Вместо волшебницы (СИ)

И пью сама — надо же как-то его взбодрить.
Зарзак нюхает, затем касается кончиком языка.
— Тебе ведь пятьсот лет — ты не должен так бояться, Зарзак.
Он кивает и смело делает глоток. Делает глоток и несколько секунд сидит молча.
— Сладко, — говорит наконец.
— Только сладко или…?
— И очень вкусно, — он облизывает губы и делает еще один глоток.
— Кабана. Дайте мне кабана, — говорит Лу заглядывая в пакет.
— Кабана я не нашла, но есть курица. Две курицы.
Я трясу у него перед носом пакетом с цыплёнком.
— Сырой? — морщится Лу.
— Мы разведем костёр! Там, — я показываю на полянку рядом с беседкой.
— Ага, — соглашается демон, — мы разведём костёр, а потом на запах цыплёнка появится циклоп и…
— Ты думаешь он поджарит нас на костре?
— Нет. Это слишком сложно. Он съест нас сырыми.
— Кто-нибудь видел Тео? — вспоминаю я о сыне.
— Да, — кивает Зарзак и допивает йогурт. Допивает и тянется ко второму такому же стаканчику. Значит — понравилось. Отлично.
— Попробуй теперь вот это, — я даю ему в руку сладкий сырок. Их я, как и шоколадок, набрала целый пакет.
Он вертит перед носом, шуршит блестящей упаковкой, но как разорвать её и добраться до содержимого не догадывается.
— Вот, — помогаю я ему я.
Откусывает сразу половину и сосредоточенно жуёт.
Мне нравится их кормить… этих странных типов которые не знают даже как выглядит йогурт или сладкий сырок.
— Что это за чудный мир, где мастера научились создавать такое? — интересуется Зарзак облизываясь.
— Москва.
— Это рядом с раем? — уточняет маг.
— Хм, — чешу я голову. — Пожалуй и так.
С костром нужно что-то решать. И с циклопом. И с… с гномами.
— План на сегодня, — решительно заявляю я, — гномы и циклоп.
— Гномов не бывает, — Зарзак тянется за вторым сырком.
— Хватит, — останавливаю его я. — перебьёшь себе аппетит. У нас еще цыплята, сыр, овощи.
И майонез… интересно как эти дикари отнесутся к майонезу.
— Тогда всё просто, — Лу тоже открывает йогурт, пробует, кривится и выливает его на пол. На мой возмущенный взгляд поясняет:
— Всё равно никто не будет после меня эту фигню жрать. Я же попробовал её.
— Это не фигня, — не соглашаюсь я, — некоторые вещи нравятся не сразу.
— Если мне что-то не нравится, — Лу тянется за сырком, — то это уже навсегда.
— Нам придётся идти на гору, — Зарзак выискивает взглядом среди рассыпанных по столу продуктов что-нибудь еще интересное.
— Клубника, — показываю я ему на ягоды, — ты любишь клубнику, Зарзак?
— Не могу ответить, мисс Финч. Никак не могу. Вот попробую и скажу.
Он не пробовал клубнику?!
Ставлю банку перед ним, открываю крышку, хватаю пару самых крупных ягод для себя, тут же засовываю их в рот и молча жую.
— За грифоном? — спрашивает демон у мага.
Тот засовывает ягоду в рот, жуёт, потом закрыв глаза от удовольствия, кивает.
— О какой горе и о каком грифоне идёт речь? — интересуюсь я когда во рту от клубники остаётся только вкус.
— Как можно так всё забыть, — сокрушённо качает головой маг и тянется к банке.
Встаю, прячу цыплят так, чтобы на них не падали лучи солнца, затем запрыгиваю на каменную ограду беседки и оглядываюсь. Циклопа не видно, а значит… значит можно заняться костром.
Спрыгиваю и бегу в ту сторону, где видела засохшее дерево. Оно на месте, и ветки не такие уж и толстые и ломаются совсем легко. Набираю охапку и возвращаюсь к беседке. Там, кажется, никто даже не обратил внимания на моё исчезновение — демон и маг что-то оживлённо обсуждают.
— Тебе подсунули гадость, — сообщат Лу как только обнаруживает меня поблизости. Сообщает и тычет своим чёрным крючковатым пальцем в аппетитный кусок дор-блю.
— Это не гадость, а сыр. Между прочим очень вкусный. И дорогой.
Укладываю охапку на землю, и начинаю вырывать поблизости траву — не хватало еще спалить остров.
— Верю, — не спорит Лу. — Но с тех пор как он был вкусным прошло немало времени и он превратился в бяку.
Отряхиваю руки и иду к беседке. Беру нож и сыр, отрезаю себе кусок и засовываю в рот.
 
