Прекрасная Агония (ЛП)
В тот день я не слышал никакого шума за пределами ее комнаты. Я не слышал ничего, кроме громкого выстрела и постоянного звона.
В тот день я хотел покончить с собой. Чтобы остановить боль, которая охватила меня. Но полиция остановила меня прежде, чем я успел закончить работу. Очевидно, моим спасением стал не мой похотливый сосед по комнате, а колледж. Если вы пропускаете слишком много дней, они посылают охранника и полицейского, чтобы проверить вас. Думаю, они появились, когда Агония застрелилась. Я не знаю.
После того, как вырвали пистолет из моих пальцев и оторвали ее от меня, они отвезли меня в центр города и допрашивали четыре дня. Я ходил на судебные слушания и судебные процессы. Наконец, после нескольких месяцев преследований и жестоких напоминаний о том, через что Агония прошла, присяжные решили, что я сошел с ума. Потому что мужчина моего телосложения должен был уметь защититься от такой маленькой девушки, как Агония.
Так что я согласился с ними. Потому что мне надоело слушать одно и то же дерьмо снова и снова. Я устал снова и снова переживать тот день и рассказывать одну и ту же историю. Теперь я здесь, живу в лечебном учреждении, каждый день накачиваюсь транквилизаторами в жалкой попытке заглушить звуки того дня. Ее последние слова пронзили меня, как только что заточенный нож.
«Ты не можешь спасти меня, Монте. Я умерла давным-давно».
Я вытираю лицо рукавом. Это должен был быть я, а не она. Если бы я мог вернуться, я бы сделал больше, чтобы спасти ее. Но что сделано, то сделано.
«Монте», — Я слышу ее шепот.
Поднимаю глаза и вижу Агонию, стоящую в коридоре, ведущем в мою комнату. Я быстро встаю, опрокидывая стул на пол. Грохот привлекает внимание персонала, но я не обращаю на них внимания. Она здесь. Наконец-то она здесь. Пробираюсь сквозь толпу людей и толкаю двери коридора как раз вовремя, чтобы увидеть, как Агония проскользнула в мою комнату.
— Монте, сейчас время прогулки. У тебя еще есть тридцать минут, прежде чем ты сможешь пойти в свою комнату.
Я игнорирую медсестру и бегу в свою комнату. Слышу, как мне кричат вслед, преследуя по коридору.
— На этот раз я должен спасти ее, — кричу я.
Когда добираюсь до своей комнаты, дверь заперта. Я смотрю в маленькое стеклянное окошко, Агония стоит на подоконнике, ее платье свободно развевается на ветру.
— Нет! Не делай этого! — Дергаю ручку и толкаю дверь плечом, пытаясь ее открыть. — Агония, пожалуйста, — кричу я.
Две новые медсестры дневной смены толпятся вокруг меня и пытаются оттащить, но я вырываюсь и продолжаю биться о дверь.
— Она не открывается! Кто-нибудь, откройте эту чертову дверь! — кричу я. — Я должен спасти ее, черт возьми!
Санитар хватает меня за руки. Я поворачиваюсь и изо всех сил ударяю его в челюсть, заставляя упасть на пол. Другие медсестры ахают и отступают. Я толкаюсь в дверь еще раз, и замок раскалывается в щепки.
Бросаюсь к окну, но Агонии там уже нет. Мое сердце бешено колотится, когда я готовлюсь выглянуть в окно. Хватаюсь за выступ и смотрю вниз, а там она. Лежит на земле. Кровь сочится из ее головы.
Падаю на колени. Я никогда не смогу спасти ее. Я всегда опаздываю.
Чувствую на себе чьи-то руки. Но не вижу, кто ко мне прикасается. Все, что я вижу, — это Агония. Каждый раз, когда я ее вижу, все заканчивается вот так. Каждый. Чертов. Раз.
— Я не могу спасти ее, — шепчу, ощущая укол в руку. Мое дыхание замедляется, и тело начинает расслабляться. Я смотрю на медсестру, которая только что воткнула мне в руку иглу.
— Монте, милый, ее здесь нет. Агонии здесь никогда не было. Она умерла год назад. — Я вижу жалость в ее глазах. Ее слова убивают меня. Как и всегда.
— Я просто хочу спасти ее, — шепчу я, мои слова путаются, когда успокаивающее начинает действовать. — Спасти... ее.
Потом все погружается во тьму.
Notes
[
←1
]
Buona scelta (с итал.) — Хороший выбор.