Та, которой могло не быть (СИ)

В ответ на фразу отца я лишь кивнула, не найдя подходящих слов. Магистр не скрывал чувств, как в обычной жизни. Отец выглядел озабоченным и расстроенным, но храбрился. Ему было сложно отпустить меня. Только обретя, он снова меня терял. Хоть я и не исчезну из его жизни, но теперь принадлежу к другой семье, и мы будем проводить вместе намного меньше времени.
— Господа, — тем временем принц обвёл взглядом притихших молодых людей, — я не говорю вам спасибо за то, что моя супруга по вашей вине оказалась подвергнута опасности, но я благодарен, что вы оказались рядом с ней в трудную минуту. Лорд Аластер, не стоит сверлить меня взглядом. Вы или принимаете меня, или нет, но отныне вы — часть моей семьи.
— Аластер, пожалуйста, — я протянула руку к брату. Мне было так важно, чтобы он наконец-то сбросил груз надуманных обид. — Оставь прошлое позади, братик. Как я.
Наверное, напоминание о нашей первой нелицеприятной встрече и послужило тем переломным моментом в сознании младшего лорда Мелфи. Он подошёл ближе и протянул принцу руку для рукопожатия.
— Мира говорит, что пожатием рук в том мире, где она жила, закрепляют добрые намерения. Добро пожаловать в семью, милорд.
У меня камень с души упал. Поступок Аластера о многом говорил. Может быть, не зря я вела с ним душеспасительные беседы.
От важности момента у меня на глазах выступили слёзы радости, но магами они были восприняты иначе и вызвали переполох. Калеб вызвал элементаля.
— Этуаль, домой, — короткий приказ, и нас подхватил ветер, закружив в плотном потоке.
Всё время перемещения Калеб крепко прижимал меня к себе, поддерживая одной рукой за талию, а второй обнимая за плечи. Когда Сильф (принц называл его Этуалем) поставил нас на твёрдую поверхность и материализовался рядом в виде человека, мы оказались на пороге неизвестного мне дома.
Калеб так и не выпустил меня из своих рук, хотя позволил развернуться к массивной входной кирпичного цвета двери, украшенной золотым вензелем латинской буквы «Д», тускло поблёскивающим в свете взошедшей луны. Книзу от вензеля был барельеф головы рогатого зверя, схожего с мифическим Минотавром, в нос которого было вдето большое медное кольцо, затёртое до блеска от тысячи трогавших его рук.
— Чей это дом? — спросила шёпотом. Рогатый зверь медленно поднимал бронзовые веки.
— Наш, — ответил мужчина и вдруг легко поцеловал мою макушку.
Брачная церемония произошла настолько неожиданно, что я закономерно не подумала о простых вещах. Я думала о Стихиях, о чувствах принца, Аластера, но совершенно забыла, что после свадьбы есть обыденная жизнь! И сейчас испугалась. В голове пронеслись воспоминания о моих двух неудавшихся гражданских браках.
От воспоминаний зябко поёжилась. Мужчина за моей спиной совсем иной, воспитанный согласно законам своего мира. Со своими взглядами, убеждениями и непоколебимой уверенностью в своей правоте. Последняя мысль вызвала улыбку. Не так уж и отличаются мужчины Зоурака от земных.
Я оглянулась назад и встретилась взглядом с чёрными глазами герцога.
— Это Хранитель этого дома? — кивнула в сторону зверя.
— Да, — милорд чуть подтолкнул меня в сторону двери. — Нужно поделиться с ним...
— Каплей крови. Он должен меня укусить? — я вспомнила, как осуществлялась привязка к нашему родовому духу в замке Мелфи.
— Всё произойдёт быстро.
—В прошлый раз у нас дома после того, как наш дух-хранитель укусил меня, он приобрёл полное физическое тело. А если ваш также отреагирует на мою магию?
— Не попробуем — не узнаем. Выбора всё равно у нас нет.
Калеб пожал плечами и тронул своей тростью нос зверя, отчего тот поморщился, словно хотел чихнуть, но, переборов себя, заговорил басовитым голосом, немного перекатывая слова, словно камушки:
— Добро пожаловать, Хозяин. Выглядишь теперь иначе. Ты нашёл нам заботливую Хозяйку? Наконец-то наш дом оживёт.
— Ты прав, Апис. Смею надеяться, что так и будет, — Калеб разговаривал с магическим существом и нежно придерживал меня за талию, прижав к своему боку. — Это Мирайя. Моя супруга — твоя Хозяйка. Она имеет те же права, что и я. Малышка, протяни Хранителю руку. Не бойся.
 