На лице демона жалость и брезгливость.
— Фу, — морщится он. — Выплюнь сейчас же.
И тянет свои пальцы ко мне.
Вместо того, чтобы спорить возвращаюсь к костру…. к будущему костру. Через час наступит такая жара что мои цыплята на таком пекле проживут не долго.
— Огонь, — спрашиваю я после того как место расчищено, а ветки уложены. — У вас есть огонь?
— Угу, — Лу проглатывает что-то, что только что жадно жевал и мчится ко мне. Добегает, останавливается, вытягивает руку, сжимает пальцы в кулак, тут же разжимает его и отпускает на сухое дерево крохотный огненный шар. То сразу же вспыхивает и весело треща начинает гореть.
— Неси курицу! — радостно орёт Лу забыв обо всех циклопах на свете и не дожидаясь сам же и несётся к беседке. Возвращается держа в каждой из рук по пакету с цыплёнком и протягивает их мне как великому повару.
— Сделай их божественными, — благословляет он.
Мир вокруг вместе с моими барабанными перепонками вдруг разрывается на части от оглушительных хлопков.
— Мама, я умею летать!
Тео!
Он объявился! — Ты облетел Землю? — интересуюсь я. — Не потуши костёр.
Он перестаёт размахивать крыльями я мягко плюхается на траву.
— Я хочу есть, мама.
Ну вот.
Мне рано быть матерью. Я не готова. Я пока не готова! — Цыплёнок? — машу у него перед носом один из пакетов.
— Да, — он радостно кивает пуская слюни.
Достаю несчастную птицу и отдаю Тео… вернее кладу ему в пасть. Сырую. Всю.
Он начинает задумчиво жевать.
— Это вкусно. Где ты поймала её, мама.
Я могу сказать ему название супермаркета, но вряд ли это будет правильным.
— Знаю место.
— Там их много? — его жёлтые драконьи глаза вспыхивают.
— Да, очень много, — вспоминаю я мясной прилавок.
— Мы слетаем туда вместе?
— Да. Конечно. Как только я научусь летать.
— Зачем тем учиться летать, мама, если у тебя есть Кирби. И Энжел. И Соул.
Упс.
Незнакомые слова — чтобы они значили?
— Не вздумай отдать ему и вторую птицу, — обеспокоенно вставляет демон. — Кирби, Соул, Энжел — что это всё значит? Это имена? Чьи имена?
Мне очень хочется поскорее запихнуть цыплёнка в огонь, но любопытство сейчас сильнее.
— Это же твои грифоны, мама. — радостно подпрыгивает Тео. — И они живут там. На горе.
— Я же сказал — нужно идти на гору. За грифонами, — флегматично вставляет Зарзак роясь в груде продуктов на столе.
— Где гора? — теряю терпение я.
— Жарь птицу, — Лу дергает меня за руку и показывает на огонь. — Сейчас же!
— Я буду летать с тобой рядом, мама, — радостно верещит Тео.
Дурдом какой-то.
Их слишком много — этих диковинных типов вокруг меня слишком много. Может кого-то отправить в отпуск?
Тео, например.
И еще эти грифоны… не могу представить что это всё означает.
— Гора, за вон тем холмом, — Тео не выдерживает и взлетает. — Я вижу. Я теперь умею летать и всё-всё вижу.
Столько восторгов. Подумаешь — умеет летать.
— Хорошо, — говорю я. — Ты можешь слетать и привести их сюда?
— Нет, — говорит Лу. — Только ты можешь позвать грифонов. И только тебя они послушают.
Он отнимает у меня цыплёнка, находит ветку потолще и по прямее и насаживает дичь на неё. Насаживает и засовывает в огонь.
Вот и засада. Эти грифоны, кто бы они не были, приходят на зов настоящей леди Финч, а не меня.
— Мама, циклоп, — радостно орёт Тео и поднимается выше — наверное, чтобы получше разглядеть приближающуюся к нам опасность. В том, что она приближается я уже не сомневаюсь — дрожь земли от шагов великана не спутать ни с чём.
 
— Я предупреждал, — Лу хватает цыплёнка и взлетает.
Мы с Зарзаком остаёмся одни.
— Бежим, — он выскакивает из беседки, хватает меня за руку и тащит в кусты. Довольно прытко тащит для своих пятисот лет.