Наркобарон (СИ)

Кроме того, мне понравилось, как эти ребята вели себя по отношению к незнакомцу, тем более человеку. Так как я был вместе с Джинпой, то со мной все вежливо здоровались и вели себя так, как будто появление человека в их лагере вещь вполне обычная. Разве что ребятня глазела на меня с любопытством, но тоже не надоедали. Кабыздоха я с собой в лагерь не взял, во избежание паники, которая могла возникнуть среди женщин и детей.
Отец Джинпы, как и полагается вождю, не суетился и стоял возле главного шатра в лагере, ожидая, пока мы подойдём. И только после этого позволил себе проявление отеческих чувств, крепко обняв дочь. Некоторое время они так и стояли, молча обнявшись.
Дхаргэй производил впечатление ожившей скалы. Даже по сравнению со своими соплеменниками он выделялся размерами и мощью. Издалека его можно было принять за невысокого Гига. Несмотря на грубые черты лица, глаза его были умными и всё замечающими. Вождь был не так прост, как казалось на первый взгляд.
Джинпа начала что-то шептать ему на ухо и, судя по тому, что вождь перевёл взгляд на меня, речь шла о моей роли в её спасении.
Выслушав дочь, вождь сделал шаг вперёд и стукнув себя в грудь кулаком, провозгласил:
— Прими мою благодарность за спасение дочери. Отныне ты всегда будешь желанным гостем в нашем племени. Мой дом — твой дом. Моя добыча — твоя добыча.
Я, естественно, поблагодарил его в ответ и толкнул ответную речугу, в которой отдал должное мужеству и воинским умениям его дочери. Хотя вождь и сохранял невозмутимое выражение лица, но было заметно, что ему приятна моя похвала.
Вечером закатили пир, ну с учётом походных условий, разумеется. Нормально так пообщались. Неплохие ребята оказались эти Гав Риллы. Разумные, дружелюбные, но без навязчивости. Да и в отличие от большинства демонов, типа похожих на чертей или прямоходящих ящеров, для восприятия Антона они выглядели как-то привычнее, что облегчало общение. Ну гориллы и гориллы, прям как земные, только говорящие.
Серьёзный разговор состоялся на следующий день. Видимо, накануне Джинпа уже разговаривала с отцом о моей задумке. Дхаргэй не хотел обсуждать эту тему в лагере и поэтому пригласил меня прогуляться по окрестностям.
Мы медленно брели вокруг лагеря, и я излагал вождю свои предложения.
Задумка была такая. Семейство Дхаргэйя присоединяется ко мне. С ними и моими бойцами мы захватываем сначала посёлок наркоторговцев Троглодитск, а потом уже дышащий на ладан посёлок Форпост.
Часть Гав Риллов во главе с Дхаргэйем остаются в Троглодитске на постоянное поселение и присматривают за работой плантаций и производством наркотиков. Естественно, при помощи моих людей.
Другая часть семейства во главе с Джинпой оседают в Форпосте.
За это они будут получать часть выручки от реализации наркотиков.
Таким образом, они будут иметь нормальное место для проживания и стабильный доход.
Вождь внимательно меня выслушал, после чего толкнул речугу:
— Вы, люди, совершенно не имеете представления о том, как устроена жизнь в этом мире. Мы отличные воины. Но вынуждены вести полукочевой образ жизни, постоянно перемещаясь вдоль границ Вольных Баронств и зоной отчуждения. И наше благополучие зависит от того, насколько удачным окажется очередной найм для участия в бесконечных войнах между баронами.
Мы не можем осесть ни в Вольных Баронствах, ни в землях наркоторговцев, несмотря на то что наши бойцы одни из лучших.
И причиной всего — магия. Что войска баронов, что наркоторговцы, всегда нас победят, потому что на их стороне магия. Бароны нас терпят, потому что мы полезны, но не представляем опасности и не можем захватить часть их земель.
И не смотри, что моё семейство мало и слабо. У нас много племён и есть гораздо более крупные семейства, чем наши. Тем более что мы можем объединяться в большие по численности отряды.
Но численность бойцов, ничто против сильной магии. Некоторые наши воины имеют боевые амулеты и артефакты, что помогает против слабых колдунов. Но в реальных сражениях, если на нашей стороне нет магов из войск барона-нанимателя, нам ничего не светит.
  
