Демоны души (СИ)

Генерал Бодлер-Тюрри приветливо взмахнул рукой посетителям, и сразу отошел в угол кабинета, устроившись в глубоком кресле возле высокого книжного шкафа (в этом плане Кейд не был разочарован — шкафов, забитых книгами, тут хватало). Винсент привык не привлекать к себе внимания и всегда старался держаться в тени — именно там и была его стезя, его владения, его вотчина. Только тень служила ему надежным укрытием и опорой, только тень его никогда не предавала и помогала добывать самые страшные тайны, спасала жизнь ему и тем, кому он был предан до самого мельчайшего кусочка своей души.
Об этом незаметном и каком-то тихом, спокойном, не выделявшемся человеке ходили легенды. По большей части самые страшные и наполненные кровью, шпионами и перестрелками, кошмарными застенками здания РСР или Замка Королей.
Генерал Винсент Алессандр Бодлер-Тюрри — старый разведчик, служивший деду Талинды верой и правдой много долгих лет, обладавший прямо мистическим чутьем на заговоры и странным шестым чувством, позволявшим распознавать любую ложь. Сам Винсент происходил из семьи пришельцев. Его прабабка с прадедом оказались в числе гражданских, прилетевших когда-то на Дидьену, обладавших совершенно мирными профессиями: стоматолог и учительница уже никому не нужной истории. Их дети пошли по стопам родителей, да и братья, сестры Винсента работали стоматологами и учителями, он один взбунтовался, решив вести опасную и полную неожиданностей жизнь военного. Но вновь вмешалась судьба, и еще в военном училище его заметили представители разведки, завербовав в свои ряды.
Винсента отличала безоговорочная преданность Джонатану II и всем его решениям, поэтому он так же искренне и без сомнений встал на стражу интересов его внучки. Генерала не интересовали никакие ее права на престол. Так решил король и все.
— Ваше Величество, простите, что потревожил в столь поздний час, — склонил голову полковник, Кейд немедленно последовал его примеру. — Боюсь, я должен извиниться, что не приехал к Вам тогда… Мы со Стюартом… подполковником Грейсстоуном… мы не могли приехать в том состоянии, в котором находились, — Рик слегка замялся. — Нас направили учиться в Академию и… Простите, Ваше Величество…
— Ничего страшного, полковник Увинсон, — улыбнулась королева, распрямляясь в кресле. — Я так и подумала. Я лишь надеялась, что мне не показалось, что я как и прежде могу рассчитывать на вас и подполковника Грейсстоуна…
— Вы же знаете, что можете, — улыбнулся Рик. — Я сожалею, что так вышло, но…
— Иногда пилотов лучше не трогать, особенно когда их лишают неба, — вновь улыбнулась она.
— Спасибо за понимание, Ваше Величество, — Рик прижал руку к сердцу, отвесив легкий поклон. — И прошу прощения, что потревожил Вас в столь поздний час.
— Я еще не спала и сама дала вам право тревожить меня в любое время дня и ночи. Полагаю, что без причин, вы не стали бы приезжать на ночь глядя, — она изобразила усталую улыбку.
Сердце Кейда вдруг сжалось от осознания, сколько же всего обрушилось на эту хрупкую девочку, которой еще положено веселиться и радоваться первым в ее жизни балам, перешептываться с подружками о первых понравившихся мальчиках и восторгаться первыми слезливыми дамскими романами, которые надо было бы втихаря таскать из библиотеки родителей. Вместо этого она в срочном порядке изучает сложнейшую науку управления своей страной, получает образование и старается принимать правильные решения, от которых зависит жизнь огромной державы. Чего уж тут удивляться, что под глазами у нее огромные синяки, вид совершенно измотанный, а сил переодеться из домашней одежды в более или менее подходящую коронованной особе просто нет? Как же она все это потянет?
— Возможно, наше дело могло бы подождать до утра, но я боялся забыть некоторые вещи, да и курсанта Уилфреда могли бы хватиться. Это же привлечет излишнее внимание к его персоне, — заметил Рик.
— Присаживайтесь, полковник, курсант, — королева указала на свободные кресла, стоявшие рядом с ней. — Может быть, вы хотите чаю или кофе? Час поздний, а погода отвратительная.
 
