Водорождённая прибыла (СИ)
Адэр
Здесь что-то не так. Падальщики не могут так приятно пахнуть. Может её пытали. Может это её кровь. А воняет зельем для пыток. Любому известно, что некоторые зелья пахнут так, что кажется лучше умереть, чем взять это в рот.
Адэр закрыл глаза и сделал шаг вперёд, протянул руки вверх и открыл глаза. Его взгляд встретился со взглядом призванной. Какие красивые у неё глаза. В глазах напротив он увидел голубое небо и живой интерес к себе.
Призванная потянула руки к нему. Ещё чуть-чуть и она дотронется до меня. Какие красивые руки, аккуратные ногти, только цвет у ногтей странный серый и блестит. Вдруг в глазах появился испуг, и она прячет руки за спиной. Я что-то не так сделал? Чем я её испугал?
Призванная застыла и кажется ушла в себя.
Василиса
Ко мне подошёл очень красивый мужчина. Высокий статный, волосы вороного цвета, его стрижка, если я не ошибаюсь, называется вояж. Он тянет руки ко мне. Зачем?
Боковым зрением увидела, что ко мне подошёл ещё один мужчина. Он был немного выше, волосы бурого цвета, а его одеяние совершенно не скрывало шикарное в меру мускулистое тело. Его стрижка и манера держаться наводила на мысль, что он военный или аристократ в энном поколении. Когда он открыл глаза, мои руки сами потянулись к нему. В голове была только одна мысль. Хочу!
„Ты что творишь? Имя мне не дала! Всех избранных не рассмотрела! Никому не улыбнулась, никому не подмигнула! Никого царственным жестом на колени не поставила! А первого хранителя он же первый претендент в мужья, уже выбрала!“
Спрятала руки за спину, стою молчу. Да и как говорить. Глотать гадость не хочется, незаметно выплюнуть возможности нет, а говорить с полным ртом жидкости я не умею.
„ Посмотрите на неё! Она видите-ли со мной говорить не может. В коконе была – могла, а сейчас не может.“
„Ты что же мои мысли читаешь?“
„ Нет, твои мысли мне недоступны. Одни глупости и бредни слышу.“
„Так мы мысленно общаемся, и никто нас не слышит?
„ Слава Воде-матери! До неё дошло! А не устроить ли нам праздник по этому поводу!? Хотя, о чём это я. Мы и так на празднике. Где моё имя?!“
„Как тебе имя Кракен? Так зовут легендарное мифическое морское чудовище гигантских размеров.“
„За кого ты меня принимаешь? Я милый и пушистый! Ладно, не пушистый, но обаятельный и привлекательный. И вообще, почему имя мужское?“
„А разве ты, не просил себе мужественное имя?“
„Мужественное и мужское – почувствуй разницу. И да будет тебе известно, элементаль существо бесполое. Надо мужика соблазнить, одену личину смазливой куклы, а захочу подраться – качком-бодибилдером наряжусь!“
„Почему ты всё время кричишь? Будто лихо какое. Вот назову Лиховода и париться не буду, как обращаться к оксиду водорода.“
„А знаешь? В этом что-то есть. Я парень смелый, храбрый, удалой — одним словом лихой. Я же сестрица вода — без меня и не туда и не сюда. Так нарекай меня быстрей, пока я не передумало!“
„Нарекаю тебя, вечно кричащего элементаля, и имя тебе даю, под стать характеру твоему — Лиховода! Да будет так ныне и присно, и во веки веков! Мамочки, что за бред я несу.“
„Ну, Василиса, готова к труду и обороне?“
„Это как?“
„Ну, придется немножко потрудиться: речь местную выучить, умыться, пары храмам найти, там может ещё какие обряды провести. А потом мы будем держать оборону. Храмы, сильно жениться желающие, но пару не получившие, начнут претензии предъявлять. Некоторые даже к тебе в мужья проситься станут. Но нечего, нам главное до первых лучей дневного светила продержаться. А как только те появятся, на алтарь забраться улыбнуться и ручкой помахать.
