Скандальные намерения

– Вполне, – небрежным тоном ответила она. – Просто небольшое сотрясение. Хотя я уверена, что завтра я в полной мере почувствую последствия этого приключения.
Джеймс нахмурился и, пытаясь скрыть тревогу, спросил:
– О каком приключении речь?
– Не повышайте голос. – Она потерла пальцами висок. – Я не знаю, каким образом положено в высшем обществе описывать попытку похищения человека.
Джеймс ошеломленно посмотрел на нее и закрыл глаза. Не дай Бог подвергнуть ее опасности. Сделав глубокий вдох, он открыл глаза и осторожно положил ладони на стол.
– Пожалуйста, расскажите мне, Шарлотта, что произошло. Со всеми подробностями.
Она тяжело вздохнула, словно ей была обременительна его забота.
– Когда я ехала верхом по парку, в меня стреляли. Хенни в испуге шарахнулась и сбросила меня. Двое мужчин пытались меня похитить.
– Вы ушиблись?
– Я чувствую себя прекрасно. – Шарлотта небрежно махнула рукой. – Я предусмотрительно взяла с собой двух кучеров. – Голос ее дрогнул.
– Шарлотта, дорогая, – каким-то особенно мягким тоном проговорил Джеймс, – вы не ушибли голову?
– Гм... на чем я остановилась? К счастью, я упала в густые кусты. – Она сделала попытку улыбнуться. – Иногда я искренне верю, что кто-то оберегает меня. Мне и раньше случалось оказываться в непростых ситуациях, однако все заканчивалось благополучно.
– Вы уверены, что не получили серьезных травм?
– К счастью, вся нагрузка при падении пришлась на бедро и бок. Ну да ладно. Очень странно, что эти двое смуглых мужчин, если, конечно, больше никого не было в карете...
Джеймс ощутил холодок тревоги в груди.
– Что эти двое мужчин делали?
– Эти двое не могли найти меня в кустах и не торопились скрыться. Лишь когда Гарри и Джейк стали громко звать меня, они испугались и умчались прочь.
– Вам удалось их разглядеть? Вы узнали их? – спросил Жирар и затаил дыхание.
– Да. То есть я хотела сказать, что я их не знаю, но мне удалось их хорошо разглядеть. Чуть позже, когда я буду чувствовать себя лучше, я нарисую их портреты.
Чувство тревоги у Джеймса еще больше усилилось.
– Вы чувствуете себя плохо, Шарлотта?
– Да нет, просто я несколько разволновалась. Право, ничего серьезного...
– Вы уверены, что не ушибли голову?
Поморщившись, Шарлотта подняла руку и дотронулась до лба.
– Вполне уверена... Ах, вот еще что! – Она радостно вскинула руку. – Они что-то говорили о своем хозяине, о том, что он им недостаточно платит. Похоже, это тот еще тип, способный перерезать глотки и тому подобное.
У Джеймса зашевелились волосы на голове, поскольку он вспомнил, что Мейсон – тот самый Мейсон, который напал на Шарлотту в Бальстрэме, – был найден в Ньюгейтской тюрьме за день до этого с перерезанным горлом. Стряхнув с себя леденящее ощущение, Джеймс сосредоточил внимание на Шарлотте.
– Не придавайте этому слишком большое значение, Шарлотта. Возможно, это всего лишь большое недоразумение. Как вы сами сказали, вы слишком взволнованы.
Шарлотта сердито выпрямилась.
– Не надо обращаться со мной словно с какой-то глупышкой. Я говорю вам, меня едва не похитили, и я должна сообщить об этом генералу. – Она встала. – Странно... Комната как будто вращается. – Она резко опустилась, почти упала в кресло.
Джеймс бросился к ней.
– Шарлотта!
Бисеринки пота выступили у нее на лбу, лицо приобрело серовато-зеленый оттенок.
– Шарлотта! Что с вами?
– Я внезапно... почувствовала себя... плохо.
Джеймс поднял ее из кресла и понес к дивану.
– В каком конкретно месте вы ощущаете боль?
– Болит все тело, но главное, я испытываю тошноту.
– Когда вы последний раз ели или пили? – Он осторожно уложил ее на диван и отвел волосы с лица.
– Вчера вечером на балу. Утром мне не хотелось есть... Даже одна мысль о еде... Ах, я чувствую себя совсем скверно...
– Неудивительно. Я скоро вернусь. Не пытайтесь подниматься или двигаться.