Я уверенно протянула указательный палец вперёд. Но обращение «малышка» из уст милорда мне не понравилось. Это ведь не просто ласковое прозвище, принятое в семьях между супругами. В данном случае мужчина вкладывал в него другой смысл, а именно подчёркивал мой возраст, и своё отношение ко мне в связи с этим не как к взрослой женщине. С этим следовало что-то делать. Потому что я могла принять такое обращение от отца и от бабушки в силу того, что я действительно была их ребёнком, но терпеть подобное от супруга — увольте. Я знала, чего хочу от брака. Опыт никуда не денешь. Пусть это будет не абсолютное равноправие. Две «головы» в семье не функциональны. Я же сразу согласна на роль «шеи»!
Морда зверо-быка дрогнула в подобии улыбки.
— Она не боится, Хозяин. В ней отваги и решительности не меньше, чем было у вашей матери. А упорства, как у вашего брата.
Пасть раскрылась, ощетинившись острыми хищными зубами и молниеносно проткнула кожу на пальце. В отличии от Фьюльгьи, Апис заботливо зализал ранку подвижным тёплым языком. Хранитель подёрнулся зыбью, и дверь при этом стала растворяться, пока не открылся вход в дом.
В холле ярко вспыхнул свет, разгоняя мрачную темноту в пустом, нежилом доме. Неподалёку от порога неожиданно возник элементаль воздуха в парадной форме дворецкого и церемонно поклонился.
Герцог Демийский подхватил меня на руки, довольно улыбнулся и переступил порог. Магический защитный барьер лёгкой щекоткой прошёлся по открытым участкам кожи. Если бы Хранитель меня не принял, то я бы испытала совсем другие, менее приятные ощущения. Герцогу пришлось бы усыплять магическое существо и искать новое место для нашего дома.
— Герцогиня Мирайя Демийская, добро пожаловать домой. Пусть Стихии будут благосклонны к нам весь отмеренный нам жизненный путь. «Я» осталось за порогом этого дома. Здесь есть «мы». Придёт время, и этот дом станет колыбелью для наших детей. Миледи, теперь вы Хозяйка этого дома. И все существа будут вам подчиняться так, как до этого подчинялись мне.
— Смею надеяться, что мы сделали правильный выбор, милорд, — я обнимала супруга за шею и всматривалась в его глаза. Такое близкое присутствие мужчины будоражило кровь. Момент был настолько идеальным, что не хватало только одной детали — первого поцелуя на пороге совместной жизни. Задержав дыхание, потянулась к таким манящим губам, но лишь мазнула по уголку его рта, соскальзывая по телу супруга.
— Мирайя, сегодня для тебя был очень сложный день. Тебе нужно привести себя в порядок, отдохнуть, устроиться. В доме пока нет слуг, но завтра мы подберём персонал.
Трогательный момент был упущен. Но я не расстроилась, я всё больше понимала, что происходит с моим супругом, и причины его такого специфического отношения ко мне. Я точно знала, что Калеб был в полной мере счастлив от своего выбора, но его внутренний барьер не позволял отнестись ко мне, как к женщине. С этим нужно было что-то делать. Пока же действительно стоило привести себя в порядок. Я вдруг вспомнила, что выгляжу сейчас, как чучело.
— Милорд...
— Если тебе нетрудно, то можешь дома называть меня по имени? Или ты ещё не готова перейти на такой доверительный уровень?
— Калеб, — я тут же исполнила просьбу, — мне будет очень приятно называть тебя так. Я сознательно отношусь к тому, что оказалась замужем за тобой, — я уверенно взяла его за руку. К нему хотелось постоянно прикасаться. Чувствовать его тепло, уверенное биение сильного сердца, ощущать, как под кожей бушуют Стихии.
 
Для меня такой телесный контакт значил очень много. Через прикосновения я получала больше информации, причём, не только на Зоураке, но и на Земле. Там это сводилось к отслеживанию физических параметров: температура и влажность кожи, частота пульса. Простые параметры, но по ним можно было судить, нервничает человек или бесстрастен, взволнован или спокоен, правду говорит или обманывает, искренен или лицемерен.