Обещания, которые мы собирались сдержать (ЛП)

Оставляет меня одну.
С нашей матерью.
Женщиной, которая пугает меня по сей день.
— Наконец — то. — Мама опускается на место Каролины, ее улыбка направлена прямо на меня. Она безупречна в винтажном платье от Оскара де ла Рента. Я знаю это только потому, что видела его в ее гардеробе, который я всегда любила перебирать, когда была маленькой. — Ты хорошо выглядишь, Сильви.
— Спасибо. — Это только потому, что я вырвалась из ее лап. Когда я провожу слишком много времени с матерью, я становлюсь худой и хрупкой. Болезненной.
Вечно болеющей.
— Твои щеки стали более румянными. И ты даже немного… поправилась. — Ее взгляд падает на мою грудь. Мою грудь.
Мой смех звучит грубо, так как скребется в горле. — Я далеко не пухлая, и ты это знаешь.
— Ты определенно набрала вес…
— Прекрати пытаться заставить меня чувствовать себя плохо. — Я могу терпеть ее так долго. — Чего ты хочешь?
— Я так скучаю по тебе, Сильви. Моя маленькая близняшка. — Мама наклоняется вперед, берет мои руки в свои и крепко сжимает их, ее взгляд не отрывается от моего. По крайней мере, у меня не ее глаза. Иначе я могла бы быть ее идентичным близнецом, родившимся двадцать с лишним лет спустя. — Раньше мы все делали вместе, но как только ты вышла замуж, ты попыталась вычеркнуть меня из своей жизни.
Мой взгляд рассеивается. Трудно смотреть на нее. — Мне пришлось.
Она не спрашивает, что я имею в виду, потому что в глубине души она знает. И кроме того, в конце концов, она пробралась обратно. Однажды мой муж умер, и мне нужно было, чтобы кто — то, кто угодно помог мне. — Сильви, посмотри на меня. — Когда мой взгляд снова находит ее, она продолжает говорить. — Я просто хочу быть рядом с тобой, дорогая. Я так сожалею о твоей потере и о том, через что ты прошла в таком юном возрасте. Ты знаешь, что я сожалею. То, что случилось с Эрлом, было… немыслимо.
Я молчу. Нет смысла протестовать против ее сочувствия или ее слов об Эрле. То, что с ним случилось, было просто немыслимо. Никто не должен умирать так, как он.
— Я знаю, что ты страдала из — за Эрла. Ты так много страдала всю свою жизнь. Это было нелегко. У тебя есть все деньги мира, и посмотри, с чем ты столкнулась. — Она сжимает мои руки, как будто никогда не собирается их отпускать. — Я сожалею о том, что случилось.
Есть так много вещей, за которые она могла бы извиниться. Список бесконечен. Но я не верю, что она искренна. Я не думаю, что она сожалеет о том, что сделала со мной.
Я не уверена, что она осознает, что именно она сделала со мной за эти годы. Она делает вид, что между нами все хорошо, когда мы видимся, хотя это явно не так.
Осторожно я вытаскиваю свои руки из ее хватки, игнорируя разочарование на ее лице, когда убираю их. — Я ценю твои извинения. — Почему я так добра к ней, я не знаю. — Но уже слишком поздно.
Она хмурится. — Слишком поздно для чего?
Я не отвечаю. Вместо этого я ухожу от нее, слепо шагая прочь, мое сердце бьется в ушах. Я прохожу мимо людей, когда они подходят ко мне с дружелюбными улыбками и приветствиями на языке, игнорируя их, когда они произносят мое имя. Я не останавливаюсь, пока не оказываюсь у бара, заказываю виски и выпиваю его, как только бармен ставит передо мной стакан.
— Так, так. Кто — то травмирован.
Этот пронзительный голос может принадлежать только одному человеку.
Взглянув направо, я вижу Монти и Клиффа рядом с ним. Два великолепных, модных мужчины, которые могли бы стать идеальной парой.
Мои навыки сватовства на высоте, клянусь.
— Сильви. Милая. Ты в порядке? — Клифф хмурится, делая шаг ко мне.
Я прошу бармена налить мне еще, прежде чем переключить свое внимание на моего спутника, который меня бросил. — Я восстанавливаюсь.
— Из-за разговора с Сильвией, — добавляет Монти, заслужив мой резкий взгляд. — Я только что видел вас двоих за столом.
