"Фантастика 2023-180". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Это были оборотни и вампиры, — бесстрастно продолжил призрак, прозрачной тенью застыв посреди хранилища. — Война с ними действительно была, но вот касательно ее итогов легенды ошибаются: далеко не все вампиры и оборотни желали кровопролития. И далеко не все из них оказались истреблены. Более того, когда совместная армия людей, гномов и эльфов загнала их в ущелье на границе Северных гор, они сами отправили парламентера. Переговоры длились сто семнадцать дней, в течение которых оборотни вынужденно мирились с близостью вампиров и наоборот. Сто семнадцать дней, за время которых им пришлось открыть нашим магам многие из своих секретов. В том числе и то, что оказались абсолютно невосприимчивы ко лжи. В результате было решено, что эти создания способны принести миру немалую пользу. И что у них есть некоторые свойства, которые маги хотели бы изучить и использовать, тогда как им от нас было нужно только одно — свобода. В итоге между расами был заключен мирный договор на тех условиях, что ОНИ никогда не охотятся на людей в пределах обитаемых территорий, а за это остальной мир, кроме небольшой кучки избранных, напрочь забывает об их существовании.
Айра вздрогнула, снова вспомнив волков с подозрительно разумными глазами, затем с холодком подумала, что, значит, не померещились клыки во рту у бледнокожего парня, и неверяще вскинула голову.
— Марсо!
— Да, этой ночью ты наткнулась на вампира, — сухо известил ее призрак. — Или вампа, как они сами себя называют. А преследовали его виары… оборотни, как ты правильно догадалась… и преследовали потому, что уже много веков на дух друг друга не переносят.
— Но что они делают в академии?!
— Молодые виары на первых порах плохо контролируют вторую ипостась и доставляют немало хлопот Стаям. Оборотничество, чтобы ты знала, не проявляется сразу после рождения. Большинство виаров начинают чувствовать луну лишь по достижении совершеннолетия. К тому времени все они изолируются от сородичей и учатся сдерживать живущего внутри них волка.
— Г-де изолируются? — заикаясь, спросила Айра.
— Здесь, разумеется. Где еще, как не в закрытой от остального мира академии, можно одномоментно разместить более полусотни виаров?
— Сколько?! — приглушенно ахнула она.
— Сколько слышала, — спокойно отозвался Марсо. — В том, чтобы молодежь обрела устойчивость, маги заинтересованы не меньше виаров. Кстати, оборотни — вполне разумные существа: мыслят, радуются и огорчаются, как все другие расы. Они тоже умеют любить, ненавидеть, способны мстить… и вообще, мало чем отличаются от нас с тобой. Думаю, не нужно объяснять, что случится, если о них станет известно? Ковену не нужны новые войны, поэтому мы делаем все, чтобы существование оборотней и вампиров оставалось тайной для простых смертных. Конечно, о них осведомлены эльфы, с ними ведут кое-какую торговлю гномы… не слишком активно, впрочем, но этого достаточно, чтобы молодняк рвался осваивать новые горизонты. Мы им не мешаем. Только присматриваем и строго наказываем тех, кто нарушает правила. Да, в первый год своего пребывания в академии виары находятся в строгой изоляции от остальных учеников, но позже, когда молодые люди перестают поддаваться волчьим инстинктам, они продолжают обучение наравне с остальными. Правда, по особой программе. И, поверь, со временем ни один человек не сумеет распознать в них волка, если повстречает случайно на улице.
— Ты хочешь сказать, что они живут в наших городах? — дрогнувшим голосом уточнила Айра.
— Как правило, нет: настоящему волку нужен простор. Но заходят они туда довольно часто. И, можешь быть уверена, никто из тех, с кем они разговаривали или жили рядом, даже не подозревает об их истинной сути. По-настоящему же они меняются только в полнолуние, хотя, конечно, есть семьи, в которых виары научились перекидываться в любую ночь. И это, я тебе скажу, большое достижение.
Девушка сглотнула.
— Хорошо, а вампиры? Они тоже учатся?