Ты предлагаешь захватить посёлок, в котором около пятисот бойцов. Это значит, что там не меньше полусотни колдунов. Причём десяток из них весьма сильных. Мы с ними не справимся.
Твои воины из числа людей здесь в нашем мире, почти бесполезны. Как бойцы они гораздо слабее моих воинов. Да, среди людей встречаются маги. Но их мало. И они гораздо слабее и мене умелы, чем здешние маги. Демоны намного сильнее и искуснее в магии.
Твои идеи наивны и опасны. Ты и твои люди погибнете сами и станете причиной нашей гибели.
Я говорил с дочерью. Она молода и амбициозна. Но я мудр и опытен. И вижу, что эти планы обречены на провал. Ты спас мою дочь и за мной долг крови. Но я не могу рисковать своими соплеменниками.
Единственное, что я могу, это выделить тебе два десятка воинов во главе с дочерью. Но на этом всё.
Мы остановились, глядя на видневшийся вдалеке лагерь.
Что ж. Я не ошибся в вожде. Он мудр и ответственно подходит к делу. Но я предвидел такую его реакцию и не собирался отступать.
— То есть, всё дело в магии. Ты считаешь, что я не смогу обеспечить нейтрализацию колдунов наркоторговцев. А что, если я докажу тебе обратное? Если я решу проблему вражеских магов, то ты и твои соплеменники примкнёте ко мне?
— Попробуй меня удивить, — усмехнулся Дхаргэй. — Но тебе придётся очень сильно постараться. Я недоверчив от природы.
— Ты мудрый вождь, и должен знать, что иногда истина неочевидна и не всегда бросается в глаза. И только внимательный взгляд позволяет её узреть. Может, тебе стоит просто как следует приглядеться, и моя правота станет для тебя очевидной. Иногда даже тени могут дать ключ к пониманию, для пытливого взгляда.
Мы стояли спиной к солнцу, и наши тени лежали перед нами, слегка меняя очертания из-за колыхания раскалённого воздуха. И вдруг их накрыла другая тень. Громадная и плотная. Абсолютно чёрная и почти осязаемая в своей беспросветной густоте. Противоестественная в своей природе. Которую не объяснишь солнечными лучами. Природой которой может быть только магия. Грозная и могущественная.
Дхаргэй замер, стараясь не делать резких движений. Внешне он оставался спокоен, и только закаменевшие в чудовищном напряжении огромные мышцы выдавали его потрясение. Он прекрасно понимал, какому чудовищу может принадлежать такая тень. И что этот кто-то, сейчас находился прямо за его спиной.
— Я могу повернуться? — скосив на меня глаза, тихо спросил Дхаргэй.
— Можешь. Только медленно и без резких движений.
Вождь обернулся и нос к носу столкнулся с возвышающимся над ним Кабыздохом.
Тот просто сидел. Неподвижно. Без всякой угрозы. Просто сидел и внимательно глядел на вождя.
Тот сглотнул. Потом посмотрел на меня. Потом опять на сидевшего перед ним Высшего Демона. После чего обратился ко мне:
— Признаю, я был недостаточно внимателен. И в своей гордыне не смог разглядеть очевидного. Прошу меня простить, высочайший. Я и мои воины, в Вашем распоряжении, мой Лорд, — произнёс Дхаргэй, опускаясь передо мной на одно колено и склоняя голову.
  
Глава 3
 
«Отсель грозить мы будем шведу…»
 
«Отсель грозить мы будем шведу, Здесь будет город заложен Назло надменному соседу… ©», как сказал бы Антон. Конечно, посёлок наркоторговцев Троглодитск на роль Питера пока не тянул, так ведь и Москва не сразу строилась. Главное, это его стратегическое расположение.
Прямо сейчас мы с Джинпой и десятком бойцов её семейства затаились в ночи на окраине поселения, рассматривая затихший на ночь посёлок. Я собирался незаметно проникнуть в хранилище и изъять десяток килограммов наркотиков и килограмм божественной субстанции. Джинпа внимательно изучала место предстоящего сражения.
Накануне, после нашего памятного разговора с вождём, мы направились обратно в походный лагерь Гав Риллов.