Солдат удачи (СИ)

Спустя сутки два взвода занялись обучением африканских солдат на полигоне близ столицы. Найденов же со своими людьми, в сопровождении уже знакомого переводчика, получив от Филина подробный инструктаж, выехал в префектуру Лобае, где трудились российские изыскатели. Префектура находилась на юго-западе страны и считалась относительно спокойной.
— Да, Жан. Природа у вас будь здоров, — обернулся к африканцу Максим, — можно сказать, первозданная.
— Тропический лес, месье. Есть еще саванны, горы и реки с водопадами, — белозубо улыбнулся Жан-Луи Траоре, в прошлом студент Российского университета дружбы народов. Из-за войны в стране обучение не окончил. Вернувшись, поступил в армию.
— А людей у вас еще едят? — поинтересовался у соседа Бертолет.
— Нет. Это давно в прошлом. — Вопрос ему не понравился, он нахмурился.
В пути находились уже три часа, в лесу стояла какофония звуков, затем наметился просвет. Решили остановиться.
Максим дал по рации команду, колонна, съехав на обочину, встала.
— Десять минут перекур! — ступил на землю из УАЗа.
Бойцы выбирались из кузова, придерживая автоматы и утирая потные лица, водители из кабин. Размяв ноги и справив малую нужду, задымили сигаретами.
Максим с Бертолетом в сопровождении Жана подошли к просвету. За ним открывалась саванна с высокими баобабами. Там паслось слоновье стадо и разгуливали жирафы. У горизонта снежно белели облака, ниже парили птичьи стаи.
— В этих местах находится национальный парк Дзанга-Санга, — сказал африканец. — А там дальше страна Конго, — показал рукой. — Оттуда к нам нередко приходят вооруженные отряды. Грабят селения и угоняют скот.
— А как с браконьерством? — спросил Максим.
— Тоже есть. Но правительство ведет с ним борьбу.
Короткий отдых закончился, снова тронулись в путь. На закате дня джунгли впереди стали реже, дорога превратилась в едва накатанный след. Выехали на обширную равнину, с зонтичными акациями и кустарником, по которой змеилась широкая река. Звалась Убангой, служила границей с Конго.
В ее излучине блестели гофрой крыши двух щитовых домиков, рядом стояли грузовик с джипом. Ниже по течению чавкала насосом и гремела черпалками драга. За ней рыжел мокрый отвал. Сбавив ход, колонна подкатила к жилищам и остановилась.
— К машинам! — выйдя из кабины, хлопнул дверью командир.
А от драги к ним уже направлялся загорелый, лет сорока мужчина в клетчатой рубашке, шортах и выцветшей панаме.
— Начальник партии Гаршин Сергей Ильич, а вы наша новая охрана?
— Точно так, — ответил Максим. Пожали друг другу руки.
— Все ребята из «Вагнера»? — окинул взглядом выгружавшихся бойцов.
— Оттуда. Пару дней, как прибыли. А где местные жандармы, которых должны менять?
— Получили сообщение по рации, что вы выехали, и отбыли на сторожевом катере в Мбаики. На свою базу.
— Да, — покачал головой Максим, — порядка у них, как вижу, не наблюдается.
— Что поделаешь? Африка, — развел руками начальник.
Появились еще двое — жилистый, в пробковом шлеме бородач и средних лет миловидная блондинка в легком комбинезоне и цветной косынке на голове. Первый оказался техником, женщина — супругой Гаршина.
Выгрузившись, наскоро установили палатки на другом конце площадки и перекусили сухпаем. Когда на землю опустилась ночь, уставшие в дороге бойцы спали. По периметру и у драги расхаживали часовые.
Максима же начальник партии пригласил на чай. Пили вдвоем под брезентовым навесом, в свете лампы, работающей от солнечной батареи, и беседовали. Как оказалось, Гаршин работал в Африке четвертый год, родом был из Омска. Изыскательская партия, которой он руководил, насчитывала вместе с командой драги девять человек.
Продвигаясь вниз по реке, партия брала пробы. Там, где обнаруживались ценные ископаемые, в дело вступала драга. Однако перспективного месторождения пока не нашли, довольствовались тем, что было.
— Приходилось видеть необработанные алмазы? — подлил из чайника в кружку Максима ароматного напитка Гаршин.
