Оставьте Поттера в покое (СИ)

На четвертый час гости стали расходиться. Мне пришлось сделать еще один круг почета, переговорив с кучей безусловно важных людей, среди которых реально важными были министр, пара его заместителей, главы нескольких отделов министерства и родственники друзей.
На выходе меня поджидала профессор Вальпурга.
— Молодой человек, не скрасите старой женщине остаток вечера? — обратилась она ко мне с издевательской улыбочкой.
— Сочту за честь, профессор, — не менее приторно улыбнулся я.
— Что вы, мистер Поттер, мы же не в школе.
— Привычки сильнее нес, профессор.
— Как знаете. Как вам бал?
— Он был прекрасен, герцогам стоит отдать должное, — мне и вправду вечер понравился, чего греха таить.
— И особенно, компания мисс Гринграсс? — от пронзающего взгляда старой леди стало вдруг холодно. — И бал устраивал не герцог Малфой, а его сын с женой.
— Мисс Гринграсс оказалась очень интересной собеседницей, с ней и правда приятно проводить время, — ответил я и думал о том, как бы побыстрее свалить от доброго профессора.
— Вы же понимаете, мистер Поттер, что завладев на целый вечер вниманием юной леди, выразили некоторые… планы? — строго спросила меня Блэк.
— Профессор… — начал было я, но был сразу перебит.
— Будь это обычный вечер в кругу семьи, вам бы никто и слова не сказал, мистер Поттер. Но как вы наверное заметили, — профессор усмехнулась. — На приеме были многие высокопоставленные гости, в том числе министр и половина британский аристократии. Вы понимаете, что вы сделали и чем это вам грозит?
— Я…
— Мне не нужен ответ, ответ может понадобиться герцогу Гринграссу и вам самим. подумайте над моими словами. Поблажка на возраст и незнание этикета сильно подпортит вам репутацию, мистер Поттер.
Профессор развернулась и ушла не прощаясь, а я остался размышлять над сказанным ей. Кажется, я влип по полной. Шанс стать женатым в одиннадцать повысился до запредельных высот и не сказать, что я этому рад.
Хотя, девочка она милая. Может, все не так и плохо.
***
Через пятнадцать минут в замке Линдисфарн, зимней резиденции семьи Гринграсс.
— Ничего не хочешь нам сказать? — строгим голосом спросил Эдмур Гринграсс, герцог Нортумберлендский, член Визенгамота и президент счетной палаты магической Британии.
— Ты против? — спросила недовольная постоянным надзором родителей девочка.
— Ты даже словом не обмолвилась перед балом, — воскликнула Криста, жена Эдмура.
— Тогда бы вы оставили меня дома! — крикнула девочка и убежала из зала. Никто даже не пытался ее останавливать. Родители пару раз пробовали что-то сделать с младшей дочерью. когда у той истерика, но всегда это приводило к сильным магическим выбросам. Проще просто переждать.
Когда двери за девочкой закрылись, на лица родителей будто ссыпалось пару десятков лет жизни. Криста налила себе и мужу выпить и расположилась напротив в кресле у камина.
— Что думаешь об этом Поттере? — спросил Эдмур несколько минут спустя.
— Блэки ему не доверяют, — пожала плечами Криста. — Как по мне, обычный мальчик с тяжелым детством.
— Не доверяют? Ему же одиннадцать.
— Считают, что он может быть человеком Дамблдора, тренированным специально, чтобы втереться к нам в доверие и… Я не знаю. — Леди Гринграсс подобрала ночи в кресло и наколдовала плед. Вечера в Англии становились все холоднее.
— Надо расспросить Дафну. По мне, неплохая партия, — Эдмур закрыл глаза и прислонил холодный бокал к побаливающей голове.
— Из лучших остается только Блэк, — тихо сказала Криста. — Но принуждать ее… Оно того не стоит.
— Кем там были Поттеры? Кроме членста в палате вроде ничего…
— Рыцарство, причем еще григорианское или раньше.
— До статута, это хорошо. Ясно, не будем торопить события. Вроде Даф собиралась поехать к Блэкам послезавтра на эту их тренировку. Поговори с ней, пусть возьмет сестру.
Его светлость встал и поцеловал жену, а затем отправился спать через противоположную от той, в которую убежала дочь, дверь. Он и не догадывался, что Астория, ведомая обидой и любопытством только натурально отыграла истерику. А сама осталась слушать разговор родителей.
 