— Благодарим, Ваше Величество, но лучше мы сообщим о том, ради чего приехали, — вновь принял решение за двоих Рик. — С некоторых пор я стал обращать внимание на странные разговоры, в среде военных. На них же обратил внимание и подполковник Грейсстоун: они о законности Вашей власти и законности перехода Вам короны в обход принца Лоуренса. Также начали обсуждаться перспективы Розми и розмийцев под Вашей властью, в случае Вашего замужества и т. д. Сами по себе они не стоят Вашего внимания, подобные разговоры были и будут всегда, но начало упоминаться имя Вашего дяди, Нила Роуза, в качестве регента при малолетнем принце Лоуренсе или же короля Розми. И упоминается оно все чаще и чаще, — он постарался подобрать верные слова, чтоб правильно передать возникшие опасения. — Конечно, корона может присниться кому угодно, и он может даже начать о ней подумывать наяву и предпринимать какие-либо действия для ее получения, но мне кажется, что тут идет планомерная подготовка общественного мнения к некоему бунту или ограничению Вашей власти. Если будет желание, я изложу свои мысли и доводы более подробно, а также попытаюсь привести некоторые аргументы, которые выглядят несколько слабоватыми и, возможно, незначительными. Но как показывает практика переворотов и заговоров: все начинается именно с таких разговоров, источник которых может быть один. Возможно, это не стоило бы Вашего внимания, но дело начинает принимать уже не хороший оборот: подобная работа ведется среди курсантов. Собственно, для чего я взял с собой господина Уилфреда.
Далее Рик и Кейд более подробно изложили все, что им удалось услышать, чему стали свидетелями и свои собственные мысли. Королева слушала не перебивая. Она лишь кивала головой, да кидала взгляды на генерала Бодлер-Тюрри, пристроившегося за спинами визитеров.
Когда оба закончили свой рассказ, она помолчала некоторое время, погрызла ноготь на руке, спохватилась, что этого нельзя делать, спрятала руку куда-то под ногу, и спросила:
— Винсент, вы все слышали, что вы думаете по этому поводу?
— Сказанное полковником Увинсоном и курсантом Уилфредом подтверждают сведения, переданные моими людьми. Они уже были свидетелями нескольких подобных разговоров, и один из агентов попытался проследить источник недовольства и крамолы, но сумел дойти лишь до одного очень влиятельного бизнесмена, владельца завода по производству комплектующих для наших ракет. Дальше отследить источник не удалось, а возможно, что источником и являлся этот почтенный бизнесмен, — откликнулся немного сонным голосом генерал. Именно его спокойный и сонный голос вводил в заблуждение всех его оппонентов, расслаблял и позволял наносить генералу смертоносные удары.
— Значит, у нас есть еще два источника недовольства и очень подозрительных мыслей, — подытожила королева.
— Да, Ваше Величество, — качнул головой генерал.
— Что ж, благодарю вас, полковник, курсант. Мне необходимо будет обдумать то, что вы сообщили, — она вновь устало улыбнулась. — Прошу сегодня вас быть моими гостями, если у вас нет других планов. Утром вас доставят к домам или туда, куда вы укажите.
— Как прикажете, Ваше Величество, — немедленно откликнулся Рик. Кейд, понятное дело, молчал.
— Это не приказ, полковник, это просьба, — вновь улыбнулась Талинда. — Вы ели? Сейчас вас проводят в столовую, а потом в спальни, располагайтесь и чувствуйте себя как дома. Я же хочу пожелать вам спокойной ночи, и еще раз благодарю. Пока это — все, что я могу вам предложить, — она вновь улыбнулась усталой улыбкой старой женщины на молодом лице девочки.
 
7
Когда за полковником и курсантом закрылась дверь, Талинда поплотнее запахнула кофту, кинула взгляд на верного генерала, осведомилась:
— Вы мне говорили тоже самое, не так ли?
— Да, Ваше Величество. Только мои люди сообщают, что подобные разговоры стали распространяться из Оберуна. Там крамола идет от жрецов Крома, как я и опасался, но пока мне не ясно, кто источник крамолы среди самих жрецов. Они решили поднять голову и захватить власть или регентство. Судя по всему, они хотят видеть во главе государства Нила Роуза. И дает ему повод заявить о себе живой принц Лоуренс, — генерал покосился на Талинду, ожидая очередной вспышки негодования, но девушка молчала. Он продолжил. — Все стало еще более очевидно, когда жрецы начали называть в открытую возможного регента. В прошлом месяце он укрепил свои позиции, объявив о своей помолвке с Антуанеттой Изольдой Верникой Блустар — потомке прежней династии. Это уже откровенная заявка на права на престол: он открыто пока не выступает, но жрецы упоминают его как сына Кристофера VIII, противопоставляя Вам, а свадьба с госпожой Блустар — шаг к примирению всех недовольных коренных розмийцев с пришельцами, т. е. Вами. Нил Роуз пока молчит, но достаточно того, что говорят жрецы. По моим сведениям, такие проповеди ведут жрецы Крома, Пантеры и Краха. Возможно, мы еще не обо всех знаем.