Ты меня не забудешь (СИ)

— Снежан, а что я еще мог подумать, когда увидел тебя с ним!
Да что угодно, кроме этого! Ей хотелось крикнуть ему в ответ, но она лишь прикрыла глаза и удручённо покачала головой.
— Егор, хватит! Я очень устала, правда... Просто оставь меня в покое. Пожалуйста!
С этими словами она решительно сделала шаг в сторону и, обогнув совершено растерянного парня, скрылась за забором. Вот только всю дорогу до корпуса она чувствовала на себе его тяжёлый взгляд. Егор, не отставая, молча шёл за ней следом. И лишь на лестничной площадке их этажа они один раз взглянули друг на друга и разошлись в разные стороны – каждый к своему отряду.
***
— Снежан, давай я тебе помогу, — не выдержал Егор, настигая Вьюгину. Пускай он сам был навьючен тяжёлыми сумками чуть ли не с ног до головы, но видеть Снежку с огромным рюкзаком на плечах было выше его сил. Она и так была маленькая и хрупкая, а за последние дни будто бы совсем стала прозрачной…
Девушка отрицательно покачала головой и ускорила шаг, вновь запевая очередную кричалку, чтобы подбодрить идущих по лесу детей. И вскоре совсем убежала вперед. Теплов удручённо вздохнул и поплёлся среди замыкающих. С таким количеством вещей, которыми его нагрузили, у него при всем желании не получилось бы догнать Снежку. Которая в очередной раз попросила оставить её в покое. На этот раз даже не прибегая к помощи слов, а использовав в качестве оружия свой устало раздражённый взгляд.
Ну не мог он оставить её в покое. Не мог и всё тут!
Как и не мог смириться с теми ужасными горькими словами.
Нас с тобой больше нет.
Потому что он скорее разучится дышать, чем смирится с тем, что между ними всё кончено. Нет, нет и тысячу раз нет!
Он просто обязан всё исправить! Да, он капец как перед ней виноват! Да, он дурак, как справедливо заметила Романенко, выгоняя его из вожатской, когда Егор пытался прорваться к плачущей Снежке. Да, он налажал по всем статьям. Но он обязательно докажет, что изменился. По-настоящему изменился. Из-за неё, ради неё, для неё. Потому что она – самое важное, что есть в его жизни. Он сделает всё, чтобы ее глаза вновь засеяли от счастья. Иначе… нет, об этом он даже не хотел думать.
Ему пришлось поговорить с Евой и успокоить её истерику. Хотя он прекрасно видел, что все эти рыдания в три ручья на самом деле это отлично разыгрываемый спектакль. Просто, чтобы надавить на его жалость. От искренних чувств там было всего ничего. Раньше Егор бы просто махнул рукой и послал далеко и надолго все эти выяснения отношений. Но в голове упорно крутились горькие упрёки Снежки. А значит, он должен был расставить все точки над «i» и зафиналить эту историю. Как минимум, чтобы эта ненормальная больше не объявлялась в его жизни и не мотала нервы Вьюгиной.
Отъезд Снежаны поверг его в настоящий шок. Каринка хоть и выслушала его сбивчивый и эмоциональный рассказ, так ничего ему толком и не сказала, куда и зачем уехала Вьюгина. Хотя Теплову и так всё было предельно ясно – она просто сбежала. От него.
Руководство тоже «обрадовало», решив перенести его выходной из-за предстоящего турпохода. Видите ли товарищи синоптики обещают похолодание, и для самых младших отрядов крайне нежелательно «наморозить сопли» и заболеть под конец смены. Да и какая ему разница – пара дней позже или раньше?
Егор, услышав подобное заявление, кивнул в ответ и только лишь сильнее стиснул зубы от злости. Ну не может же, он просто плюнуть на обязанности вожатого и уйти решать свои дела. Этим он ничего не докажет Снежане, а совсем наоборот. И быть может именно в походе, девушка всё-таки захочет его выслушать, когда её эмоции немного поулягутся…
Радио, что играло на весь лагерь, будто издевалось над ним и его чувствами. Теплов уже сбился со счету, сколько раз играла песня про «Незабудки». Которая, между прочим, была ни хрена не актуалочка!
Возможно, мало делал я для нашей любви 
Но до конца жизни помню: незабудка — твой цветок[1]
 
— У него млять треки закончились что ли? – не выдержал Егор, когда он и Марат с Некитом выходили из пионервожатской.
