Война Крайер (ЛП)

Она закатила глаза:
– Прекрати. Ты и секунды не продержишься в качестве служанки.
Что-то промелькнуло на его лице.
– Да, – медленно произнёс он. – Вероятно, у меня это получится не так хорошо, как у тебя.
– Ты на что намекаешь?
– Ни на что, – он вздохнул и покачал головой. Протянув руку, Бенджи сорвал лист и повертел его между пальцев. – Извини, у меня был долгий день. Да и неделя выдалась долгая.
– И жизнь тоже.
– Послушай, у меня новости.
– У меня тоже. Но ты говори первым.
– Роуэн. Она вернулась.
Это было совсем не то, что Эйла ожидала услышать. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
– С ней все в порядке? Где она?
– Тс-с-с… – он отошёл от дерева, часть его лица скрывалась в тени. – Не здесь.
– Но...
Он взял её за руку. Его рука была тёплой и шершавой.
– Она ждёт нас у скал. Пойдём.
Вместе они срезали путь через территорию, направляясь к морским утёсам – месту, где Эйла и Крайер впервые встретились, где Эйла спасла Крайер жизнь. Они держались в тени, в проходах из мягкой чёрной грязи между рядами морских цветов, и Эйла каждые несколько мгновений оглядывалась назад, проверяя, нет ли стражи или других слуг. Но никого не было, и они добрались до утёсов незамеченными.
У самого океана было холоднее, скалы были скользкими от морских брызг. Руки Эйлы покрылись гусиной кожей.
Роуэн уже ждала их на утёсах – силуэт на фоне ночного неба и океана. Её серебристые волосы рассыпались по плечам, и она выглядела спокойной, как всегда, но когда они подошли ближе, Эйла увидела мешки у неё под глазами и то, как осторожно она держалась, словно скрывала рану. Эйла забыла о собственном дискомфорте и поспешила вперёд.
– Роуэн! – Эйла подошла к ней на краю утёса. – Боги, я думала, тебя не будет ещё несколько недель.
Если вообще вернёшься.
– Что случилось? Ты ранена?
– Я в порядке, – пренебрежительно сказала Роуэн. – И... ничего не случилось.
Бенджи нетерпеливо фыркнул, и Эйла подняла руку, призывая его к молчанию.
– За нами не было слежки, – сказала она. – А если бы и было, никто не смог бы услышать нас из-за шума волн. Ты можешь говорить открыто.
– Я уже всё и сказала, – сказала Роуэн. Она казалась ещё более измученной, чем чувствовала себя Эйла, её голос был опустошён. – Вот почему я вернулась так скоро. Вот что произошло на юге: ничего.
Эйла нахмурилась.
– Не понимаю, – сказал Бенджи рядом с ней.
Роуэн вздохнула и тяжело опустилась на камни. Эйла тут же опустилась на колени рядом с ней, почти запаниковав, но Роуэн отмахнулась:
– Пустяки, Эйла. Просто у меня несколько синяков на рёбрах. Трудно слишком долго стоять.
– Но что произошло? – настаивала Эйла. – Это явно не пустяки. Ты сказал, что на юге собирается двести человек, в полнолуние, ты сказала...
– Я помню, что говорила. И знаю, что слышала, и от кого я это слышала – от человека, которому, как я считала, можно доверять. Но едва я приехала на юг, ничего не подтвердилось. Никаких восстаний не было и не планировалось, – она переводила взгляд с одного на другого, её лицо было серьёзным. – Люди в тех поместьях даже слухов не слышали. Мои контакты ничего не знали. Я пришла за восстанием и жила обычной жизнью день за днём. Всё это было ложью.
Все трое молчали, Эйла и Бенджи пытались осмыслить рассказ Роуэн.
Первым заговорил Бенджи:
– Но кто мог распространять подобную ложь? Кто от этого выиграет? Какая-то пиявка, пытающаяся сбить с толку Сопротивление, заставить нас сомневаться друг в друге? Может быть, даже спровоцировать нас на драку друг с другом, а не с врагом?
– Не знаю, кто это был, – сказал Роуэн. – Мне кажется, это была не столько провокация, сколько эксперимент.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Эйла.
– Я имею в виду, что кто бы ни запустил эту ложь, кто бы ни хотел, чтобы я поверила в грядущие восстания на юге... Мне кажется, они так сделали, потому что хотели знать, откуда я получаю информацию и куда я её несу. Кажется, они хотели отследить связи между членами Сопротивления – увидеть, кто с кем общается, кто за кем следует. Хотели раскрыть нашу сеть.