— Да, — легко согласился Марсо. — Штук по десять мы каждый год принимаем на воспитание. Иногда чуть больше или чуть меньше… в среднем здесь единовременно обучаются около сорока вампов. У них, как ни странно, исключительные способности к некромантии и демонологии. Раньше об этом не знали, поскольку Кланы ревностно хранили свои секреты, но после подписания Договора про эти навыки стало известно. И, соответственно, понятно, что надо их как-то приводить к общему знаменателю.
 
— А ученики об этом знают?
— Конечно, — фыркнул призрак. — Только первый курс остается в неведении, потому что, во-первых, не готов к такой правде, а во-вторых, плохо контролирует свою силу. Но остальные маги, начиная с учеников второго курса, знают. И, поверь, никого это не смущает.
Айра непонимающе помотала головой.
— Подожди, но ведь вампы питаются… в смысле, они же пьют кровь! Вы не боитесь за учеников?
— Нет. Кровь им нужна не постоянно, а лишь раз в полгода, и мы полностью перекрываем эту потребность. В остальное время они питаются точно так же, как все остальные, и опасности не представляют. Слухи про их жажду изрядно преувеличены и берут начало еще с тех времен, когда вампы казались нам страшными и неуязвимыми врагами.
Девушка озадаченно потерла переносицу.
— А они действительно неуязвимы?
— Нет, — хмыкнул маг. — Просто долго живут, почти не болеют и очень быстро восстанавливаются. Как, кстати, и виары. В каком-то смысле они похожи — все-таки дети одного творца. Но на твоем месте я бы никогда им об этом не говорил — загрызут… Эй, ты чего? Испугалась?
— Я? — Айра, медленно опустившись на кресло, вдруг подняла на призрака растерянный взгляд. — Знаешь, мне сложно это принять, хотя я и понимаю… даже видела их сегодня, говорила, но все равно это — слишком. Мне еще надо привыкнуть к такой правде, и я не уверена, что смогу.
— А куда ты денешься? — хихикнул призрак, спланировав на спинку кресла и свесив вниз полупрозрачные ноги. — Со временем все привыкают. Да и как не привыкнуть, когда на каждом занятии возле тебя с одной стороны будет сидеть самый настоящий оборотень, а с другой с милой улыбкой пристроится живой вампир? Месяц потрясешься от страха, побоишься, подергаешься… а потом привыкнешь. И станешь обращать на них внимания не больше, чем на любого другого соседа. Хотя, конечно, бывает забавно понаблюдать за тем, как второкурсники по первости шарахаются и каждую ночь рисуют охранные руны на дверях своих комнат, в то время как виары с хохотом подвывают под чужими окнами, а вампы при каждом удобном случае показывают клыки. Мне кажется, они даже устраивают соревнования: кто больше народу напугает. Правда, не знаю, кто выигрывает чаще. Наверное, все-таки вампы — у них, кроме врожденного обаяния, есть полезное свойство внушать людям ужас, чем эти клыкастые дуралеи охотно пользуются, пока не засечет куратор и не выбьет им клыки. С другой стороны — стоит оборотню перекинуться при всех, как от него тут же с визгом разбегаются… в общем, сложный вопрос. Надо будет потом это проверить. И, может, даже с твоей помощью.
Айра невольно содрогнулась.
— Марсо, не вздумай. Мне сегодняшних впечатлений хватит до конца жизни.
— Да я же не про сейчас говорю, — успокаивающе отмахнулся он. — Тем более ты все равно узнала раньше других, так что шока для тебя на втором курсе не будет, а вот твои одноклассники испытают немало неприятных впечатлений.
— Да, наверное… значит, тот парень — вамп?
— Уверен. Только вамп мог нестись так, чтобы ты даже не заметила, пока не оказалось слишком поздно, и только вамп мог перескочить через стену высотой в три человеческих роста. Кстати, именно поэтому ему здорово влетит, когда магистериус обо всем узнает. Но еще больше влетит потом, когда узнает куратор и весь Клан.
— Почему?
— Потому что сегодня он раскрыл тебе свою тайну. Пусть ненамеренно, но тем самым поставил под угрозу существование своей расы. Первоклашкам не запрещено общение с родственниками, а среди них есть немало простых людей, не имеющих к магии никакого отношения. Думаешь, зря вокруг вашего корпуса стоит замагиченная стена, которую вампам строжайше запрещено пересекать? А если о них узнают за пределами академии…