Бездушные (СИ)

- Подними голову, Агата. - Склоняется, и я чувствую, как его горячая грудь касается моей спины. - Подними, и посмотри на меня, Снежок.
Я делаю то, что он говорит, и тут же ахаю. Встречаюсь с зеленью его глаз, и он бьётся резким толчком. Не останавливается больше. Вбивается, вырывая из меня рваные выдохи, и сминает кожу на бёдрах. Сжимает грудь, цепляя соски, и не отпуская моего взляда...
- Кариньо*... - Срывается с его губ, и он всё-таки закрывает глаза.
* * *
В дверь стучали. Громко. Звали Нико, и что-то кричали на испанском языке. Я открыла глаза, чувствуя, как мужчина рядом со мной поднимается. Ругается на том же языке, и нехотя идет к двери, натягивая на ходу штаны. Берёт в руки пистолет, и сжимает его в пальцах.
От вида оружия, я просыпаюсь окончательно. Часы показывают пять утра. Что случилось? Я поджимаю под себя ноги, и сажусь в изголовье кровати.
Николас открывает дверь, впуская на порог молодого парня. Кажется, его зовут Хорхе. Удивляюсь его появлению, силясь понять, спит ли этот парнишка вообще?
Он начинает что-то тараторить, глаза бешеные. Словно оправдывается за что-то.
Нико задаёт ему какие-то вопросы, и с каждым словом Хорхе, становится всё мрачнее. Отсылает парня назад, и убирает пистолет за пояс. Бросает на меня быстрый взгляд.
- Сиди здесь, и никуда не выходи. Ясно?
- Что случилось? - Пытаюсь понять, стоит ли мне беспокоиться.
- Я сказал, сиди в комнате, и не высовывай свой нос из неё, Агата. Что здесь непонятного?
- Ничего. - Поджимаю подбородок, пряча обиду.
- Я скоро. - Хватает свежую майку, и хлопает дверью, оставляя меня одну...
* * *
- Какого хера?! - Ору, глядя на то, как наш хирург, уложив Дэни прямо на кухонный стол, режет на нем одежду.
- Я не знаю, Нико. - Лопочет Родриго, парень из нашей охраны. - Я вышел осмотреться. Открыл ворота, а там он... ни его машины, ничего. Всё было тихо!
- Хочешь сказать, его подбросили?
- Скорее всего. Он предупреждал вчера вечером, что заедет за документами, которые оставил Марк. Но говорил, что приедет в обед.
Хвастаюсь за голову, слыша, как друг воет, когда хирург копошится над ним, доставая пулю.
Не убили. Хотя могли. В живых оставляют только, когда хотят донести информацию.
- Твари. - Рычу от отчаяния, и подхожу к столу. - Дэни? - Сжимаю его запястье. - Жить будет? - Обращаюсь к лекарю, что наживую вытягивает из друга пулю.
- Будет. - Скрипит зубами хирург, углубляясь. Ковыряя мясо... - Мимо лёгкого пролетела... очухается...
Выдыхаю, и тут же вновь сжимаю пальцы на запястье Дэни, когда тот истошно орёт, не в силах больше терпеть боль. И отключается.
Мрази.
Cariño* (исп.) - сладкая
  
Глава 31
 
Это становится нормой. Это было нормой задолго до меня. Николас снова уехал, и не появлялся пять дней. Мне не с кем было поговорить. Дэни я тоже не видела. Ворчливого сторожа заменила девушка, которую я видела уже несколько раз. Но она не понимала меня. Хлопала большими глазами, и разводила руками, когда я пыталась с ней заговорить. Мне казалось, что каждый следующий день походил на предыдущий. Даже Каталину я не видела. И я, честно говоря, сейчас бы предпочла слушать её рассказы, в которых не понимала ни слова.
Я постоянно возвращалась к тому утру. Меня держали в неведении. Но я чувствовала то напряжение, что витало в доме. Спускалась в библиотеку, и нервно кусала губы, оглядываясь по сторонам. В доме всегда кто-то был. Прислуга, или охрана. Сновали по первому этажу, и бросали в мою строну колючие взгляды. Если это были девушки, то они отводили глаза в сторону, делая вид, что не замечают меня. Я была здесь чужачкой. Была и остаюсь до сих пор.
В очередной раз закрылась в библиотеке. Пялилась в большое окно, наблюдая за людьми, что расхаживали туда-сюда. Вздрагивала каждый раз, когда к парадному входу подъезжала очередная машина. Я ждала его? Да.
Ковыряла пальцами жёсткий перелёт русско-испанского разговорника, и всматривалась в темные стекла автомобилей.
 
Мне нужны были ответы. Я сходила с ума от неопределённости. Я не понимала, что ждёт меня завтра. Что у него на уме? Что будет со мной, если с Нико что-то случится? Меня просто убьют? Вряд ли отправят домой. Слишком хлопотно...
- Скучаешь?
От неожиданности, книга из рук падает на пол, а я сама подскакиваю с кресла.
Как он? Как я упустила его из виду?
- Ола. - Николас улыбается мне, приближаясь. Вид у него, немного потрёпанный. Усталый. Будто он не спал все эти дни.
- Привет. - Мои пальцы автоматически ищут якорь, за который можно ухватиться. И они находят край свободной футболки. - Всё хорошо?
- Могло быть и лучше, Снежок. - Мужчина цепляет мою руку, и вытягивает из кулака ткань. Переплетает наши пальцы, и тянет ближе к себе. - А у тебя? Всё хорошо? - Заводит за ухо мои волосы, и проводит тыльной стороной ладони по моей шее. - Тебя никто не беспокоил?
- Всё хорошо. - Киваю.
Где он был? Что происходит в те моменты, когда он пропадает на несколько дней? И... что случилось в то утро, когда в его комнату постучал Хорхе?
- Что читаешь? - Его взгляд опускается мне под ноги, где распластался словарь.
- Разговорник.
Я поднимаю книгу, стряхивая с неё невидимую пыль, и кладу её на низкий круглый стол. Пропускаю мимо глаз ироничную ухмылку мулата.
- Ты уже ужинала?
- Нет.
- Тогда идём. Я ужасно голоден.
* * *
Николас
Смотрю на то, с каким аппетитом она наминает жаркое, и незаметно улыбаюсь, пряча губы за горлышком пивной бутылки. Но, кажется, не так уж и незаметно, так как Агата перестаёт жевать и, замявшись, откладывает вилку.
- Где ты был? - Сосредотачивает взгляд на моих глазах.
- Так, всё-таки скучала? - Я в отличном настроении. И мне нравится наблюдать за тем, как эмоции на её лице сменяют друг друга. Плюс ко всему, состояние Дэни меня не может не радовать.
- Я... - Ищет подходящий ответ, но, судя по её растерянному выражению лица, ответ не находится.
- У меня были дела в Боливии. Я летал туда. - Умалчиваю о трёх днях, которые мы потратили на Хесуса.
- В Боливии? - Сводит брови, опуская руки под стол.
- Да, Снежок. Это там, где знаменитые Анды, и озеро Титикака.
- Там у тебя тоже... - Запинается на секунду.  - Бизнес?
- Да. - Мне приятно, что она интересуется. Не имеет значения, что она ни грамма не понимает, о чем идёт речь, но сам факт того, что она задаёт вопросы, меня радует. Делаю ещё один глоток из бутылки, и упираюсь локтями в стол. - Но спроси меня лучше о чем-нибудь другом.
- Например? - Агата облокачивается лопатками на спинку стула, словно её подсознание диктует ей быть дальше от меня.
- Например... когда я отправлю тебя в качестве наживки для ублюдка Хесуса?
Вижу, как вздрагивают её плечи, укрытые пледом. Да, Снежок... это не самая приятная тема.
- Когда?
А я уже всё решил. Не вижу смысла держать девчонку в подвешенном состоянии. Не люблю этого. Я принял решение, и не хочу тянуть кота за яйца...
- Никогда, Агата. - Повторяю её движение, и принимаю такую же позу.
Получаю истинное наслаждение, когда вижу её слегка приоткрывшийся ротик, и взметнувшиеся вверх брови...
- Никогда?
- Именно...
* * *
Горячо. Мне было невыносимо горячо. Внутри меня словно полыхнуло пламя, обжигая внутренности, и превращая их в пепел.
Облегчение, смешанное с разочарованием. Шершавый комок в горле прочесал слизистую, словно наждачной бумагой.
- Почему?
Николас, довольный и удовлетворённый, складывает руки на крепкой груди, и тихо смеётся. Ему смешно...
- Не хочу делиться с ним тобой. - Так просто...
Это значит... что, черт возьми, это значит?!
- То есть, наш уговор обесценен? - Морщу лицо, слыша свой надломленный голос.