Теория невероятности (СИ)

Теперь всё было понятно, но какого такого он там делал и что с ним произошло? Одна триллионная процента по теории Тархана и десять в минус двадцать шестой степени по классической теории вероятности, выдал значения Симбионт. Это был именно он. Там, на болоте с водяными ведьмами я откапывал именно прародителя всех тавров. Когда рыл со дна останки древнего пилота на реке с водяными ведьмами, то обратил внимание, что череп был немного крупноват, да и кости были большие. Ногам внимание не предал. Удар был сокрушительный, шейные позвонки и часть черепа разнесло о позвоночник, а кости ног вдавило в пол, образовав мелкое крошево. Если честно, то не сильно и копал, а просто вытащил железяки, не заморачиваясь анатомией.
Вот кто мог таскать доспехи, где только железяки весили больше пятидесяти килограмм и ростом он был почти как все мужчины человеко-быков где-то два — два десять. Я улыбнулся, и понял кто украл нижнее бельё из-под доспехов. Это была руна предмет — противоперегрузочный костюм. На ППК, были спроецированы голограммы железяк, которые я откопал, а руки, за которые великие создатели держали прародителя тавров были одеты в перчатки, которые мне так найти и не удалось.
— Тархан, скажи, а что будет, если вернуть в храм остальные доспехи?
— Ты решил вернуть нам прародителя? — усмехнулся мой товарищ.
— Предка не обещаю, но я знаю, где есть доспехи. Мне нужен совет вождей и обязательным условием будет то, что тебя примут в этот совет, пусть даже на условиях самого младшего теленка. Иначе я ничего не скажу. Если мне не пообещают, что с твоим мнением начнут считаться на равных, то пусть все идут в зелёные насаждения забытого Богом орбитала на окраине Галактики, и больше ничего у меня не спрашивают.
Человеко-бык аж хрюкнул возмущенно.
— Архераил, всё что касается нашего прародителя не может быть предметом торга.
— Это у вас не может, а я произошёл от тупой и упрямой обезьяны. Либо я расскажу, где находится остальные доспехи, если конечно всё правильно увидел, либо наш разговор завершён.
— Архераил, ты в храме и должен понимать, что сейчас говоришь плохие вещи. Только то, что ты не являешься тавром может тебя оправдать.
— Давай сюда ваших главарей, будем торговаться по поводу тебя, если хотите узнать, где взять остальные доспехи вашего великого предка, — и самым наглым образом ткнул на голографическую картинку корабля с быком в перчатках.
У меня пока сомнений не было. Все обводы совпадали с очертаниями знакомого мне корабля, с троном сидушкой, являющейся частью корпуса. Я спокойно сказал:
— Я сам откапывал его тело, и возможно, даже сохранились кости, но в этом я не уверен, а вот корпус корабля и шестигранная штуковина скорее всего, там же и лежат. Доспехи я доверил честнейшему и величайшему вождю того круга, из которого пришёл, и он будет их хранить и отдаст только мне или тому, кому я разрешу.
Храм был непрост. Скорее всего существовала очень продвинутая система лексического анализа и прослушки. Это совсем неудивительно для высокоразвитой цивилизации, не сильно уступающей нашей и строящей космические корабли. Я как-то говорил с одним служителем веры в очень мощной и развитой системе. Он мне рассказал, по большому секрету, как преторианцу с бессмертной душой, что они прослушивали молитвы прихожан. Если кто-то просил о простом, мирском, то были специальные люди, которые тайно помогали выполнить просьбы прихожан. Нет проблем переложить безнадёжного больного в лучшую регенеративную капсулу и вылечить, даже если для этого придётся задействовать связи и попросить к орбиталу пригнать военный регенеративный крейсер с клон телами. Вдруг, после искренней молитвы, глава поселения неожиданно заметит, что жилой модуль уже почти развалился и жильцов переселят в новый. Как это он неожиданно всё обнаружил и почему столько лет не замечал, для всех оставалось загадкой. Вот что творит правильная молитва, и то, что можно решить на местах, не надо отправлять в божественные кущи, оставив высшим созданиям действительно просьбы о чудесах. Думаю, что подобная система была и тут. Лично я в этом ничего плохого не видел и сам бы поступил подобным образом.