— Значит Поттер, — проговорила она одними губами. — Сама виновата, хотя, он интересный человек.
  
Глава 22
 
Через день, после приема у Малфоев, где мое поведение, судя по всему, подтолкнуло меня к ранней женитьбе, была запланирована большая тренировка всей нашей одиннадцатилетней братии.
Даже больше, Эд и Лита выбили у родителей обещание, что те присоединятся и покажу пару приемов или проведут мастер класс. Так что ожиданий была просто уйма.
Ну а за день до этого, я, несмотря на нытье Литы, и с разрешения довольной Беллатрисы, закопался в библиотеку поместья Лестрейндж. Мне был полный доступ ко всем книгам и я, решил наконец заняться интересной и полезной наукой — изготовлением артефактов.
Если сказать, что это сложно, то можно ничего не говорить. Это очень сложно!
Во-первых, сейчас маги пользуются тремя руническими алфавитами: германским, скандинавским и римским. Германский считается универсальным, поэтому самым популярным. Римский большинство причисляет к устаревшим, из-за его неэффективности и сложности нанесения. А скандинавский, так как он сложнее обоих вместе взятых, это удел мастеров, хоть и дает большие преимущества.
Во-вторых, руны нужно наносить определенным образом. Важен тут порядок и соединения. Рунная вязь, или плетение, зовите как хотите, в разных языках по разному, это такая паутинка из рун, вписанных в соединенные друг с другом кружочки. В чем подвох? А в том, что это схема должна не только выполнять требуемые задачи но и соответствовать некоторым требованиям. Например, некоторые руны должны быть соединены друг с другом только через одну, а некоторые обязательно сразу через две и три промежуточные точки. Некоторые руны нельзя было размещать вместе, а некоторые по отдельности. Часть рун ставилась на краях пления, а часть нужно было подключать к другим со всех сторон. И это помимо того, что у рун как у атомов, есть "валентность".
Ну и в-третьих, все это так "легко" только на плоскости. После составления, вязь переносится на предмет и тут мы переходим в область геометрии. Без всяких калькуляторов и прочих магловских штук нужно рассчитать положение каждой, именно каждой руны в плетении. И правил тут еще больше. Есть минимальные и максимальные пороги проводимости материала, которые определяют густоту рисунка. Рунами нужно покрыть поверхность равномерно, иначе материал испортится и быстро выйдет из строя. При этом, дистанция между узлами должна быть определенной и задается при расчете, ибо при прохождении магии…
В общем, это очень, очень и еще раз очень сложно. По этому в Хогвартсе есть сразу три предмета, посвященные наукам, связанным с артефактами. Руны, нумерология или по магловски — геометрия, и ритуалистика.
Ритуалы, сами по себе, состоят из тех же рун, только на плоскости и одноразовых. Так что, предмет косвенно связан и с артефактами.
А еще, мне пришел в голову вопрос, который задавали многие попаданцы в мир Гарри Поттера. Почему изготовителей волшебных палочек можно пересчитать по пальцам одной руки в мире? Все будет просто, если прочесть введение в артефакторику, параграф первый, абзац первый. Написан консультантом автора, молодым Гарриком Олливандером.
Каждая палочка несет на себе вплоть до трех миллионов рун, позволяющих колдовать без ограничений. А узкоспециализированные палочки, созданные для авроров или целителей, вплоть до миллиона, они дешевле, но могут создать только некоторые определенные заклятия.
За этими мыслями меня нашла мисс Лестрейндж младшая, проснувшись в полдень и спустившись в библиотеку. Я же в это время, чуть ли не высунув язык от сосредоточенности, вычерчивал на пергаменте пентаграмму, идентичную Люмосу.