Водорождённая прибыла (СИ)

Василия родная продержись. Только выживи и я стану лучшим мужем, выполню все твои даже ненормальные требования. Как ты и хотела, научу тебя драться. Хоть даже и представить дерущуюся тебя не могу. Как такое хрупкое создание вообще может проявлять агрессию и кого-то ударить.
— Василия зовёт! – в кабинете, буквально из воздуха возник домовой. – Будучи единственной ведьмой, она смогла призвать на помощь всю нечисть в мире. Я слишком слаб, чтоб вас проводить. Идите домой, ваш домовой Белотур знает, что делать. Поторопитесь, он не сможет долго сопротивляться зову и направиться к ней.
На ходу отправили магический вестник Лисону и поехали домой. Адэр выжимал из машины всю возможную скорость, так что добрались мы быстро. На летящере было бы быстрее, но они все были недоступны. Принадлежащие транспортным компаниям, пропали вместе со своими хозяевами, а те что были в собственности у государства были поголовно выведены из строя из-за болезни, которая охватила всех ещё вчера.
Белотур материализовался в машине, как только мы оказались на своей территории. Пока подъезжали к дому он рассказал, что Василии удалось создать не только магический домашний очаг, но и мини алтарь на прямую связанный с ним. То, что алтарь был мини мы убедились, как только его увидели. Не за что бы не догадался, что это маленький непонятно из чего сделанный кубик может содержать крупицу божественной силы.
Белотур объяснил, что он сможет долго оставаться видимым находясь рядом с алтарём, но надо спешить. Предсмертный зов хозяйки вынуждает его уйти в подпространство, ведь перемещаться там можно гораздо быстрее, но тогда мы точно не успеем её найти. „Предсмертный“ — какое страшное слово, когда до мозга дошло его значение, то сердце скрутила сильнейшая боль. Я не могу позволить себе обращать на неё внимание, слабость сейчас не допустима.
Оставалась не решённой главная проблема — как нам туда быстро добраться? Машина Адэра хоть сильно не уступала по скорости летящурам, но она могла перемещаться только по хорошей дороге, на ней нужно было огибать препятствия из домов и сбрасывать скорость перед поворотами. Да и неизвестно будет ли прямая дорога в направлении, указанном домовым.
Было принято решение отправляться на машинах Адэра и Лисона, хоть вторая и была помедленнее, но на двух добраться было больше шансов. Боги, нам бы хоть одного летящура.
Мы успели выехать за город, когда нас нагнал летящур. Все приготовились к бою, ведь он мог принадлежать только врагам, и чуть не ранили отца Патрика, когда попытались ликвидировать наездника. Хорошо, что он был сильным мухраном и смог выставить щит для защиты себя и летящура.
Похоже боги на нашей стороне. Эта молодая мамаша сегодня вернулась из великой пустыни, где ждала появление из яиц своих детей. Птенцы окрепли, и она решила вернуться с ними к хозяину. Эта самка, подаренная королём будучи ещё птенцом, была личной собственностью семьи Плеяны Велен.
Патрик, прихватив алтарь и домового, устроился на месте наездника. Самка его хорошо знала, поэтому хоть и выразила недовольство сменой наездника, но сопротивляться не стала. Продолжили путь вчетвером, если не считать домового. Самки не могут переносить большие тяжести, а это была ещё и очень молодой. Четверо мухранов для неё были и так тяжеловаты.
На сердце немного отлегло, ведь наши шансы успеть увеличились в разы.
***
— Думаешь я не знаю, что все ведьмы родились пустышками, не имеющими резервуара. Ещё великий архимаг выяснил, что пустышки могут переродиться, а их тело и есть один огромный резервуар.
— Знал и не кому не сказал?
— Зачем? Любой пустышка потенциально магически сильнее мухрана. То, что они научаться защищаться и атаковать при помощи своей магии лишь вопрос времени. Не хватало ещё, чтобы мухраны подчинялись пустышкам. Но что-то мы отвлеклись от ритуала. Связки у неё ещё есть. Так почему она вместо того чтобы кричать, болтает со мной?
— Похоже у неё посттравматический шок, мозг отключил сигналы боли, странно, что она ещё способна логически мыслить. Возможно яд, попавший в неё, имеет сильное обезболивающее действие.
