Экспансия Генома (СИ)

Убедившись, что Паша действительно получит срок по позорной статье, причём без всякой подставы, законники собрали сходку. Обсуждение было бурным, особенно громко протестовали авторитеты из рядов братвы, которым зековские законы всегда стояли поперёк горла. Но решение всё же было принято. И не в пользу Паши.
А дальше заработала привычная схема. В камеру пошла весточка и судьба Паши была решена. К чести Паши, следует сказать, что хотя, как и водится, навалились на него всей толпой ночью, когда он, несмотря на все усилия, задремал, сопротивлялся он отчаянно. Бывший борец, и, участник по молодости многочисленных уличных схваток, бился до последнего вздоха. Опустить его так и не смогли. В процессе жестокой потасовки забили его насмерть.
После смерти Паши группировка его распалась на ряд мелких банд. Поначалу его ближайшие соратники пытались сохранить единую группировку, но уж больно позорная статья была у их бывшего вожака. Тень от неё падала на всю группировку, и потеря авторитета в уголовной среде привела к её распаду.
  
Глава 14
 
Паршивая овца
 
Одна паршивая овца
всё стадо портит.
Хуан-ди, Жёлтый император
Дмитрий Маслов. Китаец
Пока Пётр разбирался с группировкой бритоголовых, мы тоже времени зря не теряли. Работу по выявлению и блокированию боевиков Таджикской наркомафии в нашем городке мы худо-бедно наладили и большого урона наносить нам у них не получалось. Но и мы пока не преуспели в том, чтобы нанести им серьёзные удары в самом Таджикистане. Такая затяжная война нас категорически не устраивала, и мы готовили кардинальные меры по подрыву влияния клана Шариповых в Республике и последующей ликвидации верхушки группировки.
Разработку операции мы начали с того, что сообразили на троих. Сначала в прямом смысле. Выехали на природу и за шашлычком, ухой, копчёной и вяленой рыбкой, обсудили проблему с полковником Орловым, возглавляющим нашу нелегальную боевую структуру силовой поддержки, и командиром ЧВК «Молния», полковником Виктором Малышевым. Первоначально просто обозначили проблему и пока отдыхали, у каждого в голове фоном крутились различные варианты.
Через пару дней собрались уже на базе ЧВК и обменялись мнениями. Малышев предсказуемо предлагал что-то вроде войсковой операции. В целом вариант вполне осуществимый. В Таджикистане был ограниченный контингент наших войск и довольно большая военная база с аэродромом, посадочная полоса которого позволяла принимать тяжёлые транспортные самолёты. Пара рейдов и штурмовые группы ЧВК могли уничтожить большую часть бойцов группировки Шариповых, которые заняты транзитом наркоты из Афганистана.
Реально-то, оно реально. Только шум всё равно поднимется изрядный. Не ровён час, выйдет всё на уровень межгосударственного конфликта. Да и по большому счёту, все эти бойцы группировки просто пушечное мясо. Ну притормозятся временно поставки из Афганистана, на некоторое время мы ослабим группировку Шариповых. По большому счёту это нам ничего не давало. Наберут новых бойцов, и всё пойдёт по-старому.
Полковник Орлов больше всё же специализировался на диверсионно-разведывательной деятельности, поэтому и методы предлагал соответствующие. Перебросить на военную базу несколько ДРГ и ликвидировать верхушку группировки Шариповых.
Вариант был, в общем-то, неплохой. Скорее всего, своей цели мы достигли бы. Таджикам надолго стало бы не до нас. Но в этом плане имелись и побочные неприятные последствия. Клан Шариповых обладал очень большим влиянием в Республике. Они были тесно связаны с правящей верхушкой Республики, и ликвидация верхушки клана, вызвала бы большой политический и общественный резонанс. Проще говоря, это было всё равно что «из пушки палить по воробьям».
Не думаю, что генерал Власов одобрит нам такую шумную операцию, которая может привести к конфликту на межгосударственном уровне. Всё должно было выглядеть как конфликт между криминальными группировками.
 
Пока старшие товарищи препирались между собой, пытаясь доказать преимущества своих планов, в моей голове начала выкристаллизовываться основа плана куда более гибкого и коварного.
Опыт диверсионно-разведывательной деятельности я имел, пожалуй, не меньший чем полковник Орлов. Но благодарю тому, что одним из моих талантов был талант планирования спецопераций, план мой строился совершенно на других принципах, чем у матёрого диверсанта.
Основой могущества клана Шариповых были деньги и власть, которые им давал контроль над наркотрафиком из Афганистана. Если лишить их возможности получать смертоносный товар от афганских партнёров, то всё их призрачное могущество развеется как дым. А если при этом пострадают и другие группировки, также живущие с поставок наркоты, то из друзей и благодетелей клан Шариповых превратится во врагов и изгоев. Нужно было превратить их в «паршивую овцу», которую пастухи, стоящие во главе Республики, сами выкинут из стада.
Афганистан вообще очень интересная страна. Народ дикий, но свободолюбивый. Никто из иностранных держав не мог установить там марионеточную власть, по крайней мере, надолго. В прошлом веке неоднократно это пытались сделать англичане, затем СССР ввело туда ограниченный контингент войск, и некоторое время помогало удерживаться у власти лояльному советскому режиму правительству. Но в конце концов всё возвращалось на круги своя. Иностранцы уходили, а дикая, непокорная страна так и оставалась независимой.
Находясь в жопе мира и не имея развитой экономки, и залежей полезных ископаемых, страна эта была бы никому не интересна. Большинство людей о ней бы никогда даже не услышали бы. Если бы не одно, НО. Эта сказочная страна была мировым царством наркотиков. Особенно в те времена, когда синтетические наркотики ещё не захватили мир.
В 2000 году на долю этого государства приходилось 70 % мирового производства опия. С 2003 года Афганистан становится мировым монополистом по производству героина. Выращиванием мака занимаются миллионы человек. Прибыль от продажи опиатов составляет 60 % ВВП Афганистана. Сотни лабораторий ежедневно перерабатывают десятки тонн опийного сырца.
Больше всего опийного мака выращивают на юге Афганистана, в провинциях Гильменд и Кандагар. В самом Афганистана килограмм опия стоит около 100 долларов, в то время как в Европе его цена доходит иногда до 50,0 тысяч долларов за килограмм. Цена килограмм героина в Афганистане около 1000 долларов за килограмм, в то время как в Европе этот же килограмм стоит дороже 100,0 тысяч долларов.
Но вот в чём ирония, эти южные провинции находятся вдалеке от главного Северного направления наркотрафика, проходящего через Среднюю Азию, через который идёт около 65 % афганских наркотиков. С Таджикистаном непосредственно граничат провинции Бадахшан, Тахор, Кундуз и Балх. Там же расположены и большинство лабораторий по переработке опия в героин, и лаборатории по производству другого наркотика, амфетамина.
Таким образом, главные производители опийного сырья находятся в крайне невыгодном положении, так как не имеют доступа к границе с главными странами-транзитёрами, и вынуждены продавать свой опий контрабандистам, которые и имеют основную часть дохода.
Но и это ещё не всё. Южные провинции находятся недалеко от столицы Афганистана. Правительство талибов активно борется с выращиванием мака и производством опия. По крайней мере, формально. Из-за этого между провинциями Гильменд и Кандагар, и Кабулом идёт настоящая гражданская война. А с оружием у губернаторов этих провинций дела обстоят не очень. Проще говоря, оружие им брать неоткуда.
И вот такая вот интересная картина складывается. Эти две провинции производят огромное количество опия, но не имеют достаточного количества вооружения, чтобы вести полноценную войну с центральным режимом.
Вот на этих противоречиях и строился мой план.
Оба полковника сначала глубоко задумались, а потом согласились, что в этом что-то есть.