Апокриф (СИ)

— Мог бы. Но не вижу смысла тратить ресурсы и время на помощь вам в адаптации технологического наследия и развитии ваших технологий. Прощайте.
Казалось бы, разговор закончен, да только это был не цифровой канал связи, а переброска сообщениями в аналоговом режиме. Поэтому я продолжил, видя, что система на отправку ещё работает.
— Погоди, хотел спросить. Скользящие были враждебны к вам? Вы считаете их агрессивной расой?.. Знаю, что ты слушаешь и понимаю, почему отвечал раньше — ты просчитал, что так есть шанс снизить уровень нашей бдительности и сделать доверчивее. Но вот что я скажу, Скользящий как-то помог людям. Они никогда не конфликтовали с нами.
  
Через несколько секунд тишины я уж подумал, что ИскИн решил меня проигнорировать. Но, то ли он долго обдумывал ответ, то ли взрыв повредил его вычислительные мощности, и он стал медленнее. Но это маловероятно.
— Насколько мне известно, Скользящие не агрессивны, пока вы не заходите в зону их интересов и подчиняетесь требованиям. Если он помог, значит скорее всего делал это в рамках своих задач или интересов. Разговор окончен.
— Что значит, не ждать помощи? — нахмурился Харвиц.
— Если бы я знал… — покачал я головой. — Ян?
— Да знаешь, есть идея, но оставлю при себе. Пойду разгребать последствия. Поможешь потом залатать скафандр? У тебя хотя бы та дрянь есть… и я в неё не полезу даже под страхом смерти.
Я усмехнулся и согласился. Штурм был жаркий, качественное снаряжение могло держать удар, но на пределе возможностей. Как вернёмся к цивилизации, надо будет на хорошей станции отдать всё в ремонт.
Пока обсуждать новости было не подходящее время: мы вспомнили про два несчастных истребителя, улетающих на варпе. Мы с Яном и Томас вылетели за ними, благо точное направление их отбытия узнали, получив информацию из разбитой Инсигнии. Даже взламывать не пришлось благодаря Джону.
Перехватчик действительно вышел из строя.
Истребители ушли в короткий варп, выравнивая скорость с точкой выхода. Экипажи сбежавших слишком поздно заметили, что теперь межзвёздный двигатель доступен. Бой получился довольно коротким, но сдаваться противник не планировал. Увы, как ни пытались мягко обезвредить, всё равно обе машины получили критические повреждения. И даже штурмовать их сил не было. Ведь в них набились экипажи Сайлентов, а надежды захватить офицера было мало.
Пресекли утечку информации о столь интересных координатах и вернулись на Небосвод. Его РСТ уже перезапустился, и мы вновь легли на маршрут к Терре. Аура шла на поправку и на всякий случай оставалась в капсуле. С Озом ситуация была тяжелее. Сразу после прыжка с Чёрного Ветра прибежала Светлана. У неё в самом прямом смысле подкосились ноги. Девушку пришлось успокаивать.
В целом, следующие два часа экипаж боролся с последствиями пусть и весьма победоносной, но крайне накладной войны. Один Руслан сидел на мостике, остальные техники находились либо в мастерской, либо в ангаре. Новый двигатель к фрегату всё же приладили, хоть и выглядело как типичная пиратская поделка уровня «летает, и на том спасибо».
Само собой, за столь короткий срок мы не закончили с ворохом дел. Всего лишь отмыли алое дерьмо, рассортировали снаряжение и заправили корабли. С дырявыми дроидами сложнее: надо их разбирать, чтобы качественно очистить. А пока перед мойкой отверстия в них закрыли гермогелем или на скорую руку заварили.
Одного такого я как раз отвёл заряжаться в один из внутренних складов, помеченных теперь как биологически опасная зона, хотя анализаторы не засекали утечку неизвестной дряни.
Наконец решил заняться Анбидденом. Однако по дороге к ангару меня встретила опирающаяся на стенку эффектная платиновая блондинка. Кстати, уверен, она не крашенная, а как у Ауры — изменённая пигментация волос. Без оружия, в лёгком белом с синими полосами пилотском скафе. Почти не видел её не на экране или без шлема. Напротив Лауры стояла Дарья, слегка прищурив глаза. Чую проблемы.
— Надо полагать, вы здесь обсуждаете самых завидных холостяков из экипажа? Боюсь, лучший на парсек вокруг уже занят.
Дарья насмешливо посмотрела на меня, подняв бровь, а вот Лаура уставилась с неким замешательством, смешанным с вопросом в глазах формата «ты, что ли?»
