Та, которой могло не быть (СИ)

Мы с бабушкой были в первых рядах переместившихся в точку, наиболее близкую к нашему лагерю. За нами то и дело вспыхивало портальное окно, выпуская пятерки магов из числа пациентов госпиталя.
Воины, сориентировавшись на местности, сразу же отправлялись в том направлении, где гремел бой. Меня же бабушка придержала за руку.
— Успокойся сначала, — она жёстко, до боли сжала мою руку. — Твоему супругу не нужны твои сопли и волнение. Отыщи в себе хладнокровие.
Герцогиня была совершенно права! Я уперлась в неё взглядом, рассматривая холодное бесстрастное лицо потомственного Стража. Её уверенность и спокойствие передались мне. Хоть камням падать с неба, но передо мной стояла задача помочь, а не навредить.
Глубоко вздохнув несколько раз, я прислушалась к эмоциям Калеба, которые были ещё больше приглушены, чем ранее. Герцог отвлекался от боя, тратя силы на то, чтобы закрыться от меня.
— Я рядом и всё у нас получится, — произнесла шёпотом, так мне было легче сконцентрироваться, и этими же эмоциями пробиться по связи к супругу.
Бабушка быстро смекнула, что к чему, и, дёрнув меня за руку, спешно повела в обустроенный лагерь. Нас встретил пост, но маги, признав герцогиню и меня, пропустили нас. Старший по лагерю провёл меня к палатке командующего.
Бабушка метнулась внутрь и, раздобыв стул, толкнула меня на него. Она перемещалась с каким-то дополнительным ускорением так, что мелькала перед глазами.
— Вот теперь давай. Встань щитом вокруг мужа.
Она очертила по кругу знаки защиты, и магический контур, вспыхнув, накрыл меня куполом, полностью отсекая от звуков, запахов, всех ощущений извне.
Вот теперь я могла высвободить свои Стихии и направить к супругу, используя нашу связь. Более того, своим астральным телом я последовала за ними. Оставаясь невидимой окружающим, я видела всё, что происходило в горах.
Вход в пещеры Тысячи голосов был разрушен. В горном массиве зияла чёрная дыра. И из неё, как щупальца гигантского спрута, тянулись абсолютно чёрные плети неплотной субстанции. Стоило им коснуться живого, как оно на глазах осыпалось прахом.
Отряды зоуракцев и вестероссцев смешались. Теперь две армии в ужасе старались загнать Пустоту, поглощающую их мир, назад в Пещеры.
Заклинания ударяли в тянущиеся плети. Но производимый эффект был не более, чем вспышка светлячка летней темной ночью.
Я видела, что магам не хватает мощности. Необходим был точный скоординированный удар в определённую точку — туда, откуда щупальца брали начало, чтобы отбросить Пустоту вглубь пещеры. И ещё: если Пустота несла смерть, то противовесом ей должна быть жизнь. Только эта редкая Стихия могла победить Пустоту.
Откуда ко мне пришли эти знания? Я не знаю. Но я была твёрдо уверена в своей правоте. И эти знания я направила супругу по связи в виде образов.
Самого Калеба я нашла на передовой рядом с командиром отряда вестероссцев. Мужчина казался гигантом на фоне остальных и был одет в форму, напоминающую экзокостюм солдат из фантастических фильмов. Артефакт, встроенный в перекрестье на уровне его солнечного сплетения, светился ярко-зелёным, выдавая цветом, что сильная сторона командира — это магия земли. Но вдруг артефакт моргнул, переключаясь, и засветился голубым, а это уже была магия воды.
Я встала рядом с мужем, невидимая окружающим.
Герцог громко закричал, магически усилив голос, призывая сотников обратить на себя внимание. Маги с хлопком возникали возле него, приготовившись внимательно слушать своего командира. Вестероссец призвал своих и заглушил на время артефакт на своём удивительном костюме.
Калеб стоял, опираясь на свою трость и немного опустив голову, и прислушивался к нашей связи, по которой неслось всё то, что я увидела и поняла.
Вдруг он поднял голову и окинул взглядом всех собравшихся.
— Мне нужны все маги со Стихиями жизни, пусть даже с самыми слабыми. И маги земли.
Главнокомандующий вывел тростью на земле схематическое расположение разрушенной пещеры и порядок построения магов для дальнейших действий. Он уверенно раздавал указания, не сомневаясь в положительном исходе. Я укрепляла в нём эту уверенность.
 
