Буревестник (СИ)

Генерала Итанаэля арестовали на выходе из дворца, а через час вся семья Яронаэля была насильно доставлена в застенки Тайной полиции. Сам же Яронаэль без промедлений отбыл из королевства в обжитые миры людей.
Неизвестная точка пространства. Мы.
Наш с Васяном корабль уже одиннадцать суток несся через гипер. Теоретически, это путь через подпространство из точки А в точку Б, но фактически это даже трудно сформулировать. В первые же минуты после ухода в гипер я, не снимая скафандр, прошел в шлюз и высунулся в люк, поглядеть, каково оно, это самое «гиперпространство»?
Моему взору предстала довольно гротескная картина: корабль несся в энергетическом пузыре из силового экрана, а за пузырем было тускло-вишневое марево с гигантскими молниями, которые периодически ударяли в пузырь. Жуть! Я поторчал в люке ещё пару минут, и у меня начала раскалываться голова от боли. Ну нахрен такие спецэффекты! Залез назад и, проверив на дисплее, все ли в порядке с кораблем, снял скаф.
Думал, в полете будет скучно, но развлечения нашлись! Васян продолжил мои занятия по боевой подготовке, учил рукопашному бою в замкнутых пространствах, научил подкрадываться и бесшумно, ну почти бесшумно, убивать голыми руками.
А я научил его играть в шашки! Мы нацарапали доску на полу каюты, а вместо шашек использовали болты и гайки. Сначала я натягивал Васяна, но спустя десяток партий счет вел уже он. Ну, оно и неудивительно, с таким-то калькулятором в башке!
А ещё я спал, ел и продолжал заниматься физподготовкой. Под это дело сошел небольшой генератор из наших припасов, к которому я привязал толстую верёвку в виде петли и использовал получившийся снаряд как гирю.
Васян пичкал меня какими-то таблетками из припасов, так предусмотрительно забранных им с носителя. Говорил, что это для стимуляции моих мышц и закрепления мышечной памяти. Не знаю, как для мышечной памяти, но после этих пилюль мне становилось легче спарринговаться с ним. Тело не так сильно болело, и скорости в движениях прибавилось.
Я выучил «гвельфийский» язык и «интер». Освоил базовый курс пилотирования малых кораблей. Курса для «средних» у робота не было. Кажется, для нашего эсминца он бы подошел больше всего, но это не так! Вот почему: наш корабль, который мы собрали на свалке, по габаритам относится к «среднему» классу, но по агрегатам — самый обыкновенный истребитель.
Был взят корпус от штатного эсминца малого класса, среднего типа, только с нашим дополнительным бронированием и минимальной переделкой. Срезана рубка пилотов, которая торчала сверху корпуса, на манер рубки субмарины. Установлены два маршевых движка, правда, с тяжёлого крейсера. Прожорливые заразы, но зато тягу выдают — закачаешься! На оригинале движки крепились на кронштейнах у кормы, а я спрятал их внутрь корпуса под броню. Ох как меня тогда выручила электроталь, которую я прихватил с собой, уходя с базы кахарцев. Без этого простого и мощного устройства ни о каких переделках и речи быть не могло!
Маневровые оставил на тех же местах, что и были, только мои, опять-таки от крейсера. «Родных» не было, а аналогичные по габаритам, только эти. Топливный бак, реактор и модуль гипердрайва — родные и на своих местах, правда, вынужден был добавить ещё один дополнительный реактор, так как после установки эмиттеров энергетического щита была просадка по напряжению. Сами эмиттеры мы с Васькой сняли со старого корабля Альянса, а места расположения их на корпусе нашего корабля рассчитал сам робот.
Из кардинальных переделок были выполнены только вооружение и жилой модуль.
В «стоке» корабль был оснащен небольшой автоматической пушкой на поворотной турели под брюхом корабля. Это нелепое «средство устрашения» я убрал, а внутрь корпуса вмонтировал три танковых плазменных орудия и две автоматические пушки Гаусса, снятые с таинственного черного истребителя, брошенного неизвестно кем на свалку. Заморачиваться не стал, и все орудия, собрав в некое подобие «чейн-гана», только с неподвижными стволами, жестко закрепил внутри корпуса, оставив выступающие из носа корабля одни срезы стволов.
 
