Демоны души (СИ)

— Да, было пару раз, — хмыкнул Рик. — Есть у меня хобби такое — королей спасать.
— Чудненько! Лакомый кусочек?! — это она уже бросила Констанцие, кивнув головой на Рика. — Блестящее будущее и хорошая семья, как я понимаю?
— Мэри Лаура, прекрати! — взвились Конни и ее мать.
— Оу! Вы еще не помолвлены?! Простите мне мою бестактность! Я очень сожалею! Опять несу какую-то чушь! — в голосе и взгляде рыжей бестии не было и тени раскаяния. Она наслаждалась происходящим.
— И вправду сожалеете? — не смог удержаться от подколки Рик. Губы его сами по себе расплывались в ухмылке.
— Дорогая, мне кажется, ты очень устала с дороги, — уже мягче сказала госпожа Лаввальер, — тебе было бы неплохо отдохнуть и выспаться. Насколько я поняла, твое путешествие выдалось тяжелым?
— Поняла. Ухожу, ухожу, — Мэри гибко потянулась, чуть не заехав Рику локтем в глаз, потом вскочила и направилась к двери пружинистой походкой. — Но сначала я хочу вручить вам сувениры из моей последней поездки! Знаю, как вы их ждете!
Рыжая бестия расстегнула рюкзак, порылась в его туго набитом нутре, достала какой-то сверток, откуда вытащила несколько амулетов или подвесок, бус и еще чего-то в том же духе. Мэри потрясла ими, очаровательно улыбнулась и доверительно поинтересовалась у семьи:
— И с кого мне начать? Мамочка, это тебе, — она вручила матери бусы из зеленых камней. — Эти бусики по преданию, приносят своим владельцам не только здоровье, но и защищают от безумия! Ты не представляешь, сколько мусора и грязи мне пришлось перетряхнуть в том заброшенном замке, пока я их нашла! А сколько потом я их отмывала от помета летучих мышей! Все ради тебя, мамочка!
— Спасибо, дорогая, — лицо истинной леди перекосила гримаса отвращения, но она заставила себя улыбнуться, принимая бусы. И тут же поспешила положить их на стеклянный кофейный столик, где осталась земля с ботинок Мэри.
— Конни, это тебе! — рыжая бестия кинула на колени сестры какой-то амулет из чего-то желтого и старого. — Он приносит удачу в выборе супруга и защищает от сглаза!
— Ты его тоже в мышином… рядом с бусами нашла? — с огромным трудом сдержала гримасу девушка, но она помнила: Рик смотрит на нее, поэтому играла роль любящей сестры.
— Нет, что ты! Там вообще почти ничего не осталось, бусы-то с трудом откопала! Нет, дорогая сестра! — коварная ухмылка преобразила ее лицо, сделав его еще более хитрым, прямо сам бог Сет в женской ипостаси, если она у него есть. — Этот амулет я нашла в горах, в одной из пещер, куда мы… случайно попали, когда спасались бегством от местных жителей. Там раньше жила ведьма. У нее было несколько амулетов заготовлено. Мы, правда, в этой пещере несколько дней прятались от местных, которые не прониклись нашим научным энтузиазмом и перепутали нас с гробокопателями и расхитителями гробниц. Очень жаль, что ведьму в живых не застали, она могла много интересного рассказать, я так думаю.
— Спасибо, Мэри Лаура, — Конни немного расслабилась, а зря! — Из чего он сделан? Дерево?
— О, нет! Что ты! — замахала руками Мэри Лаура. — Такие делают только из кости тех, кого зовут Черной Невестой, чтобы эта кость отпугивала проклятие от девушки, уже имеющимся на самой кости проклятием!
— Это из человеческой кости?! — взвыла Констанция. К этому моменту Рик и Стюарт давились от едва сдерживаемого смеха.
— Из человеческой кости, — невинно пояснила Мэри. — Мы его нашли около мумифицированного трупа самой ведьмы, — Конни швырнула амулет в сторону сестры с диким визгом. Та на лету поймала безделушку. — Зря, они же действуют! Летти, это тебе! — Мэри протянула средней сестре еще какие-то бусы.
— Откуда это и что? — Летиция насторожилась и не хотела брать украшение из голубых и белых камней. — Из костей или из мышиного … помета?
— Что ты! Это из могилы, которую я раскопала в Лисити, чтобы достать дневник из гроба!
Летиция выбежала из комнаты, зажимая рот рукой.
— Кажется, мои подарки вам опять не понравились. Ладно, сдам их в музей или на кафедру, — с притворным сожалением вздохнула коварная бестия. — А ведь я столько трудов вложила в их добычу…
 
