Надежда для бандита (СИ)
— Мой малыш, никому тебя не отдам. Мой долгожданный. Мой хороший… Не бойся! На что угодно пойду, лишь бы сохранить и уберечь тебя. Ты не будешь знать своего отца, но я смогу воспитать тебя и без него. Смогу. Я знаю.
Он приказал убить нашего ребенка… Нет! Моего ребенка! Только моего!
О сне не могло быть и речи. Промучившись до утра, расхаживая из угла в угол, я сама не заметила, как наступило утро, и вздрогнула, когда в дверь постучали.
— Надежда Алексеевна, — пробасил Сергей, — вы проснулись? В клинику, кхм, ехать надо, — неуверенно закончил он.
— Скоро спущусь, — отозвалась я. Голос прозвучал каким-то чужим, ломким.
Я приняла душ, переодевшись в свои джинсы и футболку, и стянула волосы в хвост. На меня нашло странное равнодушие, будто выполняла какой-то ритуал.
Спустившись вниз, увидела Наталью, которая с помощницами убирала следы вечернего буйства Саяра. А где же он сам?.. Тряхнула головой.
«Мне теперь и дела не должно быть до него!» — мысленно укорила себя.
Тогда отчего же выискиваю знакомый силуэт глазами, надеясь, что Саяр появится и скажет, что был не прав и сгоряча сказал вчерашние злые слова…
— Наденька, завтракать будете? — спросила Наталья, подходя ближе и добродушно улыбаясь. Видимо, она еще не в курсе, что я изгнана хозяином дома.
— Н-нет, нет. Спасибо вам, Наталья. За все, — улыбнулась я домоправительнице и быстро, пока она еще что-нибудь не спросила, вышла из дома.
На подъездной аллее уже стоял джип. Я села сзади. На сиденье обнаружилась новая спортивная сумка.
— Готовы? — спросила Сергей. Наши взгляды в зеркале заднего вида пересеклись, и он смущенно умолк. — Там сумка, это вам. Саяр Давидович приказал передать.
Я кивнула, озадаченная тем, что же может в этой сумке быть. Машина тронулась, а я, вжикнув молнией на сумке, уставилась на ровные пачки денег. Столько я никогда в своей жизни не видела.
«Завтра же получишь бабки и поедешь делать аборт», — вспомнились слова Саяра.
Вот что это такое. Плата за пользование моим телом. Я невесело усмехнулась, хотя в горле саднило от невыплаканных слез. Сверху пачек лежали документы на квартиру.
Я хладнокровно вытащила из сумки пачку купюр.
— За то время, что я провела с тобой, — прошептала я, пряча пачку в сумочку.
Это на первое время, пока я не найду работу. А остальными пусть Саяр подавится. Так же как и своей квартирой. Я сама заработаю на все для своего ребенка.
— Прощай, Саяр, — проглотив комок в горле, пробормотала я, наблюдая в зеркало, как удаляется темный массив дома. — Я ненавижу тебя… и никогда не забуду. Никогда тебя не забуду.
Джип остановился около здания клиники через полчаса. Сергей открыл дверь и двинулся за мной ко входу к белоснежному зданию.
— Сергей, вы тоже пойдете? — спросила я, увидев его решительно сжатые губы.
— Саяр Давидович приказал проследить, как все пройдет, — смущенно пожал он плечами.
— Ну конечно. Я не сомневалась.
Трясущимися пальцами заполнив сотню бумажек в регистратуре, я узнала, что сначала мне необходимо будет сдать кое-какие анализы. Уже одно то, что я стояла и выслушивала все эти ужасные вещи, казалось мне преступлением против нерожденного малыша. Хотелось бросить все эти бумажки в лицо Саяру и убежать, чтобы не слышать, как моего ребенка называют безликим словом «плод».
— Сама процедура пройдет только после полученных результатов анализов и консультации гинеколога, — пояснила регистратор. — Также нужно будет полежать какое-то время в отделении, чтобы исключить нежелательные последствия. Но не беспокойтесь, у нас лучшая клиника, все пройдет хорошо.
Я машинально прижала руку к животу, чтобы малыш не слышал этих ужасных слов, произносимых равнодушно-холодным голосом.
Сергей проводил меня в палату, которая должна была стать моей комнатой на время «процедуры». Я почти с ненавистью смотрела на белоснежные стены и пол, на белье в мелкую полоску и по коже бежали мурашки.
