашка чая тоже совсем остыла. К этому времени Гарри понял, что возможно он и не готов услышать ответы на все свои вопросы, но один он точно должен задать. Он отложил книги в сторону и пошел к запертой двери в лабораторию.
Его тихий стук был встречен раздраженным:
— Да?
Гарри повернул ручку и открыл дверь. Снейп, как и ожидалось, стоял около большого котла, в котором что-то варилось на медленном огне, и помешивал содержимое. От будущего зелья несло тухлятиной. Но Гарри все равно сделал глубокий вдох.
— Я должен… Мне нужно кое о чем вас спросить.
Снейп поднял бровь, но ничего не сказал.
Гарри собрался с духом, не обращая внимания на то, как все сжалось внутри.
— Та книга. Первая. Она… ее ведь не Дамблдор прислал, да?
Снейп спокойно посмотрел ему в глаза, и после паузы, которая показалась Гарри нескончаемой, ответил:
— Нет.
Гарри сглотнул.
— Так значит, это… это вы… вы сами решили мне ее дать?
Снейп прекратил помешивать зелье и положил длинную деревянную ложку на стол.
— Да.
Этот ответ отозвался в душе такой болью, что Гарри на мгновение прикрыл глаза. Он не думал, что такое возможно, но Снейп только что ответил не на один вопрос, а еще и на все остальные, оставшиеся незаданными. В нем будто что-то надорвалось, а в груди все сжалось так, что стало не хватать воздуха.
Гарри подумал о Дамблдоре, который, несмотря на слегка ухудшившиеся после последнего разговора отношения, был для него очень важен. Он доверял Дамблдору и нисколько не кривил душой, когда говорил об этом директору. "Я знаю, что вы хотели защитить меня", — сказал Гарри в прошлый раз, и по-прежнему в это верил, только сейчас он задумался о настоящих причинах такой заботы. И еще ему предстояло хорошенько подумать о том, что делает Свет светлым, а Тьму темной, и о том, почему их временами так трудно различить, и о том, где заканчивается он сам и начинается его магическая сила…
Гарри открыл глаза. Снейп все еще смотрел на него — молча, ничем не выдавая своих чувств. У Гарри предательски сжалось горло — ему пришло в голову, что Снейп в очередной раз сыграл роль человека, избавляющего Гарри от иллюзий о мире и людях. Возможно, не в последний. И в глубине души Гарри понимал, что должен быть благодарен за это, но казалось невозможным испытывать благодарность, когда все так… когда он буквально на волоске от…
Волосок оборвался, и Гарри быстро развернулся и выскочил из комнаты, чтобы Снейп не успел заметить слез в его глазах.
* * *
Бессознательно Гарри искал успокоения — фланелевая пижама, и мягкие подушки, и уютная постель — но и они покоя не давали. Все, на что его хватило — это свернуться в комочек и повторять себе, что все пройдет, и он не будет все время чувствовать себя таким несчастным. Возможно, так оно и было, но сейчас это мало утешало. Минуты текли ужасно медленно, а кто знает, сколько их придется пережить, пока он не сможет…
Тихий стук в дверь заставил Гарри вздрогнуть. Мальчик смущенно вытер глаза краем простыни, сел и уставился на свои руки, сжимающие одеяло.