Тень и Лёд (ЛП)

Движение среди деревьев. Нокс пригляделся… Раш сидел на ветке и целился в Вейл тремя стрелами.
— Нет! — крикнул он, но предупреждение прозвучало слишком поздно.
Стрелы нашли себе новое пристанище в ее груди. Вскрикнув, она споткнулась о ветку и упала, приземлившись на бок.
Кипя от ярости, Нокс сменил пистолет на меч.
Раш спрыгнул с дерева и, хотя Вейл оттолкнула его, легко подхватил ее на руки. Затем с вызовом посмотрел на Нокса.
«Никто не отнимет у меня мою женщину».
Нокс подошел ближе… еще ближе…
— Ты пойдешь со мной, Нокс из Ивилэнда. — Раш попятился, используя ослабевшее тело Вейл, как щит. — Или я…
— Вейл, пригнись. Сейчас же!
Не раздумывая, он рубанул другого мужчину по шее, жестоко отрубив ему голову.
Вейл повиновалась. Тем не менее, лезвие скользнуло по небольшой части ее лба, надрезая кожу. Ее следующий крик боли пронзил его насквозь.
Тело Раша упало. Нокс поймал Вейл прежде, чем она рухнула на землю, прижал ее к своей груди и побежал. Она крепко держала арбалет убитого мужчины, прихватив его с собой.
— Отпусти меня, — сказала она слегка невнятно. Если бы у нее были силы, она бы боролась с ним, в этом он не сомневался.
— Никогда больше, — поклялся он. Вперед, вперед.
Бейн догонял его. Нокс должен был действовать.
— Мне очень жаль, — сказал он и выдернул стрелу.
Когда она закричала в агонии, он развернулся, метнув стрелу, как копье. Стрела пронзила глаз Бейна, и он споткнулся.
— Мне очень жаль, — повторил Нокс, выдергивая вторую стрелу, чтобы повторить весь процесс. Разворот. Бросок. Вторая стрела пронзила второй глаз зверя, ослепив его.
— Ты… ублюдок, — обвинила его Вейл, с трудом переводя дыхание.
Лавируя между деревьями, он потянулся за оставшейся стрелой.
— А теперь подожди секунду, — сказала она, вцепившись в его запястье. — Не делай этого. Просто… дай мне минуту передохнуть, ладно? Мне просто нужна минута, может быть, час, чтобы…
Безжалостно, потому что так было необходимо, Нокс выдернул последнюю стрелу, позволив Вейл начать исцеляться.
— Ублюдок, — повторила она слабеющим голосом. Он хотел бы убить Раша снова и снова. — Бессердечный… мертвый внутри.
— Я был мертв внутри, но ты вернула меня к жизни. — Он оглянулся через плечо. Никаких следов Бейна. И смертных тоже нет. Неужели оторвались?
А как насчет Эрика и его камер?
На всякий случай Нокс пробежал еще милю, прежде чем открыть прикрытый тенями проход в свой бункер. Войдя внутрь, он швырнул ее на кровать, извинился и стал ждать, приготовившись к грязной драке.
Как только разлом закрылся, он помчался собирать медикаменты.
— Я не хочу здесь оставаться, — сказала она.
Он отодвинул лук Раша и сел рядом с ней. Краска залила ее щеки, к ней возвращались силы.
— Мы можем пойти туда, куда ты захочешь. После. — Он разрезал ее рубашку, промыл раны, чтобы ускорить регенерацию.
Хотя физически она не оказывала никакого сопротивления, эмоционально и ментально она была отстранена.
— Как только ты закончишь, я уйду. Одна. Не пытайся меня остановить.
— Но куда бы ты ни пошла, я последую за тобой. — Сейчас и всегда.
Она даже подпрыгнула.
— Не делай вид, что тебе небезразлично мое благополучие.
Пока она говорила, разорванная плоть снова срослась.
Довольный, Нокс убрал прядь волос с ее влажного лба и заправил за ухо. Она отстранилась, избегая дальнейшего контакта. Отказ причинил боль, но он не высказал никакого упрека. Он заслужил это и даже больше.
— Мне не все равно, Вейл.
— Нет. Нет. — Она отвернулась от него. — Ты мне не поверил.
— Только на мгновение.
— Ты покинул меня.
