Я тебе больно (СИ)
— Ты боишься грозы? — спрашивает Багримов, когда мы выбираемся из машины и сразу забегаем под огромный навес перед зданием отеля.
— Нет. Просто не люблю в грозу быть одна. Маленькая я часто оставалась одна, когда шёл дождь и сверкала молния. А мама бродила, искала пьяного отца. Сейчас гроза навевает неприятные воспоминания, если никого нет рядом.
Хочется остановиться и полюбоваться ливнем, но Марс тянет меня внутрь. Да и из окон номера грозу и дождь тоже можно будет отлично рассмотреть, учитывая высоту этажа, на котором мы расположились. Просто я действительно не хочу оказаться одна. И ещё... мне хочется побыть с Марсом подольше. Завтра рано вставать и работать до темна, но я предпочту не выспаться. Наверное, это плохо, что я уже сейчас и даже в мыслях отдаю ему предпочтение.
— Как тебе в целом впечатления о Нью-Йорке?
— Мне здесь нравится. И так необычно. Будто я попала в кино.
— Мы съездим в Голливуд. Вот там ты действительно почувствуешь себя как в кино.
Лифт быстро поднимает нас наверх. С каждым шагом мы всё ближе оказываемся к нашим номерам. А значит, и расставание ближе.
Я нервничаю. Ответ я ещё не дала. И сейчас попросить побыть ещё немного вместе, правильно ли это?
Дверь в номер Марса перед моей. Он идёт чуть впереди, останавливается и открывает дверь ключ-картой.
Ну вот и всё.
— К тебе или ко мне?
— Что? — недоуменно хлопаю ресницами, когда Багримов поворачивается и упирает в меня синий взгляд.
— Ты сказала, что не любишь в грозу оставаться одна. К тебе или ко мне?
Я взволнованно заламываю пальцы, пытаясь сообразить, как будет лучше.
— Значит, ко мне, — Марс отвечает до моего ответа. — Я буду целовать тебя, Насть.
У меня дыхание перехватывает. Я широко раскрываю глаза и подпрыгиваю, так как гром за окнами номера с треском разрезает пространство. Меня машинально качает в сторону Багримова.
— Просто целовать, — усмехается он.
— А если... ты захочешь большего?
— А если ты, Насть, захочешь? — парирует он.
Даже не знаю, кто из нас слабее. Но, учитывая самоуверенность Марса, то, скорее, я.
— Так, ты заходишь? Можем, конечно, остаться в коридоре, но, не уверен, что это удобно.
Шумно выдохнув, я всё-таки шагаю в номер к Багримову. Дождь за огромными окнами выглядит впечатляюще на такой высоте. Марс ещё не включил свет, что позволяет чётко разглядеть золотые небоскребы, утопающие в миллионах косых линий.
Я подхожу ближе к окнам и касаюсь пальцами стекла. Чувствую, что Марс останавливается позади. Жар от его тела достигает моей спины, а дыхание скользит по шее.
— У меня... никогда не было отношений. Вообще никогда. Ни в каком смысле.
Слышу тихую ругань за спиной.
А затем он касается костяшками пальцев линии моего позвоночника. Я прикрываю веки, стараясь только чувствовать, а не думать.
— Ты бы хотела, чтобы это был особенный человек? — он ведёт по позвоночнику вниз, затем давит большим пальцем на поясницу и потом скользит ладонью к низу живота. — Ты бы хотела любить его?
Любить? Как это?
Бояться за жизнь человека — это любить?
— Или ты бы хотела, чтобы он тебя любил?
— Не знаю. Я никогда об этом не думала. У меня не было времени на любовь.
Он наклоняет голову, отводит в сторону мои волосы и целует в плечо. В животе скручивается тугая спираль от этого лёгкого касания.
Если меня трясёт уже сейчас, то что будет дальше?
— Почему я, Марс? — выдохнув, я резко поворачиваюсь к мужчине и вскидываю голову.
— А почему не ты?
— Это не ответ на вопрос.
— Когда я пойму, я отвечу по-другому, — его рука скользит в мои волосы на затылке.
За спиной раздаётся гром и вспышка молнии освещает номер.
Марс наклоняется, сильнее сжав пальцы на моём затылке.
— А пока только так, Настя.
Тёплый рот накрывает мои губы. Это не нежный поцелуй, но и не грубый. Он будто посередине. Марс словно смакует, пробует, дегустирует мой вкус. Его язык скользит глубже и касается моего.
Я чуть привстаю на цыпочки и тянусь к мужчине. Это происходит машинально. Я не контролирую себя. Просто поддаюсь желанию, наконец, отдаться поцелую, о котором много раз фантазировала.
Ощущения сильнее и ярче, чем я представляла. Меня трясёт и колотит, унося за грань. Я пытаюсь ухватиться, найти опору, но не выходит. Поток энергии раскачивает меня из стороны в сторону. Я хватаюсь за плечи Марса, чтобы не упасть. Он сжимает мои волосы ещё крепче, затем второй рукой обхватывает талию и прижимает к себе так, что практически отрывает от пола.
— Я хочу тебя, — хрипит, вжав меня в стекло позади.
Я не могу точно ответить на вопрос — вибрация создаётся от наших движений или это гром с дождём сотрясают окно?
— С того первого дня, когда ты оказалась у меня в офисе. Хочу.
И, наверное, сейчас я должна сказать то же самое, но почему-то в голову мне приходит совсем другое признание, а его я вслух произносить не хочу.
КНИГА БУДЕТ ЗАВЕРШЕНА В ЭТОМ МЕСЯЦЕ. ПРО АРА И АГИ СТАРТ В СЛЕДУЮЩЕМ
Глава 56
Глава 56
Асти
Я просыпаюсь под мерный стук дождя. Веки тяжёлые, и мне не сразу удаётся открыть глаза. Сначала я щурюсь и зажимаю их пальцами. В нос ударяет приятный запах, а под ухом словно стучит чьё-то сердце, и щёку печёт, как от яркого солнца.
Скольжу ладонью вниз и, наконец, понимаю, что лежу на голой груди. Пальцы щекочут волосы. Я задерживаю дыхание потому, что в этот момент осознаю, кому принадлежит та самая грудь, по которой я вожу рукой.
Резко поднимаюсь, чувствуя, как волосы копной спадают по плечу. Взгляд фокусируется на мужчине, чьи синие глаза внимательно за мной наблюдают.
Что вчера было? Я уснула рядом с ним?
— Привет, — спросонья голос Багримова звучит слегка хрипло.