Живой доспех (СИ)
— Что это, чёрт возьми, значит? — прорычал Барос.
— Что тебе опасно и дальше носить Живой доспех. Ты в нём принесёшь больше бед, чем пользы. Всё, что тебе сейчас нужно — прийти в себя после ужасов войны.
Одним движением плеча Барос скинул руку низкорослого лорда.
— Повтори, — сказал он сквозь зубы.
— Как глава Клана Сурата, приказываю тебе передать Живой доспех наследнику. Любому, на твоё усмотрение.
Тело Бароса охватило дрожью.
— Не бывать этому! — заорал он и пошёл вокруг стола, заглядывая каждому в глаза. — Ах вы ж предатели грёбаные! Решили избавиться от меня? Я сам от вас всех избавлюсь!
— Я даю вам два дня, лорд Вестериус, — спокойно сказал лорд Сурата, вновь усаживаясь во главе стола и переходя на формальное общение. — Если за это время вы не передадите свой Живой доспех, мы будем вынуждены забрать его силой. Даже вы не выстоите против всего Клана.
В глазах остальных лордов появилась решимость и даже некий вызов.
— Это мы ещё посмотрим! — гаркнул Барос, выходя из столовой. И затем добавил тише: — Никто не отнимет мой Живой доспех.
Глава 21
Мои слова эхом разлетелись по холлу. Лорд Рашмос застыл с протянутой рукой. Отец потрясённо смотрел на меня. Лео и Герран стояли с открытыми ртами
— Что, простите? — лорд Рашмос, наконец, пришёл в себя.
Но я уже проходил мимо него. Сомнений больше не оставалось — это мой отец. Этот взгляд я точно ни с каким другим не перепутаю.
— Да как ты посмел показаться мне на глаза? — я зарядил ему кулаком в челюсть. Лицо мужчины дёрнулось. Костяшки ответили мне резкой болью. — Ты хоть знаешь, через что нам пришлось пройти из-за тебя? — уже орал я.
— Райкен, ты… — начал было Герран, но потом взял себя в руки. — Лорд Сатирус, что вы делаете?
Всё моё тело дрожало от напряжения. Я неотрывно смотрел на человека, что был так похож на меня. Даже роста одного.
— А я всё гадал, почему ты не вернулся, — негодовал я. — А ты, оказывается, хорошо устроился в столице! Ну да, зачем тебе семья, если можно просто наслаждаться жизнью.
— Райкен, послушай… — сказал отец дрогнувшим голосом. — Я…
Вдруг из ниоткуда на него с кулаками налетела Лина. Она должна была сидеть у себя в комнате на время приёма лорда Рашмоса, но, видимо, подслушивала, как и всегда.
— Тварь, ублюдок, мудила, сучара последний! Ненавижу! — орала она, колотя отца кулаками по груди и животу. Тот стоически это всё выносил. — Маму убили у меня на глазах, а ты тут заявляешься как ни в чём не бывало!
Лицо отца подёрнулось такой болью, словно его проткнули мечом.
— Рену убили? — спросил он тихим голосом. — Но кто?
— А то тебе не насрать! — взорвалась Лина, с новыми силами колотя отца.
Я осторожно обхватил сестру рукой, оттаскивая от отца. Она немного повырывалась, но затем уткнулась мне в плечо, пытаясь сдержать слёзы.
— Я… Я не знал, что вы живы, — отец выглядел очень потерянным.
У меня в груди затеплилось некое чувство, вроде сострадания, но я задавил его в зародыше.
— Убирайся из моего дома, — сказал я холодным голосом. — И чтобы больше здесь не появлялся.
— Райкен, послушай меня…
— Вон, я сказал. Или тебя выведет мой Живой доспех.
— Я должен защищать лорда Рашмоса.
Отвернувшись от отца, я подошёл к ошалевшему лорду. Лина шла рядом.
— Прошу прощения за это… семейное воссоединение, — сказал я, чувствуя, как меня всего трясёт. На отца я больше не смотрел. — Не могли бы приказать своему человеку убраться отсюда? Даю слово, что вам здесь не грозит никакой опасности.
— Райкен, не надо, — отец уже почти умолял.
Лорд Рашмос всё-таки махнул рукой в сторону выхода.
— Капитан Юрген, подождите меня в саду.
* * *
— Вы предлагаете начать готовиться к войне? — спросил лорд Рашмос.
