Третий фланг. Фронтовики из будущего

— Молодец, Бондаренко. Вы с капитаном Ивановой опишите это все подробно. Завтра с утра будем думать, как воплотить ваши наполеоновские планы в жизнь. Если все пройдет нормально, наш опыт можно будет применять в других частях Красной Армии.
Саня Букварь
Мы стояли на исходной, когда между моей САУ-шкой и аналогичной машиной Мындро вдруг остановился КВ-2 с пушкой, «украшенной» дульным тормозом. Из командирского люка показалась знакомая голова, но где именно я видел этого человека, я, к сожалению, не вспомнил.
  
— Где машина Михал Иваныча? — спросил танкист. Я показал. Как раз из своего люка показался Мындро; его удивлению не было границ.
— Вы? Как вы здесь оказались? Товарищ Сталин знает?
— Товарищ генерал-майор, танк КВ-2бис с экипажем прибыл в ваше распоряжение на время операции. Командир танка генерал армии Мехлис! И попробуй только от меня отделаться!
— Товарищ генерал армии, кто командует операцией?
— Ты охренел, генерал-майор? Я тебе внятно сказал, что танк с экипажем прибыл в твое распоряжение! Я – командир танка, и все!
Дальнейшего разговора генералов я не слышал, благоразумно спустившись в люк. Началась артподготовка. Буквально два десятка залпов, затем по радио Михаил Иванович скомандовал начало атаки. При прорыве линии фронта особого сопротивления финны не оказали, правда, и в плен сдаваться не спешили. Просто огневое превосходство бригады было подавляющим. С удивлением увидел на левом фланге прорыва результат работы ТОС-а – по-моему, там точно все зачищено, и парням из батальона НКВД надо будет просто занять опустевшие окопы.
Олег Соджет
Перед боем мои ребята, как и я, надели запасные комплекты формы. Чтоб в случае чего не сверкать в прицелах противника нарукавными нашивками. Ибо они как бы кричали врагу – я командир, в меня стреляй.
В прорыв мои машины пошли второй волной, так как рисковать опытными образцами никто не хотел. Поэтому единственным, кто прошел боевое крещение, стал «Буратино», поучаствовавший в артподготовке. И, что характерно, там, куда он отстрелялся, сопротивления наступающим никто не оказал. Ну да, это было неудивительно – в том море огня, что он соорудил, уцелевших не оказалось. От огня не спасали никакие укрытия – напалм просто затекал туда сквозь щели в перекрытиях и двери с амбразурами.
Дождавшись перезарядки ТОС-а, моя рота двинулась в прорыв следом за основными силами бригады.
Степан
И снова ждать. Ненавижу. К командирским машинам подполз KB, из люка высунулся человек, о чем-то говорят, отсюда не слышно. Да, Степушка, отвык ты от ожидания и от предбоевого мандража. Ну, ничего, это пройдет.
Жиденькая артподготовка оптимизма не внушает. Ладно, ты где другую-то видал? Хотя море огня там, куда ударил «Недобуратина», впечатляет. Зенитку качнуло – танки и самоходки рванулись вперед. Мы тоже, но с отставанием в несколько сот метров – все же зенитка не танк, встречу с противотанкистами может и не пережить.
А вот и они – левее взметывается снег, — там явно что-то небольшое, «пачка» или «бофорс»… И очень храбрые ребята. Для того чтобы лупить из этой мелочи по KB, смелость нужна нешуточная. Трассы с полуоткрытой зенитки настигают артиллеристов гораздо раньше, чем на месте пушки встает разрыв танкового снаряда. Все, больше пушек нет. Короткая схватка в окопах продвижения бригады задержать не может.
Финны
Колонна русских казалась бесконечной, она все шла и шла, новые танки, не такие, как в рассказах ветеранов Зимней войны, а куда более пугающие, хищные. К тому же среди колонны попадались и странные самоходки, шедшие с задранными вверх стволами. «Наверно, зенитки, — подумал Микке, — едут, как у себя дома!»
И еще настораживало огромное количество автомобилей с пехотой, в ту же Talvisota русские перегоняли свою пехоту пешком.