Вскочив на ноги, он бросился к двери и тут же врезался в Мэнтона.
– Мэнтон! Принеси мне полотенце и таз с водой немедленно!
– Но, ваша светлость, в доме посетители.
 
– Пусть ими занимается моя мать! Мне некогда, и я не хочу, чтобы меня беспокоили! – Джеймс бросился по коридору к кухне.
Мэнтон заказал для герцога таз с водой. Затем пошел сообщить вдовствующей герцогине, что с визитом к мисс Хейстингс и герцогу прибыли брат Шарлотты Эдвард Хейстингс, леди Сильвия Джасперс, графиня Грэндби и Роберт Кларк, виконт Девейн и что гости ожидают в южной гостиной.
Джеймс вбежал на кухню с криком:
– Мне нужен хлеб либо булочки или что-нибудь еще!
Повар замер, словно парализованный, над кастрюлей с ложкой в руке. Застыли в шоке и другие слуги. На их памяти герцог никогда не появлялся на кухне.
– Быстро! Хлеба и какой-нибудь легкой еды! – скомандовал Джеймс. Он боялся надолго оставлять Шарлотту одну.
Слуги бросились исполнять приказание с быстротой внезапно выпущенных на свободу щенков.
– Ваша светлость, могу я принести...
– Я буду счастлив принести...
– Позвольте мне, ваша светлость...
– Просто дайте мне что-нибудь, сию минуту!
Гантер, самый молодой из слуг, опомнился первым. Он подбежал к кухонному шкафу, достал оттуда несколько булочек и сунул их в руку Джеймсу.
– Молодец, парень! – Джеймс похлопал паренька по спине. – И принеси чай в библиотеку!
С этими словами он бросился к двери.
Кухня превратилась в хаос. Все пытались разгадать причину неожиданного появления герцога, одновременно стараясь выполнить его команду.
Вдовствующая герцогиня ворвалась в южную гостиную, не пытаясь сдержать свою ярость.
– Я не приму эту женщину в моем доме! Я не потерплю этого!
Она остановилась, расставив ноги, и нацелила палец на Сильвию Джасперс.
– Ваше присутствие здесь нежелательно! Немедленно покиньте наш дом, иначе я распоряжусь, чтобы вас вышвырнули отсюда!
Леди Джасперс стояла, сжимая руками спинку кресла. Однако ответила она весьма хладнокровно:
– Вы всегда были готовы задираться, Кэти. Однако же мы не уйдем, не повидав Шарлотту.
Никто не называл вдовствующую герцогиню Кэти по крайней мере тридцать лет. Это ее еще больше взбесило.
– Мой сын узнает об этом! Вам это дорого обойдется!
Выскочив из гостиной, она громко позвала:
– Джеймс!
Эдвард повернулся к своей тетке:
– Тетя Сильвия, вы упоминали, что у вас и вдовствующей герцогини была какая-то несчастливая история, но вы не говорили, что она начинает полыхать ненавистью, едва завидев вас.
Сильвия быстрым шагом направилась к двери.
– Пошли. Я не дам себя вышвырнуть, пока поговорю с Шарлоттой. Я намерена выяснить, что здесь происходит.
Стоя на коленях перед лежащей на диване Шарлоттой, Джеймс кормил ее крошечными кусочками хлеба. Глаза ее были закрыты, она открывала рот, словно неоперившийся птенец, и осторожно брала губами кусочки.
– Сейчас принесут чай, – заверил Шарлотту Джеймс, обеспокоено убирая дрожащими пальцами спустившийся на лицо локон каштановых волос. – Теперь вам лучше?
Все еще не открывая глаз, она кивнула.
– Я никогда не падала в обморок. Не знаю, что это случилось со мной.
Джеймс продолжал играть локоном – скорее для собственного удовольствия. Генерал убьет его, если Шарлотте будет нанесен ущерб. Наверно, именно по этой причине он был столь обеспокоен?
– Вам пришлось столько перенести за эти несколько дней. Не знаю, какая леди смогла бы все это выдержать.
– Похоже, сегодня по мне не скажешь, что я очень хорошо все перенесла. – Нахмурившись, Шарлотта открыла глаза. Их взгляды встретились. – У вас очень красивые глаза, – проговорила она с некоторым удивлением.
Он прищурился, почти улыбнулся.
– Теперь-то я точно знаю, что вы ушибли голову, Шарлотта.
Она покраснела и попыталась сесть.