— Да, это так, и я всегда буду сожалеть об этом решении. Это было самое трудное, что я когда-либо делал, хотя думал, что совершаю правильный поступок. Думал, что поступаю как можно лучше и проще для тебя. А потом взорвалась бомба и… Я решил, что ты умерла. Я был безутешен.
— И это должно исправить наши отношения?
— Нет. Ничто не может. Но со временем я докажу, что останусь здесь навсегда и ни за что не расстанусь с тобой.
Она изучала выражение его лица, ее собственное ожесточилось.
— Тогда мне все равно. Ты же знаешь, как я страдала после того, как мой отец бросил меня и ушел. Ты сделал мне больно.
Уныние грузом легло на его плечи, но он все равно продолжал упорствовать.
— Ты никогда не узнаешь, как мне жаль.
— Извинения тоже не помогут, — сказала она, и ее подбородок задрожал.
И снова он почувствовал, как его сердце вырывается из груди и шагает прочь.
— Я сделаю все, чтобы вернуться, чтобы поддержать тебя, когда ты будешь нуждаться во мне.
— Мне все равно! — От боли и ярости она вспылила, ударив его в грудь сжатыми кулаками. — Ты плохо реагируешь на угрозы, помнишь? Ну вот, я угрожаю тебе и не собираюсь останавливаться. Тебе лучше уйти, пока я не подтолкнула тебя к той точке, откуда нет возврата.
— Я никуда не собираюсь уходить. Бей меня сколько хочешь, сколько тебе нужно. Я могу это вынести.
Слезы текли по ее щекам, когда она приняла его предложение, ударяя его до тех пор, пока ее вновь обретенная энергия не истощилась. Вздохнув, она обмякла и прижалась щекой к его плечу.
— Я сделала тебе больно? — тихо спросила она.
— Нет. Я в порядке. — Даже лучше чем в порядке, теперь, когда он заключил ее в свои объятия. Скоро Вейл узнает, как далеко он готов зайти, чтобы удержать ее здесь.
— Какая жалость.
Уголки его рта дрогнули.
— Может быть, ты поступил правильно, — сказала она и шмыгнула носом. — Наши отношения никогда бы не сложились. Мы — кровные враги.
Нет!
— Я никогда не стану твоим врагом, Вейл. Ты можешь доверять мне во всех отношениях, во все времена.
— Нет, если твой король…
— У меня есть план, — вмешался он, чувствуя, что в ее броне может быть трещина. — Я воспользуюсь мечом Гуннара.
Подняв голову, она посмотрела ему в лицо красными опухшими глазами.
— Ты уже выяснил, к чему это приведет?
— Да. Я думал об этом во время наших последних объятий, — сказал он, и она покраснела. — На рукояти есть особые углубления. Если я правильно расположу свою руку, то полагаю, что металл расплавится, впитается в мое тело и исцелит меня от любых ран, прежде чем просочиться наружу, чтобы обратно превратиться в меч.
— Теоретически здорово, но мистические чернила — это не рана.
Проведя пальцами по ее шелковистым волосам, он сказал:
— Металл также должен очистить мою кровь и вымыть чернила.
— А обратная сторона?
— Даже если принуждение Анселя пройдет, я буду привязан к мечу. Эта связь должна побороть чернила, но это означает, что держащий меч будет держать мое будущее. У них будет достаточно власти, чтобы контролировать меня.
Она нахмурилась.
— Значит, ты променяешь одного хозяина на другого. А где же положительная сторона?
— Ансель не сможет заставить меня причинить тебе боль или преследовать определенных воинов. Я смогу делать то, что лучше для нас, а не для правителя Ивилэнда.
Он мог бы найти способ освободиться от меча.
— А что, если ты ошибаешься и будешь привязан одновременно к мечу и Анселю?
— Мы составим план действий на случай непредвиденных обстоятельств. — Он скорее умрет, чем подвергнет жизнь Вейл опасности.
— Мне кажется, ты пропустил несколько шагов. Я имею в виду, что феромон находится в моей крови так же, как чернила в твоей. Сначала ты должен максимально обескровить себя, просверлить отверстия в одной или двух костях, чтобы добраться до костного мозга, а затем впитать металл, чтобы он потек прямо к источнику. — Она поджала губы, словно раздосадованная тем, как много ей пришлось рассказать, и встала. — В любом случае. Этот разговор окончен. Я уже ухожу.
Он опустился на колени прямо перед ней.
— Я знаю, что не заслуживаю прощения, но молю об этом. Останься. Пожалуйста. Здесь ты в безопасности.