Времени оставалось всё меньше. Ведь пока Пустота только просыпалась и посылала в магический мир, как разведчиков, свою мизерную часть, но стоит ей вывалиться из пещеры, как остановить её движение по планете уже будет невозможно.
— Но откуда вы знаете, что это сработает? — скептически спросил вестероссец. — Такое расположение слишком близко от щупалец. Мы погибнем, только устраиваясь на позициях.
— Я уверен. И в самой близкой точке будет находится только один маг, — Калеб ткнул тростью в точку, которая находилась на середине расстояния от входа в пещеру и местом расположения, где сейчас окопались маги. — Это я.
Муж резко вскинул глаза и посмотрел точно на то место, где сейчас была я. Своё присутствие я выдала, когда на одно мгновение испугалась за него.
— Я буду не совсем один, — герцог обвёл взглядом притихших магов. — Со мной будет мой элементаль и мой щит.
Маги переглянулись. И уже начали уточнять детали операции, как все разговоры были остановлены вестероссцем.
— Если мы хотим это сделать, то сейчас самое время, — он мотнул головой в сторону склона, по которому заклубились новые щупальца Пустоты.
Маги, как появились перед своим командующим, так же и исчезли один за другим.
— Значит, вы уверены, — произнёс вестероссец и одновременно с этим герцогу протянул руку. — Рад был сразиться с вами, милорд Демийский. Жаль, что не в той армии.
— У вас ещё всё впереди, лорд Равьер. Сейчас самое время всё исправить. Этуаль, явись, где бы ты ни был, — призвал Калеб элементаля, вычерчивая символы на камне.
Порыв ветра закружил меня. Будто перезвон колокольчика раздался у меня в ушах. Спокойный голос Этуаля поздоровался со мной, и только после этого он полупрозрачной стихией возник перед герцогом Демийским.
— Да, хозяин. Вы попали в сложную ситуацию? Файерал со мной.
Огненный элементаль взметнулся рядом.
— Я рад видеть тебя, Файерал. Раз так — Этуаль, позаботься о миледи. А ты, Файерал, отнеси меня на склон.
Элементали склонили головы, и через мгновение всё пришло в движение. Герцог Демийский вышел из огненного смерча на горе. Элементаль сдерживал чёрные щупальца, отгоняя их, но каждое их касание истощало его. Время не ждало.
Калеб со своей позиции рассмотрел выстроившихся магов. Сам он стоял сбоку от входа, так, чтобы не попасть под действие массированной атаки магов и не загораживать собой центральную точку, в которую следовало нанести удар.
Все приготовились к атаке, как единый организм, подчиняясь одному человеку — командующему армией Зоурака.
И вот сигнальный зелёный огонёк рассыпался искрами в вечернем небе. С конца трости Калеба вырвался мощный луч, направленный в самую середину пещерного зева. Сотни лучей послабее вырвались из тростей магов двух армий и слились воедино в той самой точке.
Мои Стихии всё быстрее устремлялись к моему супругу, поддерживая баланс его сил. И, наконец-то, чаша весов качнулась в нашу сторону. В точке приложения мощнейшей магической силы появилось белое пятно. Оно ширилось, сначала так медленно, что казалось, что ничего и не получится, но достигнув критической концентрации магической энергии, пятно вспыхнуло, разгоняя черноту. С шипяще-визжащими звуками щупальца стали исчезать, пронизанные отлетевшими от эпицентра лучами Стихии жизни. Калеб до последнего удерживал трость. Уже многие маги выдохлись, а вместе с ними гасли и их лучи.
— Сейчас! — обернувшись, герцог махнул рукой.
 
Маги земли выпустили свои заклинания, запечатывая разрушенный зев пещеры и наращивая мощный пласт породы сверху.
Герцог оборвал заклинание и упал на колено, опираясь одной рукой о каменистый склон. Остатками снега он утёр лицо и облегчённо выдохнул:
— Мирайя, у нас получилось.
С его словами меня покинули силы, и я потеряла сознание, обрывая нашу связь.