  
Рядом с нами материализовались два служителя, сияющие серебряными отблесками в глазах, с выжженной вязью узоров на лицах и накопытниках из зеленоватого металла. Тархан, как и все присутствующие, опустился на колени, кроме меня безбожника, разумеется. Я стоял ещё минут двадцать и смотрел как пара появившихся из ниоткуда тавров в нарядной одежде обходили тех, кто был в храме, перебрасывались несколькими словами со стоявшими на коленях. Иногда мелькали скрижали и звёздочки соскальзывали на коленопреклонённых верующих прихожан. Обойдя всех, они вернулись ко мне и Тархану. Подо мной и товарищем сверкнула руна, и мы очутились в просторном зале, с ещё десятком таких-же нарядных и серьёзных человеко-быков.
Один из них сказал:
— Тархан, Упрямый как Трава на Ветру, подойди ко мне. Начни свой узор. Мы давно смотрим на тебя, но нельзя бесконечно противиться тому, что предначертано. Встань с колен.
Он поднялся, и прямо смотря в глаза говорившего замер. Нарядный протянул руку в сторону, и ему подали раскалённое до красна металлическое клеймо, а затем приложил к лицу моего товарища. В воздухе запахло горелым мясом, но Тархан даже не шелохнулся, когда на лице остался небольшой узор выгоревшей кожи. Нарядный повернулся ко мне.
— Архераил, мы сделали то, о чём ты просил. Младший служитель Тархан, был достоин войти в Малый совет на правах наблюдателя, и мы готовили его к этому, но видно пришло время сделать это раньше. Мы хотим тебя выслушать. В твоих словах нет лжи, но ты можешь ошибаться. Расскажи нам без страха. Мы хотим услышать правду. В ошибках нет зла, а твои слова останутся в наших сердцах и не покинут порога Малого совета старейшин.
Я приготовился рассказывать. Мне принесли нарядный стул, показывая, что в ногах правды нет, и они хотят всё услышать в самых мельчайших подробностях и чем более подробный рассказ будет, тем будет лучше. Тархан теперь восседал с краю и немного в стороне от самых главных главарей. Ему тоже выдали нарядную накидку. Немного попроще чем у остальных, но вполне гордого вида. Общество тавров я бы назвал развитой техно-теократией. Поклонение создателям и ушедшему прародителю не мешало им строить боевые машины, космические корабли и пользоваться рунами. То, что Тархан вошёл в список пусть пока и Большого совета с правом посидеть и послушать происходящее на Малом, уже было величайшим достижением. Сюда попадали те, кто действительно достоин и такие как я, отмороженные на всю голову и лезущие не в свои дела капитаны малого флота. Если честно, я бы с удовольствием от этой чести отказался и мне плевать на пакости, которые происходят в Единстве, но капюшоны тронули моих друзей, а это уже совсем другое.
Я рассказывал о водяных ведьмах, что в том круге мою капсулу выкинуло совсем рядом с зоной, где прерывалась связь с Наблюдателем. Строил предположения, а была ли это случайность, что в этом круге ситуация повторилась? Рассказал о том, как откапывал из воды останки, и честно сказал, что поступал с реликвией весьма по-варварски, мало заморачиваясь костями, а как простой дикарь вытащил железяки, обобрал сундук и сунул ценности в экстрамерность. На эту часть рассказа отреагировали совершенно спокойно. Другого и не ожидали. Хорошо, что грызть не пытался, а то и такое бывает. Утешил, что за содержимое бояться не надо. Махант, на руке которого был криптор, скорее сломает штуковину с экстрамерностью, чем отдаст кому-то чужому. Нужно было придумать как добраться туда и заполучить доспехи великого прародителя, ещё и весточку передать. Корабли человеко-быков летали очень далеко, но круги были на той стороне сферы и стоило поломать голову, как туда добраться.
Всё сходилось. Больше тысячи лет назад корабль пропал, а перчатки и противоперегрузочный костюм, он-же руна, вернулись обратно. Всё было заморочено. Перчатки и ППК были навечно привязаны к душе главного хранителя, который сейчас лежит в криокапсуле и просыпается на один день в году. Он материализовал руну-предмет, а предок тавров отлично пользовался имуществом, дополнив герметичный и защищённый комбинезон, который был сам по себе броня, ещё и древними непробиваемыми железяками, служившими раньше бронёй небесного воина. Вот поэтому я нашёл пластины, которые нельзя было превратить в руну, а порванный комбинезон и перчатки оказались в скрижали хранителя, которые он снова воплотил и отдал храму. Меня удивил только срок хранения, но мне возразили, сказав, что тело было со множеством рунных усилений, а ремни, которые развалились тленом, были сделаны лучшими мастерами и засыпанные донными отложениями останки отлично могли пролежать.