— Дорогая, мы к тебе привыкли, и знаем, что ты историк и ценишь нечто подобное превыше всего, потому что оно имеет историческую и культурную значимость. Мы понимаем, что ты стараешься нас порадовать, но не стоит при гостях рассказывать о том, где ты это взяла и из чего оно сделано, — вмешался господин Лаввальер. — Отдохни с дороги, милая, ты выглядишь немного бледной, а вечером мы с тобой с удовольствием посмотрим подарки.
Женщина с наигранным обиженным видом подхватила тяжеленный рюкзак, закинула его на плечо и, грохоча тяжелыми ботинками, вышла из гостиной.
— Дом, милый дом! И как мне все тут рады! — долетел ее голос уже из холла, а потом радостный вопль. — Нянюшка! Как я рада тебя видеть! Как я по тебе скучала!!! Хоть ты мои подарки ценишь!
— Ричард, приношу извинения за мою дочь, — нарушила тягостное молчание хозяйка дома. — Она действительно очень одинока и очень переживает, поэтому ее поведение несколько вызывающе, но это лишь от печали и тоски. Прошу нас простить.
— Что вы, госпожа Лаввальер, — Рик изобразил улыбку на лице. — Я все понимаю, — а мысленно полковник усмехнулся: «И даже больше, чем вы надеетесь!»
— Да, это моя сестра, и это наше бремя, — горько прошептала Конни. Казалось еще секунда, и она заплачет. Рик в это, впрочем, не верил.
— Завтра очень ответственный зачет в Академии, боюсь, что я буду вынужден откланяться, — пробормотал полковник, вставая с дивана.
— Рик, это… — ресницы Конни затрепетали, мать приложила ладонь к сердцу.
— О, нет, что вы, что вы! — как можно естественнее попытался воскликнуть полковник. — Это ни в коем случае не связано с госпожой Лаввальер!
— Да, завтра действительно очень важный зачет! — поддержал друга Стюарт, также поднимаясь с дивана. — Дорогая, — это он уже обратился к жене, — если хочешь — оставайся. Я пришлю за тобой водителя, а нам с полковником надо готовиться.
— Нет, я поеду с тобой, — Анна тоже встала. — Благодарим за чудесный обед, и ждем вас в следующие выходные. Я устраиваю прием нашего благотворительного общества!
— Мы непременно придем, — вместе со всем семейством поднялась с дивана госпожа Лаввальер.
3
Распрощавшись с милой семьей Лаввальеров, друзья отправились к машинам, припаркованным на улице. В молчании Анна и Стюарт уселись в свой автомобиль и уехали, Рик же задержался на несколько минут, разглядывая холодный дом, увитый виноградом. Что-то необъяснимое не отпускало его взгляд и не давало забыть Мэри Лауру. Слишком яркую, слишком своевольную и в то же время ранимую, грустную и очень притягательную.
Он хотел было сесть в машину и уехать, но увидел ее, бредущую вдоль ограды. Она уже была босяком и в шортах, но все в той же майке, с теми же бесконечными цепочками на шее и браслетах на руке. Женщина задумчиво вела рукой по чугунной ограде, подставляла смуглое лицо легкому горячему ветру и о чем-то грустила.
— Вы действительно профессор, госпожа Лаввальер? — громко осведомился Рик.
— А вы действительно полковник? — не осталась она в долгу и продолжила путь вдоль ограды.
— Да, я — полковник ВВС.
— А я — профессор истории, — она собралась пройти мимо по лужайке, ступая по траве босыми ногами, но Рик ее окликнул:
— Кажется, вас ждал не самый радушный прием.
— Вы — сама наблюдательность, — хмыкнула Мэри, не останавливаясь.
— А для меня никаких амулетов не найдется? — он нагло усмехнулся. — Мы, летчики, очень суеверны.
 
— Если только от мужского бессилия, хотите? — она ненадолго остановилась у ограды. Их глаза встретились, а на физиономиях появились одинаковые наглые ухмылки.
— Вот с этим проблем у меня нет, поверьте, — этот профессор истории начинал нравиться Рику еще больше! Наглая стерва!
— Даже проверять не буду, не мечтайте, — Мэри продолжила свой путь.