Лязг танков и урчание моторов грузовиков нарушили тихое на этом фоне падение деревьев, заранее подпиленных, и дальнейший подрыв фугаса в середине отсеченной части колонны оказался полной неожиданностью для русских. «Сигнал», — Микке задержал дыхание и плавно потянул спуск. Прозвучавший выстрел был не замечен красными в том кошмаре, что начался в колонне. Водитель грузовика, которого приметил Микке, безвольно упал на баранку. По грузовику ударил пулемет, кроша деревянные борта, брезент и людей, пытающихся выскочить из кузова… Второй пулемет ударил по саперам побежавшим разбирать завал на дороге. К дуэту пулеметов присоединились хлопки легкого миномета, внося еще больше хаоса в колонну большевиков. Микке же перевел прицел на танкиста, неосторожно высунувшегося из русского танка. Танкист пытался перекричать какофонию в переговорное устройство, когда пуля прошла через его правое легкое. Захлебываясь кровью, он плавно оседал в люк танка.
Внезапно на Микке накатила слабость, тепло стало вытекать из тела. А потом пришла темнота…
Русские
— …Снайпер. Второй выстрел с той же позиции. — Вижу хорошо.
Выстрел. Смена позиций.
— В следующий раз бери на первом, а то он еще подкурить попросит.
— Да ладно тебе. Тоже мне засада. Как у себя дома.
— Они как раз у себя дома.
— Не придирайся к словам. Давай вперед. А то еще одну засаду профукаем, и будет тебе «подкурка» от товарища капитана.
Последние слова он прохрипел, оседая. Красное пятно медленно расплывалось на его спине.
Финны
…Ахти видел, как дернулся Микке, и вспышку снайпера русских. В мгновенно переведенный прицел он заметил пару ползущих солдат, а тело действовало само.
Выстрел. «И сразу же уходить». «Не разлеживаться и не рассматривать падающего русского».
На второй позиции Ахти не стал задерживаться; после оглушительного выстрела, донесшегося с дороги, и замолчавшего пулемета он понял, что засада провалилась.
В точке сбора он надел лыжи и быстро побежал…
Саня
…По пулеметам ударили самоходки, и вокруг стрелков взлетели частые фонтанчики разрывов тридцатисемимиллиметровых снарядов, но зенитное тявканье утонуло в грохоте выстрела восьмидюймовой гаубицы и разрыве снаряда.
— Саныч, пулемет слева! — Стоп, механик, осколочный, поворот влево.
— Готово.
— Готов осколочный.
— … рот! Мля, вроде метрах в десяти попали…
— Командир, для восьми дюймов двадцать влево – двадцать вправо по пехоте абсолютно непринципиально…
— Впереди завал! Бревна, камни. Слева, кажись…
— Вижу, газу, осколочный!
— Готов осколочный.
— Дорожку!
— Дорожка!
— … душу! Вашу… Колеса полетели…
— Саныч, ползавала сдуло! Только несколько бревен осталось!
— Там пачка, наверное, была!
— Фиг с ней! Топчи бревна! Колесники должны пройти!
— Твою… Под тралом противотанковая сработала! Наверное, с допзакладкой! Левое звено трала на х…
— Стоп машина, пропускаем Сухова, у него трал целый!
Кажись, все.
Генерал-майор Мындро
— Товарищ капитан, — генерал Мындро рвал и метал, — почему вы прохлопали засаду?!
— Товарищ генерал-майор, — спокойно ответила Ника, и ее спокойствию мог позавидовать сам Сфинкс. — Эта часть операции – сфера ответственности вашей разведроты. Мы занимаемся сейчас другой задачей. Но мои ребята сняли четверых снайперов из пяти. Что же касается необходимых действий, то я уже подавала вам рапорт по этому поводу.
Мындро смотрел на колонну техники и продолжал злиться. Злился прежде всего на самого себя. Ведь Иванова предлагала сформировать специальные группы лыжников, одетых в финскую форму и снабженных финским оружием, как раз для выявления и уничтожения секретов противника, но тогда было не до этого. А вот теперь уже стало поздно. Но лучше поздно, чем никогда. В принципе, потери были достаточно маленькие. Но колонна встала, а это значит потерю темпа. За это время финны устроят нам гадость чуть дальше по дороге.