— У кого? – уставился на него Сабиров.
— У диджея! Кто у нас в лагере отвечает за музыку?
— Гор, ты чё? Водянова просто включает местную радиостанцию, — Некит окинул его странным взглядом, будто сомневаясь в адекватности друга.
Но Егору было плевать. На всех и всё. Кроме Снежки. Но она была сейчас далеко… Грёбанная песня! Ну не встречать же её в самом деле вечером с незабудками? Бред! Да и не успеет он смотаться к озёрам, чтобы собрать ей букет. Батикова спихнула на него целый список всяких мелких поручений, и большая часть тихого часа уйдет, чтобы это всё разгрести.
— А чё это у Вьюгиной выходной, а ты здесь тусуешься? – с ухмылкой поинтересовался Соловьёв, подсаживаясь к Егору на спортивной площадке.
— Отвали.
— Оу. Поцапались что ли?
— Соловей, а не пойти бы тебе на х...
— Мм, я сморю тут всё серьёзно, – заржал Димка и хитро прищурился, оглядывая Теплова. – Чё разбежались, да?
Егор молча уставился в одну точу, от всей души желая, чтобы Соловьёв побыстрее свалил в закат. Вот что он точно не собирался делать, так это отчитываться о событиях своей личной жизни перед этой лагерной мразотой!
— Мм интересный поворот. Та-а-ак с Михой она мутила, с тобой мутила. Кто там на очереди? Сабиров вроде к ней давно свои шары подкатывал. Ну пока Потапин ему место не указал ещё в первой смене. А ты, я смотрю, Егорыч, у нас отчаянный парниша – даже не возникал особо, что они общаются. Может и зря, не боялся конкуренции? Она не к Маратику случайно свинтила? Я что-то и Сабирова сегодня не видел в лагере. Может они там вместе в свой выходной развлекаются, а?
Егор медленно выдохнул и лишь сильнее сжал кулаки.
«Тебе и дальше будут встречаться по жизни не самые приятные в общении люди. И среди них обязательно найдутся те, кто будет тебя дико бесить, и тебе, возможно, захочется дать им в морду…», — зазвучал в его голове нежный голос Снежаны. Который одновременно был и его совестью, и его главным жизненным ориентиром.
В морду Соловьёву и правда хотелось дать. Хотя бы чисто для профилактики, чтобы тот научился следить за своим языком. Но нет, обойдётся. Егору и так сейчас хватало проблем. Да и к тому же, Димыч нёс откровенную херню – Егор видел Сабирова буквально пару часов назад и точно знал, что Снежка не проводит с ним свой выходной.
— Слушай, а может и мне попытать счастья, чё думаешь? Я, конечно, парень простой, багатеньких предков и министерских связей у меня в загашнике нет. Ну а вдруг?..
— Шёл бы ты к Лешему, Соловьёв, — устало вздохнул Егор, понимая, что Димка изо всех сил старается вывести его из себя. И у него это почти получилось. – Тебя там уже заждались.
— Чё? К кому?!
— К Лешанко, в пионервожатскую. Соловей, звездуй уже отсюда, реально.
Настроение упало ниже плинтуса. Потому что кое в чем этот мудень все-таки был прав. Если он не исправит свою ошибку, Снежка будет с Сабировым. Рано или поздно, но они сойдутся. Лагерные дела, один универ, работа в студсовете, Каринка с Некитом, которые сто пудово на правах влюбленной парочки будут делать совместные дружеские сборы. Даже удивительно, как это Марат до сих пор не пробил стены френдзоны с таким-то бэкграундом[2]. У них ведь действительно было множество точек соприкосновения с Вьюгиной помимо лагеря. А всё, что есть у него – это стремительно утекающие дни лета… Нет, никакого Сабирова, никаких хороших правильных мальчиков рядом со Снежкой он не потерпит и точка!
Егор в очередной раз тяжело вздохнул, выныривая из своих мыслей и попытался проследить взглядом светлую макушку, что возглавляла идущую колонну детей.
Он с трудом помнил не помнил, как они добрались до Турграда[3]. Теплов исправно делал всё, что ему говорили – таскал тяжёлые вещи, помогал расселить детей, оттащил в огромную палатку, которая служила кухней, всю заготовленную поварами провизию. Но это он делал скорее на автомате, а глазами всё время пытался найти Снежку.