Он уплетал уже третью порцию горячего. Мне же после встречи с отцом ничего не лезло в горло. Я по большей части даже не участвовал в разговоре.
— Нет, — ответил ему Герран. Видя моё состояние, он перехватил все переговоры на себя. — Мы лишь хотим, чтобы все лорды Эстовии знали о нависшей над нами угрозе.
— Это как раз похоже на подготовку к войне, — возразил лорд Рашмос.
— Пусть будет подготовка к войне, — подал я голос, всё так же ковыряясь ложкой в супе. — Лучше встретить новое нападение во всеоружии, чем допустить второй Грантон.
— Вы меня, конечно, простите, лорд Сатирус, — сказал гость со снисходительной улыбкой. — Но очень уж сложно поверить, что варвары забрались так далеко на юг. Для чего? Напасть на город, в котором даже нет почти никакой экономической или стратегической ценности? Это даже звучит бредово. И это я даже не упоминаю, что им для этого нападения пришлось бы незаметно преодолеть большую часть Эстовии. Я уж молчу о каких-то зверолюдях, которых вы упомянули.
Как же ты достал своей трусостью.
Поначалу лорд Рашмос показался весьма приятным человеком. Быстро вошёл в наше положение, когда выяснилась вся правда об отце. Даже не стал как-то оскорбляться на отсутствие у меня знаний этикета. К тому же предложил поделиться выигрышем со ставок.
— В конце концов, без вас и ваших побед, я бы точно так не разбогател, — сказал он.
Но стоило завести тему о варварах, как он начал юлить.
— Вы хотите сказать, что я вру? — спросил я устало, но всё же посмотрел ему в глаза. — Да не только я. Ещё несколько десятков беженцев из Грантона и Орден Серпа в полном составе. Зачем нам это всё выдумывать?
За эти несколько часов я уже окончательно понял, что моё место на поле боя, а не за столом переговоров. Вместе с Серп-1 я мог творить натуральную магию. Дипломатия же меня угнетала.
После дуэлей у нас даже появилось негласное прозвище среди простого люда. Лорд «Несгибаемый». Я каждый раз улыбался, когда вспоминал об этом.
Вот и сейчас на моих губах появилась лёгкая ухмылка. Лорд Рашмос, видимо, считал её как признак уверенности в моих словах. Потому что сразу сменил свою позицию.
— Хорошо, допустим, я вам верю, — он прилично приложился к кубку с вином. — Но убедить остальных будет сложно. В людских умах всё ещё свежа память о войне с одержимыми. Она унесла многие жизни. И знать, и простолюдины вряд ли обрадуются подготовке к новой войне.
— Если мы убедим хоть кого-то в реальной опасности, то лучше сможем отразить новый удар.
Лорд Рашмос согласно кивнул, но я чувствовал, что не убедил его до конца.
Проблема была ещё и в том, что я понятия не имел, в чём истинная причина нападения на Грантон. Там и правда ничего не было. Так какого хрена варвары с самого севера пришли к нам домой и устроили резню. Это выглядело очень бредово. И чем больше я думал об этом, тем больше понимал сомневающихся лордов.
Но у меня было предчувствие, что на одном Грантоне варвары не остановятся.
* * *
— Как твоя рука? — спросила Элиза.
Мы сидели в невероятно белой комнате, уставленной несколькими шкафами с различными инструментами и микстурами. Как объяснил Лео, Квенлан не любил ходить по врачам, поэтому создал прямо в особняке нечто вроде лазарета.
— Идеально, — ответил я, поднимая правую руку и вертя её в разные стороны. — С ней как будто ничего и не происходило.
Элиза осматривала меня каждый вечер и следила за изменениями моего состояния. По её словам, это было важно для подготовки к операции. Пикс, наконец, определилась с типом протеза и теперь пыталась добиться от своего доспеха его точного воспроизведения. Но всё осложнялось, как она говорила, «слишком передовыми технологиями».
— Дурашка, — улыбнулась Элиза. От этой улыбки стало как-то теплее на сердце. — Левая как?
Я поднял её правой рукой, немножко потряс и отпустил. Рука безвольно упала, слегка натянув рану на плече. Вот это уже было чувствительно. Хотя бы чёрный шрам от силового клинка «Двойного удара» перестал неметь. У меня уже была неплохая коллекция подобных шрамов — один на животе после битвы за Грантон, второй на руке после дуэлей.