Обещай мне (ЛП)

— Она прекрасна, — бормочет он.
— Да, — тихо шепчу я, любуясь фотографией с ним.
Я сижу на плечах у мамы в зоопарке. Улыбаюсь ей сверху вниз, а она смотрит на меня, переполненная радостью. Я скучаю по ней больше, чем можно выразить словами, и я погрязла бы в горе, если бы за эти годы не поняла, что у меня есть выбор. Хотя в некоторые дни его сделать труднее, я предпочитаю не позволять печали давить на меня изо дня в день.
Это не то, чего бы она хотела, поэтому, чтобы почтить ее память, я живу полной жизнью.
Кэмерон переходит к моей книжной полке, заполненной большим количеством трофеев и наград, чем настоящих книг.
— Ты хороша в волейболе? — дразнит он, с ухмылкой глядя на меня через плечо.
— Ты сам знаешь, раз уж был на моей игре, — упоминаю я, и при этом воспоминании в моем животе появляется уже знакомое чувство порхающих бабочек.
Его ухмылка становится шире, на щеках появляются ямочки.
— Ты была великолепна. Могу сказать, что ты усердно работаешь, судя по точности твоих бросков и силе подач, — с дразнящим блеском в глазах он добавляет: — Возможно, теперь я даже твой поклонник номер один.
Я игриво закатываю глаза и дергаю его за темно-синий длинный рукав кофты.
— Спасибо. А теперь иди и сядь на край моей кровати.
Он поднимает бровь, глядя на меня:
— И ты еще говоришь, что я напористый?
Я не могу удержаться от смешка, звук срывается с моих губ.
— Просто сядь, пожалуйста, и не двигайся.
Он делает, как я говорю, садясь на край моей кровати, пока я проскальзываю в ванную.
Я быстро намочила полотенце теплой водой, затем нашла спирт, марлю и лейкопластырь. Когда я возвращаюсь, он стоит на том же месте, уставившись на плакаты над моей кроватью, пока не слышит, как я иду к нему.
Глаза цвета корицы встречаются с моими, и по мне пробегает дрожь. Он такой красивый. Раньше я думала, что он большой, сексуальный парень, но теперь это нечто большее. Его сердце и индивидуальность не имеют себе равных.
Я кладу все на кровать рядом с ним, и он наконец спрашивает:
— Рори, что ты делаешь?
— Теперь моя очередь заботиться о тебе, ладно? — мягко спрашиваю я, глядя ему в глаза теперь, когда он так сидит.
Его крупная мускулистая фигура занимает все пространство, из-за чего трудно игнорировать мок желание почувствовать, как он нависает надо мной. Как его крепкие руки обнимают меня.
Мне нужно остановиться.
Он смотрит на меня мгновение, немного неуверенно, но затем кивает.
— Никто никогда не делал для меня подобного.
Быстрая, пронзительная боль ударяет меня в грудь. Мне больно за этого человека, который только и делал, что заботился обо всех вокруг, что он не знает, каково это, когда кто-то заботится о нем.
— Если я сделаю тебе больно, дай мне знать, — говорю я ему, наливая спирт на марлевый тампон.
Он просто кивает, его глаза прикованы ко мне и каждому моему движению. Я подношу тампон к его лбу, прямо над правой бровью, и слегка касаюсь маленькой ранки.
Кэмерон не морщится и не вздрагивает. Он просто не сводит с меня взгляда, пристально наблюдая с мягкостью, которую я видела только, когда мы были на озере. Я провожу по ране еще пару раз, желая убедиться, что хорошо ее продезинфицировала.
Делая шаг назад, я выбрасываю тампоны в мусорное ведро. Когда я возвращаюсь к Кэмерону с теплой тканью в руке, он раздвигает ноги, позволяя мне встать между ними, чтобы быть еще ближе к нему.
Я не думаю об этом, а просто продолжаю делать свое дело. Но как только я оказываюсь в его пространстве, его запах проникает в мои ноздри, тепло его тела окутывает мое, и я понимаю, насколько плохой была эта идея.
Дыхание Кэмерона, кажется, учащается, и это только заставляет мое сердце биться еще быстрее, когда мы пристально смотрим друг другу в глаза.
Игнорируя мысли о том, чтобы сесть к нему на колени и попробовать его губы на вкус, я продолжаю выполнять свою задачу. Поднося ткань к его ране, я слегка промокаю ее, чтобы очистить, вытирая засохшую кровь вокруг пореза. Я провожу пальцами по его волосам, откидывая пряди назад. Дыхание Кэма прерывается, и мои пальцы останавливаются.