„А ручкой обязательно махать?“
„А как же! Мы же воспитанные или как. Адьёс амигос, албибэк – хорошо звучит. И вообще, уходить надо красиво и с музыкой. Но так как, музыкальное сопровождение обеспечивать некому, то будем довольствоваться тем что имеем. В нашем случае – руками. Так что закрывай глаза и поехали. Я сейчас в тебя инфу заливать буду.“
Закрыла глаза и вижу, как на меня несётся огромная волна. Мне точно не выжить, сейчас как накроет, так и погребет под собою. Волна врезалась в меня, не накрыла с головой, не окружила водой, а именно врезалась в меня и впиталась моим телом. Чувствую, что сейчас лопну. А у самой перед глазами водяной из мультика бедрами виляет, животом раскачивает и поёт свою знаменитую песенку.
„Интересно, это у меня крыша едет или она уже давно где-то валяется, а я и не заметила.“
„Да всё с твоей крышей в порядке. Я вообще думаю, крыша с девятиэтажного панельного дома в принципе сползти не может, только провалиться на головы жильцов. А водяной, так это я заставку активизировало, чтоб не скучно было инфу принимать. Потом объясню, как её распаковать и усвоить. Всё, открывай глаза, пошли в народ, а то пипл заждался.“
Я открыла глаза. На меня смотрят все. Я что-то не так сделала? Вроде просто стояла, никого не трогала, даже рот не открывала. Точно. Так, значит порядок действий следующий: считаю до трех, глотаю, вытираю лицо, помнится у меня в рюкзаке были влажные салфетки. Осталось дело за малым – а где мой рюкзак?
“Раз, два, три”.
„Пли!“ — прозвучал в моей голове крик Лиховоды.
И я выплюнула. Но я ведь не хотела. Я хотела проглотить. Надеюсь я ни в кого не попала. Я – попала…
— Ой, мамочки! Я всё исправлю! Как рюкзак найду, так и исправлю. А не найду, я вам шарф свой подарю. Вы им лицо замотаете, и никто вас не узнает. И вообще, не волнуйтесь. Вы и под этим соусом выглядите аппетитно.
Адэр
“Бедный Лисон. Это точно не кровь, уж что-что, а кровь я узнаю в любом виде и на любом. Но, что за ужасный запах. Неужели Лисону придется выкинуть свои парадные одежды. Помнится, что, за порчу ритуальной одежды, полагается штраф, тому кто испортил и наказание, тому кто не сберег. Бедный Лисон. У него сегодня, как и у меня последний шанс обрести пару. Но с таким амбре, это ему точно не грозит.”
— Водорождённая, прошу скажи, как тебя зовут! – Адэр решил взять призванную под свой контроль. А зная имя, особенно полного многое можно...
— А вы с какой целью интересуетесь?
— Нам надо знать, как к вам обращаться и кого после благодарить за пару с которой придётся жить до конца дней своих.
— А вы точно будете благодарить, а не проклинать сегодняшний день до конца дней своих или пары?
— Точнее не бывает. – „а вот какими словами мы будем это делать, тут возможны варианты.“
„Не смей говорить полное имя. Придумай что-нибудь, чтоб имя было твоим, но не твоим. Лож они сразу почувствуют “– прошипел Лиховода.
— Зовут меня Васька, но только близким разрешено так меня звать. Для вас я буду…Василия, – “Васька, так иногда меня муж звал и некоторое начальство именно так обращается, а Василия — так меня называла бабушка.”
— Василия, прошу объявить меня, Адэра, своим первым хранителем.
„Надо же читер[1] доморощенный нашелся, да и мы не нубы[2] пальцем деланые. Пусть клятву даёт, да полную, этот тизер[3] незаспаменный[4].”
„Лиховода, а Лиховода, ты где и когда так говорить научился? Ты же вроде недавно родился.“
„Так я знаю всё что видел и слышал родник-отец. В общем, как скажу берём, так ты и говори принимаю Адэра первым хранителем. А сейчас клятву требуй.
— И с какой такой радости, я должна брать своим хранителем первого встречного.
— Я не первый встречный, а второй. Первый рядом стоит—обсыхает.
— А что на счет клятвы любви и верности: клянусь быть вместе в радости и горе, в бедности и богатстве, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас.
— Такой клятвы я не знаю и давать не буду.
Адэр постоял немного, посмотрел по сторонам – желающих стать хранителями нет. Время идёт – призванная может не успеть создать пары. Всё равно хранителем он будет только до утра, а потом она вернётся в свой мир, и струна, соединяющая клянущегося с клятвоприемником оборвется.
Адэр сделал надрез на ладони и заговорил: