Бездушные (СИ)

- Спасибо. - Дёргаюсь с места, и в два шага добираюсь до указанной двери.
Скрываюсь за ней, и почти бесшумно закрываю. Прижимаюсь лбом, успокаивая дыхание.
Ты оттягиваешь неизбежное, Агата...
Нащупываю дрожащими пальцами рукоять, и опускаю взгляд.
- Чёрт! - Шиплю сквозь зубы, когда не обнаруживаю на двери замка. Снова.
...
Ванная комната по размерам ничуть не уступала самой спальне. Скольжу взглядом по помещению, и отмечаю наличие не только наличие джакузи, но и душевой кабины. Просторной, с матовыми стёклами. Это то, что мне нужно. С джакузи я могу не справиться. А вот душ...
Уже спокойнее выдыхаю и, покосившись на дверь, стягиваю одежду, что мне дали перед отъездом. Анна, снова превратившись в глухонемую куклу, принесла мне накануне белоснежное нижнее бельё и такой же белоснежный сарафан чуть ниже колен, но с открытыми плечами.
Перешагнула через высокий борт душевой кабины, и закрыла дверцу. Подставила спину под тёплые и мягкие струи, и облегчённо выдохнула. Мои мышцы были настолько напряжены, что сейчас тёплая вода мне кажется спасением. Содрогаюсь уставшим телом, и сползаю вниз. Сажусь на колени, и опускаю ягодицы на пятки.
Мне бы собраться. Но мои мысли непослушно разбегались. Ускользали от меня, не давая ухватиться за нужную.
Набираю пригоршню в ладони, и окунаю в них лицо. Повторяю тоже самое несколько раз. Не вставая, тянусь к полупрозрачному флакону, что был в кабинке единственным средством. Всматриваюсь в буквы, и не понимаю ни слова.
Черт с ним. Щелкаю крышкой, и втягиваю носом приятный цитрусовый запах. Отлично.
Вспениваю, то ли гель, то ли шампунь на волосах, и размазываю его по телу. Снова стараюсь не медлить. Так не привычно. Обычно, я принимаю ванну минимум полчаса. В нынешней же ситуации, мне приходится справляться за десять, а то и за пять минут.
Поднимаюсь на ватных ногах, и споласкиваю волосы. Пена попадает в глаза и сильно жжет. Жмурюсь и шиплю, пытаясь промыть их.
И застываю ледяной статуей, когда слышу за своей спиной звук отъезжающего стекла.
Рывком разворачиваюсь, хватаясь за стенки душевой, и сквозь слезы вижу, как Николас, совершенно голый, переступает край кабинки.
Вскрикиваю, и толкаю мулата в грудь, еле удерживаясь на ногах.
Мужчина перехватывает мои кисти, и, не медля, прижимает меня к влажной стене. Я слышала через плеск воды, как бьётся моё сердце. Оно гудело. Колени тряслись, выдавая просто дикий ужас. Не сейчас. Не с ним.
- Шшш... - Обхватывает длинными пальцами мои скулы, освобождая мне одну руку. - Тише, девочка. Тише... не шуми.
Склоняется к моим губам, и, не позволяя мне отвернуться, мажет по ним своими.
Я чувствую животом его возбуждение. Упираюсь рукой в крепкое плечо, бью по нему, и тихо вою, готовая разрыдаться.
- Нет! - Выкрикиваю, когда сильные руки подхватывают мои бёдра, и снова прижимают спиной к стене. - Нет, Нико!
Пытаюсь соскользнуть с него, уже не боясь разбиться на скользкой поверхности. Пусть, лучше так… Но мужчина лишь рычит мне в губы, и снова сжимает пальцы на моих скулах.
- Ты оттягиваешь неизбежное, Агата. - Произносит, касаясь губами мочки уха. Что?! - Просто расслабься. - Чувствую ягодицами его возбуждённый член, и закрываю глаза. - Не делай себе хуже, девочка.
Bienvenido a México* (исп.) - Добро пожаловать в Мехико.
Hola, querido* (исп.) - Здравствуй, дорогой.
  
Глава 21
 
Николас
Я просто хотел. Хотел посмотреть, хотел коснуться… подавить её сопротивление, в конце концов. Хотел удовлетворить собственное "хочу". Не ждать больше. Угоститься лакомством. Ведь, вот она. Только руку протяни.
В Мексике у меня много дел, и меня часто не будет дома, чаще обычного. И, пока у меня есть время, я хочу пользоваться тем, что девчонка рядом.
Я и так долго ждал. Мог разложить её ещё в первый день. И с ребятами мог поделиться. А потом закопать в лесу.
Только вот, что-то удержало тогда. А теперь, сам виноват. Предложи мне сейчас отдать её на забаву своим мужикам, я бы не согласился. Теперь это мой трофей. И не знаю, чем зацепила. Напускной храбростью, наивностью, слабостью? Или своими голубыми глазами и светлыми волосами, что так переливаются на солнце? Невинный ангел, мать вашу.
 
Я слишком много с ней возился. Слишком многое позволял. А не должен был. С каждым днём желание лишь усиливалось. Мне нравится её сопротивление. Да, что уж, скрывать, оно заводило так, как не заводила ни одна шлюха. Иногда казалось, что попади ей ещё раз в руки пушка, и она меня убьёт, даже не задумываясь.
- Нет, Нико! - Кричит, пытаясь ускользнуть, ударить. Да всё, что угодно, чтобы я не оказался внутри неё. Но я уже всё решил. Никакие её мольбы больше не подействуют. Вот она. Передо мной, обнажённая, мокрая, перепуганная, и пиздец какая соблазнительная.
Придавливаю своим весом её к стене, не давая пространства для борьбы, не оставляя шанса на побег. И в какой-то момент, мне показалось, что она смирилась, но Агата снова яростно застучала мелкими кулаками по моей спине, не готовая сдаться.
Даже мои слова о том, что она сделает себе хуже, не действуют.
Мой член прижимается к её ягодицам, и меня самого начинает потряхивать.
Опускаю руку вниз, и провожу пальцами по влажным складками. Знаю, что влажные они не из-за меня, но мне плевать. Облизываю фаланги, и снова ласкаю её промежность. Она воет в голос. А я просто обхватываю свой член рукой, и провожу головкой по губам. Обвожу вокруг дырочки, и стискиваю зубы. Стараюсь не обращать внимание на её беспорядочные удары, даже по лицу.
С хрипом толкаюсь в неё, и рычу, когда тугие стенки тут же окольцовывают член. А Агата вскрикивает, и запрокидывает голову назад. Блять! Чересчур узкая, крышу несёт. Она же не девственница? Нет… я бы почувствовал. Да, и не в том она уже возрасте, чтобы хранить целомудрие.
Её упругая грудь высоко вздымается от тяжёлого дыхания. Рот открыт, влажные, дрожащие губы ловят воздух, которого здесь и так не хватает.
Выскальзываю из неё, оставляя головку внутри, и снова подаюсь вперёд, срывая с полных губ судорожный вдох. Потерпи, милая. Просто привыкни. Я повторяю движение, и тянусь рукой к груди. Обхватываю её и опускаю голову, чтобы ухватиться зубами за маленький розовый сосок. Прикусываю, и слышу её шипение. Она скользит пальцами по моему затылку, пытаясь ухватиться за волосы, но, видимо, поняв, что цепляться не за что, скулит, и срывается на плач. Бьёт бессильной рукой по моему плечу, когда я снова вбиваюсь в узкий проход. Провожу языком по груди, и поднимаюсь к тонкой шее. Цепляю зубами кожу, и тут же посасываю, не беспокоясь за то, что оставляю на нежной коже следы.
- Я ненавижу тебя, ублюдок... - Сипит сорвавшимся голосом, когда я ускоряю движения. Они становятся рваными, у самого дыхание срывается. Вколачиваюсь в хрупкое тело, и получаю удовольствие, наблюдая за тем, как нехотя она сдаётся. - Я убью тебя...
Я в этом уже не сомневаюсь.
Просто тихо скулит и плачет, откинув голову на стену... а мне, кажется, и этого мало.
Выключаю воду и, не выходя из неё, снова придерживая за бедра, разворачиваюсь, и перешагиваю бортик кабинки. На секунду задерживаюсь, позволяя коврику впитать влагу с моих ног, и несу девчонку в комнату.
Агата, понимая, что это не конец, снова начинает брыкаться. Наивная дура.
Прижимаю крепко, впечатывая грудью в свою грудную клетку, и бросаю на кровать.
Девчонка громко выдыхает, ударяясь спиной о матрац, и тут же поджимает ноги. Начинает ползти, чем вызывает мой тихий смех. Куда?
Перехватываю ногу, и подтягиваю обратно. Она снова кричит, и пытается отбиться, ударяя меня пяткой в грудь. Смелая. Вижу, как её глаза опускаются на мой член, и дикий взгляд, кажется, наполняется ещё большим отчаянием.
- Нет! - Кричит, когда я обхватываю её талию, и рывком переворачиваю на живот. Тяну за бёдра, задирая их вверх, и тут же давлю на лопатки.