Желание (СИ)

— Это бесполезно, — когда Акира успокоился и вновь лёг на койку, очень тихий и приглушённый голос прозвучал где-то рядом. Заключённый мгновенно сел и огляделся. Он один. Показалось?
— Эй, ты меня слышишь? — снова раздался едва различимый голос.
— Да… Кто ты? — рассеянно пробормотал Акира, подбегая к двери. Он подумал, что пришёл какой-то военный, однако, похоже, на той стороне так никого и не было.
  
— Твой сосед, — ухмыльнулся голос. — Поднимись к вентиляционному люку над кроватью, будет лучше слышно…
Акира вернулся к своей койке, снял обувь, забрался на неё и приложил ухо к маленькой решетке в стене.
— Слышно? — спросил голос.
— Да! — изумленно воскликнул Акира. — Гораздо четче, чем прежде, — он тоже старался говорить в эту решетку, чтобы собеседник слышал и его.
— А я думал, в соседнюю камеру никого никогда не посадят, — усмехнулся кто-то за стеной. — Ты пытался убить командира?
— Нет! — тут же ощетинился парень. — У меня даже в мыслях подобного не было! Меня сюда по ошибке посадили! — запротестовал Акира. Потом, успокоившись, спросил:
— А откуда ты знаешь, что меня посадили по подозрению в убийстве командира?
— Потому что на этот этаж только таких сажают. Я сам такой, — тут же ответил собеседник.
— Ты… пытался убить Шики? — ошеломленно спросил Акира.
— Не совсем убить, — медленно протянул тот. — Я собирался свергнуть его. У меня была небольшая группа — мы хотели устроить переворот. К сожалению заговор не удался. Нас предали, мою группу уничтожили, а меня посадили сюда.
— А тебя почему не убили? — удивился Акира. Собеседник ответил не сразу.
— Была одна причина. Кое-кто просил сохранить мне жизнь, — он говорил это с какой-то досадой. — Командир сохранил, только упрятал меня сюда.
— И давно ты тут сидишь?
— Уже три года, — вздохнув, ответил пленник. Акира присвистнул.
— Ничего себе. Неужели и меня ждёт такая участь? — сокрушённо произнёс парень.
— Может быть. Командир предпочитает не убивать тех, кто на него покушался. А держать их как крыс в клетке. Как тебя зовут? — наконец спросил заключённый.
— Акира. А тебя?
— Казуи. И как же ты сюда попал, Акира, раз говоришь, что у тебя и в мыслях не было его убить? — с усмешкой спросил он.
— Они меня посадили как главного подозреваемого. Хотя я просто сообщил о том, что Шики стало плохо, а меня упекли сюда, — мрачно рассказал парень.
— Ему плохо? — заинтересованно спросил Казуи.
— Да… он отравился — буркнул Акира. Собеседник вновь усмехнулся.
— Как глупо для него. И почему ты называешь его по имени? — любопытство Казуи снова возросло. — Вы с ним настолько близки?
Акира промямлил что-то нечленораздельное, попутно смутившись. Но, похоже, Казуи и сам всё понял, поэтому больше не стал мусолить эту тему.
— Но если он знает, что ты не виноват, почему отправил тебя сюда?
— Он без сознания… — сокрушенно выдохнул Акира. — И неизвестно, когда придёт в себя.
— Ого. Получается, страна сейчас без контроля, — голос Казуи сильно разволновался. — Вот почему Рин не заходит в последнее время. Видно, уже готовиться начал.
— Что ты имеешь в виду? — насторожился Акира.
— Сейчас самое удобное время для переворота. Мало того, конфликты на всех границах, так стоит только оппозиции узнать о том, что армия осталась без командования, произойдёт смена власти. Не сегодня-завтра это точно случится, и я наконец-то выйду отсюда. Какие же хорошие ты принёс новости, Акира!
— Переворот… — Акира ошеломлённо опустился на колени, слыша за дверью какие-то звуки. А ведь Казуи прав. Вся страна практически держалась на Шики. Среди его заместителей и генералов нет такого же амбициозного лидера, который смог бы тащить на себе всю армию и удерживать власть. Ещё при нём обострились конфликты на границах, а без него это точно перерастёт в войну. И снаружи и внутри страны. А если Шики сейчас без сознания, то его наверняка убьют во время захвата власти, как главного врага и тирана.