Он встал, ушел в дом и вскоре вернулся с серебристым контейнером. Отвинтив крышку, высыпал на пластик стола бесцветные кристаллы, размером от булавочной головки до горошины.
 
— Напоминают обычные стекляшки, — взял Максим пальцами один.
— Согласен, — улыбнулся Сергей Ильич. — Но очень дорогие.
— И сколько они могут стоить? — Найденов повертел камушек перед глазами.
— Все, что здесь, после огранки — тянет на сумму от пятидесяти до ста миллионов рублей.
— Круто. — Макс осторожно вернул алмаз на место. — Насколько понял, места здесь безлюдные? За время, пока сюда ехали, не встретили ни одного селения.
— Они есть, в основном по берегам реки. Живут племена банда, нгбанди, мака и пигмеи.
— Это которые малыши?
— Совершенно верно.
Поговорив еще немного, отправились спать. Гаршин к себе в дом, Максим в палатку. Из джунглей доносились крики ночных зверей, с другого берега реки чавканье и хлюпы.
Утро выдалось чудесным. С востока поднималось солнце, над рекой стелился легкий туман. Листья деревьев, кустарники и трава серебрились каплями росы, отовсюду раздавались голоса птиц. Умывшись в реке и позавтракав колбасным фаршем с галетами, взвод занялся обустройством лагеря.
Для начала из подсобного материала соорудили навес для кухни, установив там разборную походную печку, стол и скамейки. Из одного КамАЗа выгрузили и доставили туда ящики с продуктами и кухонной утварью, со второго спутниковую тарелку и оборудование к ней.
Максим же вместе с Бертолетом, назначенным замкомвзвода, составили график охраны лагеря. Он включал в себя три смены, с задействованием всего личного состава, кроме кухонного наряда. Посты были стационарными, в пределах добычной площадки. Со стороны джунглей — два подвижных.
Служба оказалась необременительной. Все было мирно и спокойно, только изрядно досаждали москиты и жара. К тому же стоял сезон дождей, регулярно проливавшихся на землю. В полуденные часы температура воздуха достигала тридцати градусов, вечерами от реки налетали тучи кровососов.
Жена Гаршина — Ольга Тимофеевна, оказавшаяся врачом, предупредила, что пить из реки и купаться опасно. Воду предварительно кипятили. От гнуса же у палаток разводили дымные костры, а внутри натянули несколько противомоскитных сеток. Поделились геологи.
Отношения с ними у бойцов складывались нормально. Днем те и другие занимались своими делами. Вечерами же вместе смотрели по спутниковому телевидению две пробивавшиеся в эфир российские программы, играли в домино и нарды.
Через неделю пришло время отправлять добытые алмазы в Банги. Раньше доставку обеспечивали жандармы, теперь это стало обязанностью бойцов «Вагнера». В столицу выехали на утренней заре.
Впереди джип с Гаршиным, Найденовым и Жаном, там же контейнер с алмазами. Позади УАЗ, за рулем Бертолет, с ним три бойца.
Выехав с равнины, углубились в проснувшиеся джунгли с какофонией всевозможных звуков, и машины пошли уже заросшей колеей. Пряно пахло тропическими растениями и чуть гнилью. По ветвям и лианам уходивших в небо деревьев прыгали мартышки. Монотонность движения навевала дрему. Когда одолели половину пути, на дороге впереди показалась лежавшая поперек пальма.
— Стоп! — положил Найденов руку на плечо Гаршина, сидевшего за рулем. В двадцати метрах от дерева оба внедорожника остановились. С заднего выпрыгнул боец с автоматом на изготовку.
В тот же миг из зарослей ударили выстрелы.
— К бою! — заорал Максим, выбив плечом дверку, и тоже открыл огонь. Со второго автомобиля зарокотал ДШК, срезая все впереди. Дружно ударили «калаши».
Через несколько минут перестрелка закончилась, возникла звенящая тишина. На землю, кружась, опадали листья.
— Все живы? — вщелкнул командир в приемник новый магазин.
— Да! — откликнулись от машин.
Обернувшись назад, сделал знак рукой и, согнувшись, порысил к зарослям. Все, кроме Гаршина с пулеметчиком, развернувшись веером, — за ним. Там обнаружили несколько примятых лежек и двух убитых африканцев. Прихватив израильский автомат «узи» с американской винтовкой М-16, вытащили тела к дороге.