Я беру наполненный стакан, который бармен только что поставил на стойку, и делаю глоток, пытаясь держать себя в руках, но это трудно. Мои руки буквально дрожат, а искушение выпить виски очень сильное. — Я не знаю, зачем я пришла на эту свадьбу. Я знала, что в конце концов мне придется с ней поговорить.
 
— Это свадьба твоего брата. Конечно, ты бы пришла. Ты любишь его. Сделаешь для него все, что угодно, — говорит Монти, его голос мягкий. Его взгляд добрый. Он говорит правду. Я обожаю Уита. Он защищал меня всю мою жизнь от своих друзей — придурков и всех остальных, кто мог представлять угрозу, за исключением нашей матери. — У тебя уже была возможность поговорить с Саммер?
— Не совсем. — Я делаю еще один глоток, ненавидя то, как я нервничаю. Хотелось бы мне не беспокоиться о Саммер, Спенсе и моей матери. Я уверена, что на этой вечеринке есть и другие люди, которые ненавидят меня. Кого я обожгла неосторожным замечанием или злобной сплетней. Я была хуже всех.
Я и сейчас не намного лучше.
— Ох. — Разочарование в голосе Монти очевидно, и я ненавижу себя. Я всех разочаровываю.
Как будто я ничего не могу с этим поделать.
Глубоко вдыхая, я делаю длинный, медленный вдох. — Саммер говорила тебе что — нибудь обо мне?
— Сегодня нет. Она немного занята, — напоминает он мне. — Хотя, честно? Она уже давно не упоминала твое имя.
Я не знаю, должно ли меня беспокоить это замечание, или я должна почувствовать облегчение. Если она не говорит обо мне, возможно, Саммер простила меня.
Или она не говорит обо мне, потому что я не стою ее беспокойства.
— Это была прекрасная свадьба, не так ли? — Клифф ярко улыбается. Очевидно, что он пытается сменить тему и настроение, что я не могу не оценить. — Уит Ланкастер восхитителен.
— Правда? О, этот человек божественен. — Монти прижимает руку к груди, как будто он потрясен. Он всегда так реагировал на моего брата. Его влюбленность в Уита не является секретом.
Я закатываю глаза и сдаюсь, выпивая остатки ликера одним глотком. Он оставляет огненный след в моем горле, оседая теплом и покалыванием в желудке. — Перестань пускать слюни на моего брата. Он теперь женатый человек.
— Саммер — самая счастливая женщина, — говорит Клифф. — Посмотрите, как он за ней ухаживает.
Мы все поворачиваемся, чтобы посмотреть, как Уит и Саммер сидят за столом, полностью поглощенные друг другом. Взгляд Уита падает на губы Саммер, он касается кончиками пальцев уголка ее рта, и я отвожу взгляд от них. Я чувствую себя незваным гостем, наблюдая за их интимным моментом.
Он всегда так смотрел на нее. Как будто он очарован и не может понять ее.
— Они влюблены, — говорит Монти с тоскливым вздохом. — Слышала ли я когда — нибудь, чтобы он говорил так раньше? — Они не могут насытиться друг другом.
— Это прекрасное зрелище, — добавляет Клифф.
Я отворачиваюсь от них и прошу у бармена еще одну порцию на дорожку, который немедленно ее приносит. Я оставляю своих друзей, брожу по бальному залу в поисках дружелюбного лица. Здесь много Ланкастеров, и много дальних родственников — других ветвей семьи. Присутствуют сотни людей, потому что, когда женится старший сын старшего сына, можно быть уверенным, что на свадьбу приглашены все, кто хоть сколько — нибудь похож на него.
С другой стороны, моя свадьба проходила в правительственном здании в центре города в холодный и тоскливый зимний день — в среду. На мне был белый твидовый костюм от Шанель, принадлежавший моей бабушке, и смешная маленькая шляпка с белыми перьями и белой сеткой, надвинутой на глаза. Мои волосы были убраны в строгий пучок, ни одна прядь в тот день не выбивалась из причёски — сейчас, вспоминая об этом, я понимаю, что пыталась подражать своей младшей сестре. Я уверена, что выглядела нелепо. Я также была пьяна и принимала таблетки по рецепту — только так я могла пройти через церемонию.
Я бы и сейчас не отказалась от таблетки или пяти, если быть честной с собой. Алкоголь может помочь только в такой степени.
— Сильви. — Кто — то хватает меня за руку, чтобы остановить, и я поворачиваюсь, чтобы увидеть, что мой кузен Грант изучает меня, его взгляд полон беспокойства. — Как ты?