Я снял шлем и улыбнулся, ожидая, когда мне объяснят, в чём дело.
— Не совсем. Как часто ваши техники подкидывают на корабли жучки и ставят дуговую взрывчатку под трубы систем охлаждения?
На удивление, Лаура не выглядела рассерженной. Хотя в голосе звучало сомнение.
Я сверился с висящей в поле зрения картой корабля — людей рядом нет, выйти из ангара в этот более узкий коридор пока никто не стремится. Всё же попались.
— У всех очень, очень много дел, потому давай опустим обсуждение того, что мы все знаем.
Серые глаза нехорошо блестели, Лаура качнула головой.
— Шард, я прекрасно понимаю, что вы работаете на Торговца…
— Пустые обвинения, — перебила Дарья.
— Скажем «гипотетически», — Лаура проигнорировала рыжую. — У вас тонны их щитов и пушек, невероятные знания о технике Старших. Даже целая противоракетная система. Не оправдывайте это одним инженером, четыре месяца пробывшим с Кирин. У вас есть и доступ к самим технологическим артефактам. А некая Мария, случаем, не связана с ним напрямую?
— Мы можем объяснить происхождение всех систем и откуда у нас такое понимание их техники, — пожал я плечами, но Лаура закатила глаза.
— Доктор Шард, прошу вас. Я к тому, что при всём этом АКсИ доверила вам участие в серьёзной миссии. Ладно один истребитель — то ли закрыл недобор, то ли перепроверяли. Фрегат тоже на второстепенной роли. Я знаю Чернова, и он вам доверял. С Сайлентами вы точно не связаны, иначе играючи бы сбили наши корабли. А сейчас вы подозреваете нас. Но я не предатель.
— Честно?
Не мог я не съязвить, впрочем, Лаура лишь усмехнулась.
— Я честная как лазерный дальномер.
— Хорошо, что не как весы в комнате женщины, — кивнул я.
— Их ошибку всегда можно списать на неисправные генераторы гравитации. Но, если серьёзно, я легко бы могла поспособствовать вашей смерти не один раз. Да-да, капитан, вы уже сказали — я как шпион могу затаиться в нестандартной ситуации. Тем не менее, я не подняла тревогу. Гарднер тоже как будто бы готов каждого лично подозревать. За допущенный провал полетят головы. Точнее, если найдут виновного, быстрой смертью он не отделается. И я могу вам помочь.
Вскинул бровь, смотря с интересом. Вариантов тут много — от желания отвести от себя подозрения и подставить другого до искреннего непонимания ситуации. Лаура и правда не тратила время попусту.
— Будьте аккуратны с Томасом Ольсен. Как по мне он самый подозрительный. Надеюсь, с Энтропией вы не попадётесь. И да, можете оставить и на моей птичке, если считаете, что так безопаснее.
Уже интереснее…
— Я больше подозревал Чарльза или Симона: вторые роли, менее заметные. При этом они летали на кораблях, с которых проще было отправить сигнал.
— Может и так, но Томас… я-то его знаю. Сейчас он чересчур молчаливый и мрачный, слишком нервничает, погружён в мысли. Я не замечала в нём боязни глубокого космоса, но сейчас он… словно видит собственной кошмар. И как будто бы потерял кого-то важного для себя.
— И это не вероятность смерти всех остальных? — уточнила Дарья.
— Едва ли. Знакомые, даже сокурсники, гибнут время от времени. Он не имел действительно близких друзей во флоте. Признаюсь, не в курсе его личной жизни вне АКсИ. И ещё, его корабль в момент выхода повредило электромагнитным импульсом? Думаю, он преувеличил проблему и частично вызвал её искусственно, поняв, что происходит. Чарльз получил инженерную лицензию низшей категории, а ещё он впечатлительный, мог не заметить. И то я с ним парой слов перекинулась, и он сказал, что ремонт оказался удивительно простым. Ничего действительно важного на Энтропии не сгорело.
А вот это серьёзное заявление! Я этих людей не знаю, чтобы пытаться анализировать их поведение. Но вполне возможно, что Томас решил посмотреть, что будет происходить. Увидел, что мы достаточно уверенно побеждаем и встал на нашу сторону. Если точнее, на сторону Небосвода, давшего отпор рейд-крейсеру. Быстро стало ясно, что по грубой мощи мы его немного передавливаем. А в битве тяжёлых кораблей это уже как минимум половина победы.