 
— Нет, продолжай, пожалуйста, — выдыхает он.
Я продолжаю нежно перебирать пальцами его волосы, пока заканчиваю обрабатывать рану. Затем беру пластырь, когда он накрывает мою руку своей.
— Не нужно.
— Нет, нужно, — я дуюсь, выпячивая нижнюю губу.
— Ты можешь еще раз помассировать мне голову? Это действительно приятно, — спрашивает он, игнорируя мой комментарий и глядя на меня умоляющими глазами.
В тот момент я поняла, что не думаю, что смогу ему в чем-то отказать, поэтому делаю именно то, что он просит, используя не только одну руку, но и обе, чтобы помассировать ему голову.
Нужно отдать парню должное, потому что мои сиськи, хотя и не большие, почти вываливаются из кофты, а он ни разу на них даже не взглянул. Он не сводит с меня глаз, наблюдая с неподдельным восхищением, как я провожу пальцами по его голове, вызывая мягкие вздохи, срывающиеся с его губ.
Большая, теплая рука внезапно опускается на мое бедро, посылая электрический заряд по моему телу, когда он мягко перемещает меня, чтобы я села к нему на бедро. Наши лица теперь ближе, всего в нескольких сантиметрах друг от друга, так близко, что я вижу золотистые искорки в его глазах.
Мои руки все еще в его волосах, правая опускается к его щеке, поглаживая нежную кожу.
Глаза Кэмерона на мгновение закрываются, а когда открываются — темнеют. Жадно смотрят в мои, затем опускаются к моим губам. Он… он хочет поцеловать меня? Потому что, хотя я и хочу этого, я также не уверена, хочу ли сделать следующий шаг и потенциально разрушить нашу дружбу. Он заслуживает большего, и я не уверена, что смогу дать ему это.
Он наклоняется ко мне. Я едва это замечаю, потому что слишком хорошо осознаю все, что происходит между нами прямо сейчас. Его грудь поднимается и опускается быстрее, чем обычно, тепло его тела подо мной, пристальный взгляд на моих губах, а его горло дергается при следующем вдохе.
Я сижу неподвижно, неуверенная, готова ли ответить ему взаимностью, когда его рука касается моей щеки.
Но прежде чем успеваю принять решение, входит Жасмин.
— Эй, ты не хочешь… — начинает она, затем останавливается, когда мы с Кэмероном отстраняемся друг от друга. Ее глаза расширяются, когда она видит меня, сидящей у него на коленях, и тут же извиняется: — Мне так жаль, я не знала, что вы, ребята, были… хм… да, я, пожалуй, пойду, пока.
Это заставляет Кэмерона рассмеяться, и я спрыгиваю с его колен, обрывая его смех.
— Рори, ты в порядке?
Может быть, ее вмешательство было знаком свыше. Знаком того, что нам не суждено заходить дальше дружбы? Не знаю, потому что это не объясняет, почему я чувствую себя такой разочарованной из-за того, что мне не удалось почувствовать его губы на своих.
Должно быть, я молчу слишком долго, потому что Кэмерон встает, его рука легко ложится на мое плечо, когда он поворачивает меня лицом к себе.
— Я что-то сделал не так?
— Ничего, совсем ничего. Я просто устала, — говорю я ему, чувствуя себя полной дурой из-за того, что говорю это.
Кэмерон некоторое время изучает меня, на его лице появляется напряженное выражение. Он опускает подбородок.
— Прости. Тогда я дам тебе отдохнуть.
Почему это так больно? Почему я не могу сказать ему, что хотела, чтобы он поцеловал меня? Но я также не знаю, как справиться с теми сильными чувствами, которые он у меня вызывает.
— Я провожу тебя, — шепчу я еле слышно.
Энергетика комнаты полностью изменилась, и я ненавижу то, что теперь чувствую неловкость между нами.
Мы молча спускаемся по лестнице, а Жасмин прячется в своей комнате наверху. Все это время я думаю о том, каким обиженным он выглядел из-за моего некоторого неприятия того, что чуть не произошло.
Кэмерон был обманут своей бывшей, не доверял окружающим и замкнулся в себе, чтобы сосредоточиться на своих приоритетах. И когда он решил, что хочет попробовать, я испугалась из-за того, как сильно он мне нравился.