Кречетов, ты – крестьянин, а не наследник! Том 2 (СИ)

— Государь, — прервал меня Добрыня.
Гнев заставил меня резко повернуть голову к ветерану.
— Следующий раз он скажет нам, что мы заблудились!
— Я раньше не бывал в степях, — признался Матвей, глядя на нас. — Это ничего не меняет.
— Что? Конечно, это меняет! — Я взорвался, мои глаза застилала пелена, будто в них бил ветер. — Черт! Какого хрена мы здесь делаем? Что это за дерьмо?
— Государь, — снова вмешался Добрыня, и у меня на виске вздулась вена.
Что? — зыркнул я на бывшего дружинника.
Мужчина указал пальцем в сторону плато.
— Вон там поднимается дым, — объяснил он. — Я думаю, это может быть деревня.
Я ничего не мог разглядеть из-за слез. Мелкие кусочки скошенной травы и пыли почти ослепляли меня.
— Ты уверен? Ну, хм… — Я опустил голову под поднятый воротник пальто. Видимой осталась только верхняя часть головы.
* * *
Лучшие аспекты этих жилищ — их круглая форма и отсутствие окон, за исключением отверстий на войлочных крышах. Дым выходил через них.
Двери были узкими, грубо сделанными из шкур. Все было грязно-коричневого болотного цвета. В центре деревни была грунтовая дорога, проходящая через нее.
Домов было немного около двадцати, они отличались лишь размерами.
Я надул щеки, глядя поверх поднятого воротника, не слишком впечатленный.
«По сравнению с этим Новая Слава была городом господ,» — мрачно размышлял я.
Олаф держал вчерашний кусочек баранины с торчащим кусочком кости. Он с трудом прожевал мясо и проглотил его.
Увидев мой сердитый взгляд, он неуверенно остановился.
— Оно почти несвежее, — явно соврал он.
— Давайте попробуем поговорить с ними, — ответил я, не желая начинать еще одну ссору.
— Позвольте мне заговорить, — произнес Добрыня, стоя перед нашей группой, Матвей рядом с ним.
Степняк, наблюдавший за нами, отделился от группы и хотел поговорить с нами. Его седоватые волосы уже проредились, на голове шерстяная шапочка и кожаные доспехи, когда-то бывшие приличными.
— Куда вы направляетесь, мужчины? — спросил он на местном диалекте.
— Приветствую, добрый человек, — ответил Добрыня, на голову выше местного жителя и вдвое крупнее, он выглядел почти устрашающе. — Мы добрые люди… Есть ли у этого места название?
— Лунная долина, — ответил мужчина. — Я — Замир, сын Калвара.
— Я — Добрыня, бывший дружинник из Новгорода, — представился Добрыня.
Степняк глянул на домового.
— Это у вас такой народ? — поинтересовался Замир. — Давненько никого не видел с ваших краев.
— Матвей — наш проводник, — пояснил Добрыня.
— Это так? Ну, я полагаю, это ваша дружина, — с любопытством разглядывал он остальных. — Вы, ребята, шли из…
— Новгорода, — ответил Добрыня. — У нас были лошади, но они не выжили.
— Это большое путешествие — прокомментировал Замир.
Оглядываясь на нашу группу, следившую за нами как ястребы, он добавил:
— Я вижу, вы пережили много приключений.
 
— Мы ищем лошадей, если у вас есть лишние.
— У нас есть табун, много лошадей на равнинах, — отметил Замир. — Ты планируешь заплатить за лошадей?
— Зависит от цены, — вмешался я, поскольку монеты оставалось мало, и это заставило меня действовать.
Замир пожал плечами, скривив рот.
— Значит, ты лидер, парень?
— Правда? — удивился я.
— Здесь нет лидеров. На равнинах все люди свободны, — произнес кто-то из них.
— Я думал, это земли Ханства, — заметил я, пытаясь разобраться в ситуации.
Среди мужчин сзади послышался ропот.
— Мы повелители лошадей, юноша. Не прихвостни хана, — объявил кто-то с насмешливым подтекстом.
— Меня зовут Ярослав, — представился я.
— Планируешь заплатить за лошадей, Ярослав? — поинтересовался Замир. — Мы здесь маленькая община, которую преследуют бандиты. Как люди хана, так и другие.
— Мы не бандиты, — уверенно ответил я, не моргнув глазом.
— Все бандиты утверждают это, — возразил Замир. — Но как только мы поворачиваем голову, они вонзают нам нож в спину и крадут наших животных.
— Как давно это было? — нахмурился Матвей, обеспокоенный.
Замир бросил на него быстрый взгляд.
— Только вчера они украли табун Балтанжана.
— Да! Они это сделали! — крикнул Балтанжан со спины. Худой мужчина, одетый в старую кожу, его лицо было так же обветрено, как и его одежда.
Я прищурился, не понимая, к чему это приведет.
— Когда ты говоришь «табун», — рассеянно уточнил Добрыня. — Ты имеешь в виду своих лошадей?
— Я имею в виду наших коров и наших овец, — поправил его мужчина, и я вздрогнул, хотя и ожидал этого. Заметил краем глаза, что Олаф перестал жевать ногу и убрал его в боковой карман.
Бывший пират сохранял самообладание, несмотря на опасность. Но еще больше впечатлило то, что он целиком проглотил мясо.
— Кто мог это сделать⁈ — воскликнул я. Моя реакция была самой яркой среди всех в группе.
Мой опыт игры в невинного вора был неподражаем.
— Хм, — пробормотал Добрыня и погладил короткую бороду, явно чувствуя дискомфорт. Олаф же лишь восхищался происходящим.
Я задумался, прикладывая усилия, чтобы скрыть свое беспокойство за маской равнодушия.
— Когда это случилось? — спросил я, выходя вперед, хотя на самом деле не желал вмешиваться.
— Пару недель назад.
Балтанжан нахмурился.
— С тех пор я потерял несколько хороших животных.
— Может быть, это наши разбойники? — смог вымолвить Олаф, и все повернулись, чтобы посмотреть на него. Он попытался прояснить ситуацию под нежелательным вниманием. — Ну знаете, группа разбойников, которую мы ищем?
— Хм, — задумался об этом Замир, но Балтанжан остался при своем мнении.