— Надежда Алексеевна, я буду внизу, — смущенно сказал Сергей. — Подожду, когда… кхм… в общем, мне надо дождаться, чтобы вас потом отвезти…
— Делайте, что хотите, — отрезала я.
— Но процедура займет несколько дней, — захлопала ресницами молодая медсестра, которую назначили ввести меня в курс дела. — Оставьте свой номер, и мы сообщим, когда пациентку можно будет забрать.
— Я подожду.
Когда меня наконец оставили одну, я не стала медлить. Медсестра сказала, что уже через полчаса я должна буду идти к гинекологу, а значит, через тридцать минут меня уже не должно здесь быть.
Прижимая к себе сумочку, я вышла из палаты и спросила первую встретившуюся медсестру.
— Где тут у вас покурить можно?
Она посмотрела на меня с неодобрением, однако кивнула в конец коридора:
— По лестнице спуститесь, там на улицу выход есть.
Поблагодарив ее, я заспешила к выходу, чувствуя, как грохочет сердце. Сейчас, малыш, мы уйдем из этого страшного места. Мне казалось, что я физически ощущаю ужас ребенка.
Выскользнув на улицу, понеслась к воротам. Отлично. Сергей стоит около главного входа или ждет внизу, ему и в голову не придет искать меня здесь. Я побежала в ближайшее кафе, где попросила вызвать мне такси. Жаль, что кафе почти рядом с клиникой, но медлить нельзя. Мой телефон так и остался где-то в доме Саяра.
Когда такси приехало, я уже знала, куда мне нужно ехать. Официантка в кафе посоветовала недорогой отель на окраине города. То что нужно, чтобы на время затаиться и переждать.
— Да задолбал, будто приклеился, — недовольно проворчал водитель, немолодой седеющий мужчина.
— Что? — переспросила я.
— Да чудила какой-то на «Опеле» от самого кафе за нами тащится, — пояснил водитель.
Я со страхом обернулась. Неужели выследили? Но почему так быстро? Откуда узнали?
Увидев «Опель», выдохнула. Нет, это не человек Саяра. Едва успела подумать об этом, как машина свернула в какой-то проулок. Я покачала головой. Нужно успокоиться, а то такими темпами недалеко до паранойи.
Такси привезло меня в один из спальных районов на окраине Москвы. Там, среди блочных многоэтажек, прятался дешевенький отель.
Я забронировала номер на несколько дней. Сев на опасно скрипнувшую кровать и рассматривая ободранные обои, закусила губу. Это временно. Ничего страшного, все как-нибудь устроится. Я найду работу, рожу, заработаю на квартиру, куплю своему малышу все, что нужно, и все у нас будет хорошо. Да. Именно так.
Только я успела более-менее успокоить себя, как дверь содрогнулась под бешеным грохотом ударов.
Глава 40. Саяр
Сон мучил всю ночь, не давая проснуться. Раз за разом яркая вспышка забирала моих близких, а я, как всегда, был только наблюдателем. Последний кошмар перед пробуждением — Надя с большим животом, которую поглощает тот же огонь, что и мою мать с братом.
— НЕТ! — громко проорав, открыл глаза.
Бля.
Будто после пробежки — мокрый, с бешено колотящимся сердцем. Сон цепкими когтями вонзился в сердце. Почему она была там? Этот сон не о ней. Это её не касается!
Схватил телефон, набирая Серому. Он успокоил, сказав, что всё в поряде, и через пару часов они будут выезжать. Посмотрел на часы, поняв, что сейчас только шесть утра. Серый снова, как мне показалось, разговаривал со мной с неким презрением. Не дохера ли он себе позволяет?!
Сказал ему глаз не спускать с Незабудки. Не отходить ни на шаг. Хотел спросить, как она, но вовремя заткнулся. Меня это больше не касается. Положив трубку, осознал, что вчера выгнал её. Разорвал контракт, лишив себя её… Но она обманула меня! Ввела в заблуждение! Скакала на мне без презика, зная, что может залететь. Дети — это последнее, что уместно в моей жизни…
Бля. Тошно мне. Не думал, что это так выбьет из колеи. Ну ничего, и не с таким справлялся. Со временем забуду её. Да. Так и будет.