Провел кабель энерговода к «плазме», а робот подключил и настроил электронику управления огнем. Дальше вырезал и выбросил всё из жилого модуля, оставив всего одну каюту и санузел. Каюту планировалось использовать как кабину пилота и по совместительству спальню. Систему жизнеобеспечения оставил старую, только поотрезал и заглушил всё, что шло за пределы моей каюты и санузла.
Робот подключил и настроил штатную систему гравитационного компенсатора, которая облегчает жизнь пилота и пассажиров в момент критических перегрузок. Такое устройство есть практически в каждом корабле и не является дефицитом.
В заключение нашей постройки робот подключил и настроил всю необходимую электронику. В момент тестовых полетов искин корабля сам довел все необходимые корректировки в тяге двигателей и стабилизации корабля. Ну, на то это устройство и разрабатывалось в первую очередь.
Вот, в принципе, и все переделки. Теперь наш «истребитель-эсминец» исправно мчит сквозь гипер на резервную базу Альянса. Что нас там ждет? Хрен его знает, прошло уже больше тысячи лет, и вполне возможно, там уже ничего нет, но я надеюсь, что есть. Робот найдет там ответы, а я разживусь новыми отличными «ништяками»!
Тянулись дни, больше учить из «ментопрограмм» было нечего, и я уболтал робота начать обучать меня работе со стрелковым оружием. Арсенал у нас после Сахары собрался нехилый, правда, стрелять было нельзя, зато отрабатывать приемчики и разбирать и собирать пушки «на время» я отработал по полной.
Васян тоже не остался без «хобби» и ночами напролет, пока я спал, он, подключив к себе шлейф, взламывал собранные на Сахаре искины и даже преуспел в этом деле. Когда я глянул, какую гору он уже перелопатил, выпал в ступор! Из двухсот сорока трех искинов он «разгрыз» сорок два! Теперь у него была целая куча игрушек и он даже позабыл о том искине, что выплакивал у меня на свалке.
Вечер одиннадцатых суток гипера, я собирался ложиться, а Васян засел за очередным несговорчивым «робомозгом». Я лег, закрыл глаза, а сон не шел. Мне не давала покоя мысль по поводу тех самых «Войдов».
— Вась?!
— Слушаю.
— Сколько у тебя уходит времени на взлом одного искина?
— В среднем три часа.
— Вот скажи, будь у тебя в башке чип… Ну, допустим, в сотню раз быстрее, сколько бы времени уходило на взлом одного искина?
— Это очевидно — 54 секунды.
— А в полноценном корабле, допустим, в крейсере, сколько искинов работает одновременно?
  
2.2.
 
— В крейсере в среднем шесть. Полетный, навигационный, орудийный…
— Всё, всё, Вася, я понял!
— К чему ты ведешь?
— К Войдам, Вася.
— Не понимаю.
— Ты дослушай! Шесть искинов плюс десяток роботов — это 864 секунды, при том, что у тебя супервычислитель. А если бы это надо было сделать с десятком кораблей, причем одновременно?
— Это невозможно! Деление на параллельные потоки снижает общую скорость процессора. Расчет идёт по формуле…
— Стоп! Не надо формул, я понял, Вася! А ты говорил, что, когда появляется Войд, мгновенно все искины сходят с ума, так?
— Проходит 0,86 секунды, и взлом!
— А никакого взлома нет! Васян на пару секунд завис, уставившись на меня своими окулярами.
— Смотри, тут такая мысля пришла. Сколько надо времени, чтобы искин, получив команду, приступил к исполнению?
— 0,80 секунды.
— А десять искинов?
— Это очевидно, они одновременно получают команду, и время остаётся единым, ну, включая небольшую погрешность в 0,2–0,4 секунды… Стоп! — Вот теперь робот сам себя остановил и зашурупил мозгами. — Допустим, Войды захватили и используют команду переподчинения искинов… Но если это возможно, то подобная информация — совершенно секретна!
— Ну а то как же! Кто бы сомневался! Васян, я могила! Меня разбирал смех. — Я-то думал, что на крышечке каждого искина нацарапана эта команда красными буковками! И звучит она так: «Ты лошара!» Причем для всех искинов, включая и те, что выпустят через сто лет! Признаюсь, я просто прикалывался, наблюдая за реакцией робота.