Шум в коридоре всё усиливался, а вскоре послышался прямо за дверью. Акира напрягся, поняв, что открывают именно его камеру. Парень стел на кровати и обулся, а через мгновение к нему зашли два человека. Это были не просто солдаты, которые притащили его сюда, а высший офицерский состав. Акира несколько раз встречался с ними либо в коридорах штаба, либо на совещаниях у Шики. Однако их имён не знал.
— Пришли за мной? — тихо спросил Акира, поднимаясь на ноги. Он был предельно спокоен. Да, из камеры сбежать невозможно, а вот по дороге вполне реально.
— Тебе повезло, что ты лучший пилот, — произнёс один из мужчин. — Ещё можешь послужить стране. В пехоте пошёл бы в первых рядах, а так…
— Что это значит? — хмуро спросил Акира. — Разве я не арестован по подозрению в убийстве командира? Или он очнулся? — с волнением спросил юноша.
— Нет, он до сих пор без сознания, — ответил другой офицер. — Это крайняя мера, но мы вынуждены пойти на это. Ибо сейчас нам необходимо мобилизовать все силы.
— Всё настолько серьёзно? — помрачнел Акира. Оба военных, переглянувшись, кивнули.
— Да. Несмотря на наши усилия, врагу и оппозиции как-то удалось узнать, что командир без сознания. Вероятней всего, донесли шпионы. Поэтому сейчас мы находимся на грани — они нанесли серьёзный удар и сейчас движутся к столице.
— Что я должен делать? — сразу же спросил Акира.
— То, что ты умеешь лучше всего, — военный протянул ему карту и передал координаты. — Тебе нужно уничтожить всё, что отмечено на ней.
Акира, взяв карту, сдержанно кивнул головой.
— Могу отправляться прямо сейчас? — негромко спросил он.
— Да, — дал согласие один из заместителей. Однако как только Акира попытался выйти из камеры, он его остановил и с силой стиснул плечо. — Но только попробуй сбежать. — прошипел он, сверкая глазами. Будешь уничтожен вместе с другими оппозиционерами.
— Я вернусь, — пробормотал Акира, стряхивая его руку с себя. — Потому что не могу оставить его.
========== Приоритеты ==========
Открыв глаза, Шики не сразу смог понять, что произошло. Несколько секунд или даже минут его голова была пуста. Окружающий мир он познавал скорее органами чувств, нежели сознанием. Это же помогло ему частично вспомнить о произошедшем. Он был с Акирой. Они занимались любовью (если это можно так назвать), а потом… Он не помнил, ни как уснул, ни как проснулся, ни как попал в это место, которое оказалось госпиталем. Он находился в комнате Акиры, значит и очнуться должен был в ней, а не в больничной палате.
— Шики! — рядом раздался взволнованный голос Рина, и Шики был вынужден скосить на него глаза. Однако стоило ему шевельнуться, как его замутило: ощущение было такое, будто он выпил литр бензина и ещё какой-то технической жидкости. Пересилив себя, военный выпрямил спину и поморщился от запаха медикаментов, который ударил в нос.
— Что? — хрипло спросил Шики, ощущая слабость во всём теле. Что такого могло с ним случиться, если он так паршиво себя чувствует?
— Как ты не вовремя решил отравиться, — посетовал младший брат, пока старший пытался понять, что же произошло.
— Отравиться? Я не пытался отравиться, — сморщился он, понимая, что эти жуткие ощущения находятся в области живота. Командир серьёзно посмотрел на помощника, пытаясь по лицу понять ответ.
— Что-то ведь случилось, — сузил глаза Шики.
— Конечно же случилось, если ты находишься здесь! — вспылил Рин. — Ты пять дней пролежал без сознания из-за отравления!
— Пять дней? — ошеломленно повторил Шики, едва укладывая это у себя в голове. — И что же случилось за эти пять дней?
— Ничего хорошего, — голос Рина помрачнел. — Сначала рухнули северные границы, а два дня назад в столице подняла мятеж вся оппозиция, пользуясь тем, что ты не контролируешь ситуацию.