 
— Ну раз ты не хочешь орать от своей боли, значит будешь смотреть, как из-за тебя страдают невинные. Открывай глазки ведьма! Вы приведите детей. А ты проверь не проснулся ли король. Похоже придётся начинать ритуал с начала, нечего ему приходить в себя раньше времени. Он хоть и стар, но всё ещё силён.
„Только ни это. Никто не должен страдать из-за меня. Мучать детей — как такое возможно? Как женщина может пойти на такое? У неё что совсем нет материнского инстинкта?“
— Не надо детей. Я позову, только скажите, как.
— Ну ты должна кричать и звать на помощь: там спасите, помогите. Откуда мне знать, что кричат, когда больно. Жене короля никто не осмелиться причинить боль. — „Королева, которая потеряет всю власть, дарованную статусом, если умрёт её муж или на трон зайдёт следующий король, решила стать богиней. Она точно одержима властью. Надо как-то подыграть.“
Боли не было, поэтому смогла расслышать несколько мужских голосов, читавших немного на распев заклинание. Странно, что я не слышу голоса королевы. Ах да, она же не обладает способностью управлять магией, в её устах заклинание не более чем набор звуков. Все замолчали, и я поняла, что настала моя очередь выступать.
— Помогите! Спасите! СОС! Тут хулиганы жизни лишают. — Я старалась кричать максимально громко, но я говорю в обычной жизни и то громче. Похоже связки еле дышат. — Всю власть королеве! Да здравствует королева! Гадам буду, а королеву не забуду! — „Ой, это из другой оперы.“— Помогите! Убивают!
„На долго меня не хватило, голос потерян окончательно. Что же теперь будет?“
— Глава, получилось! Ловушки стали заполняться. Сильные будут пытаться сопротивляться, но и они не смогут не прийти на предсмертный зов ведьмы. Они будут стремиться попасть к ведьме, даже видя ловушки.
— Отлично. Приберите здесь. Пора переходить ко второй части ритуала.
— Но ведь здесь чисто.
— Уберите эту от сюда куда-нибудь. Смотрите, не повредите сигилы[1] в пиктограмме. Чтобы начертить пиктограмму мира понадобилась неделя. Сейчас напитаю своей кровью несколько сигилов и займу своё место в центре пиктограммы мира.
Я больше ничего не чувствую, раскрыть глаза так и не смогла, голос потеряла. Всё, что у меня осталось это слух и обоняние. Именно благодаря им я узнала о появлении новых действующих лиц. Похоже, новоприбывшие прежде чем прийти сюда, вылили на себя по флакону духов. Дышать стало совсем нечем.
— Дура. Нечисти нужна она, а не твоя пиктограмма. Как только она покинет контур, её связь с ними сильно ослабнет, и они смогут сопротивляться. И вообще иди отдохни. Ты своё дело сделала, дальше мы обойдёмся без тебя.
— Кто вы?
— Не узнаёшь родственников? Братья твоего мужа, признанные недостойными занимать трон. Ты молодец, так помогла нам. Сначала, правда ты нарушила все наши планы, но зато потом открыла такие заманчивые перспективы.
— Не понимаю о чём вы. Адепты, схватите их!
— Дура, как ты могла поверить, что мухраны будут подчиняться охре. Ты самка, твоё дело рожать и ублажать хозяина. Ничего, скоро все охры вспомнят о своём истинном предназначении.
— Я глава ордена.
— Тебе было позволено так думать. Ладно так и быть расскажу тебе о нашей гениальности, пока братья настраивают пиктограмму на нас. Наш первый план был прост и легко осуществим. Когда охра среагировала на имя наследника, то понадобился всего один дротик, чтоб она уснула и не дошла. Никто не должен был заметить её падения. Но ты не только заметила, но и забрала её браслет. Как ты смогла находиться возле наследника?
— Часть негатива гасил браслет. А дальше я сказалась слабой здоровьем и пила настойки каждый день. Только они были нужны вовсе не для того, чтоб меня лечить, а чтоб отбить на время нюх и осязание. Рядом с наследником я почти ничего не чувствовала. Для закрепления пожизненной власти и положения, мне всего лишь и надо было родить ему мухрана. Кто ж знал, что он окажется бездетным.