  
Бенджи что-то сказал в ответ, но Эйла не расслышала – в ушах зашумело, и это был не шум океанских волн, разбивающихся о скалы.
Они хотели раскрыть нашу сеть.
У неё было чёткое представление о том, кто солгал Роуэн о восстаниях.
Но как?
Она не осознавала, что произнесла это вслух, пока Роуэн не сказала:
– Не знаю как. Не знаю, кому из моих контактов я могу больше доверять. Знаю только, что у нас есть "крот". И мы, всё Сопротивление, в опасности.
– От кого ты впервые услышала о восстаниях? – тихо спросила Эйла.
– Я не называю имён, – сказала Роуэн. – Но... скажу вам: это кто-то из дворца. Служанка, – она отвела взгляд, на её челюсти дрогнул мускул. – Та, чья информация всегда была правдивой. Она никогда раньше не вводила меня в заблуждение.
– А этот человек? От кого он это услышал?
Она пожала плечами:
– В прошлом они упоминали только, где она служит.
Она.
– И где же? Где она служит? – сердце Эйлы бешено колотилось.
Она наклонилась вперёд, не сводя взгляда с Роуэн. Отчасти она уже догадывалась, что сейчас услышит, уже знала ответ, но всё равно спросила.
– Связной сказал, что она судомойка, – осторожно сказала Роуэн. – Дежурит в прачечной.
– Кто-нибудь приходит на ум? – спросил Бенджи у Эйлы, заметив выражение её лица.
– Фэй, – тихо откликнулась Эйла.
Лицо Роуэн вытянулось, но она не выглядела шокированной. Должно быть, у неё было такое же подозрение.
Но если это правда...
– Бенджи, ты узнал что-нибудь ещё о солнечных яблоках, о которых говорила Фэй?
Он кивнул с мрачным видом:
– Сегодня утром я пытался проникнуть в сарай на краю поля. Говорил, что видел плохую партию зерна и хотел проверить кое-что из припасов. Там была гора ящиков из-под солнечных яблок – столько в садах не собирают и за месяц.
– Это странно, – медленно произнесла Эйла.
– Не так странно, как то, что я нашёл внутри них.
– И что же ты там нашёл? – спросила Роуэн хриплым и низким голосом.
– В ящиках вообще не было яблок – по крайней мере, в тех, которые мне удалось открыть. У меня было не так много времени до того, как этот высокий гвардеец, Тирен, раскусит меня, поэтому действовать пришлось в спешке, но мне удалось открыть два ящика, и... там было много... Я правда не знаю. Эта... эта пыль. Чёрная пыль.
– Чёрная пыль? Что-то вроде пороха? – спросила Роуэн.
– Это могло быть оружие? – спросила Эйла.
Бенджи помотал головой:
– Честно сказать, не знаю.
Эйла посмотрела на Роуэн:
– Если Фэй помогает Киноку доставлять эту пыль...
– Она определённо не понимает, во что ввязалась, – закончил Бенджи.
Дыхание вырвалось у Эйлы из груди, когда она попыталась заговорить:
– Ну, для чего бы им ни понадобилась эта пыль, одно мы знаем точно – Кинок контролирует Фэй, использует её. Может быть, она пыталась отказаться. Может быть, поэтому...
Ей не нужно было заканчивать фразу. Все трое думали об одном и том же. Может быть, именно поэтому Кинок приказал убить Люну.
Эйла с трудом сглотнула:
– Так что же нам делать?
Они с Бенджи переглянулись с Роуэн. Та холодно произнесла:
– Надо убирать скира.
– Подожди, – внезапно сказала Эйла. – Я кое-что знаю, узнала буквально прошлой ночью.
Она избегала смотреть Бенджи в глаза. Он по-прежнему не знает правды о том, что произошло прошлой ночью. Что она выскользнула не для того, чтобы погладить платье, а чтобы встретиться с братом. А в итоге она свернулась калачиком в постели Крайер. Это был только вопрос времени, когда эта тайна выйдет наружу.
– У скира есть кое-что, что может нам помочь. Оно нам действительно поможет. Это компас. Очевидно, он очень важен для Кинока, и скорее всего это не просто какой-то компас – он особенный. Вместо того, чтобы указывать на север, он указывает на Железное Сердце.