Три короны (СИ)
— Берегись!
И от души хлопнула дверью.
Ситана покачала головой: Ликены она не боялась — гораздо больше пугало другое: где взять платье? Конечно, на бал можно пойти и в одежде хирдмана, но украшения! Тиларин ведь подарил ей изумруды не для того, чтобы они лежали в коробке или в шкатулке. Ситана раскрыла обитую красным бархатом коробочку и замерла. Там, в Королевском зале, она больше смотрела на Тиларина.
«Я даже его не поблагодарила…» — только сейчас со стыдом вспомнила Ситана.
Она повернула коробочку к свету: темно-зеленые камни блеснули льдисто-голубым. Полюбовавшись на игру камней, вытащила сережку и наклонилась к зеркалу примерить. Не тут-то было: похоже, мочка заросла намертво.
«Ну уж нет!» — Ситана закусила губу и с силой надавила на след от прокола.
Получилось. Как ни странно, со второй серьгой мучиться не пришлось: та вошла легко. Покрутив головой перед зеркалом, гнома надело кольцо — оно пришлось на безымянный палец; потом расстегнула куртку и, оттянув ворот рубахи, приложила колье.
«Неужели это я?» — подумала Ситана и улыбнулась, но тут же вспомнила про платье.
Помочь могла только тетушка Добира. Кстати, и бороду надо вернуть.
Сложив украшения обратно в коробочку, Ситана уже хотела оставить ее рядом со шкатулкой, но вспомнила про принцессу Ликену и положила подарок Тиларина в самый низ походного мешка.
***
Тетушка Добира жила на два яруса ниже. Сбегая вниз по лестнице, Ситана вспоминала, как в детстве, тоже очень торопилась и, перепрыгнув сразу через несколько ступенек, упала и разбила нос.
— Моя девочка! — всплеснула руками тетушка, и точно так же, как тогда, обняла Ситану. — А я жду-жду. Все думаю, когда же ты ко мне заглянешь!
Ситана покраснела: вроде бы собиралась чуть не каждый день, а дошла только сегодня, и то потому, что понадобилось. Она вытащила из кармана и протянула сверток с бородой.
— Пригодилась? — усмехнулась Добира.
— Еще как!
— Ты проходи, проходи, сейчас керта заварю…
До платья разговор дошел очень нескоро: Ситана подробно рассказала о своем побеге из эльфийского дворца, о первой стычке с орками, о драконьем огне и возвращении домой… О том, как Глим дергал ее за бороду, проверяя, крепко ли держится, тоже не забыла.
— Глим-то теперь важный стал! — отсмеявшись, сказала тетушка. — И женился, и большим командиром стал.
Наконец, добрались до подарка Тиларина и приглашения на бал.
— Не расстраивайся, дочка! У тебя есть твоя тетушка Добира. Так какого цвета камешки?
— Темно-зеленые… Чистой воды.
— Это же Драконьи слезы! — ахнула тетушка.
Ситана кивнула и опустила глаза от смущения. Ей никогда в жизни не делали такие дорогие подарки, и ей стало как-то неудобно, вроде как она хвастается. А когда подняла, тетушка уже рылась в сундуке:
— Это не годится… и это тоже… Вот! — она вытащила сверток шелка бежево-золотистого цвета. Ну-ка, давай прикинем!
Она развернула ткань и набросила на плечи Ситаны:
— И к камням подойдет, и к твоим волосам! Что с тобой, дочка?
Вместо ответа Ситана развязала шнурок и тряхнула головой.
— А-а-а… боишься, слишком короткие? — сразу же догадалась тетушка. — Да я тебе такую прическу сделаю — принцесса Ликена просто лопнет от зависти!
«Хотела бы я на это посмотреть», — усмехнулась про себя Ситана.
***
Хранители были в шоке, когда я продемонстрировал им свой новый окрас. Оказывается, золотой цвет очень редок среди драконов, за всю историю этой расы золотых драконов, не считая меня, было трое. И каждый раз золотой дракон появлялся в очень важный для всей расы крылатых властителей момент. И последним до меня золотым драконом был тот самый Алгот Марун, объединитель и первый король драконов. Хранители, кстати, именно так и стали меня называть. Я не препятствовал. Ну, не называться же мне эльфийским именем — Тиларин, или своим старым, человеческим, почти позабытым — Алексей Воронцов? Так что пусть их. А у меня сейчас хоть свободное время появилось. Дракончики были в надёжных руках — мои гвардейцы души в них не чаяли, возились с ними днями напролёт. Все остальные гномы смертельно им завидовали, но мой отряд посчитал "присутствие при родах" своей привилегией, и никого к детёнышам не допускал. Даже короля Морхина. Я их как-то в шутку назвал "сектой свидетелей дракона". Но мою шутку не поняли, и теперь моих гвардейцев именовали именно так. Мда, дошутился…
***
— Ученик, есть разговор. И только попробуй удрать, как в тот раз! — наставник закрыл дверь моего кабинета, для надёжности прислонившись к ней плечом. Ой-ёй… После того вручения наград, когда я подарил Ситане драгоценные побрякушки, мастер Грумм смотрел на меня волком и преследовал просто по пятам. Я знал, чего он хочет, и избегал его всеми способами. Один раз даже под столом у Фелидаэля спрятался. Слава Вечному Дереву, моему секретарю не изменила хвалёная эльфийская выдержка, и он ничем не дал понять, что у него под ногами сидит король эльфов Тиларин, он же повелитель драконов Алгот Марун. Он холодно ответил ворвавшемуся в кабинет разъярённому гоблину, что моё величество отсутствует, и когда появится, ему не известно. Так что теперь у нас с Фелидаэлем есть маленькая тайна, о которой, очень надеюсь, никто никогда не узнает.
Но вечно бегать от разговора невозможно. Нет, можно было, конечно, приказать страже не пускать наставника на королевский уровень, но тогда о дружбе можно было забыть навсегда. Старый гоблин таких обид не прощал.
— Фелидаэль, выйди. Нам с мастером Груммботтом надо серьёзно поговорить.
Мой секретарь понятливо кивнул, прошёл мимо посторонившегося гоблина и тихо прикрыл за собой дверь. Сто процентов побежал сейчас за Вилдуром, только он мог успокоить старого друга, когда тот был в ярости. Просто незаменимый парень, как я раньше без него обходился?
— Не буду я удирать, — скрестил я руки на груди, стоя посреди кабинета, и даже не предложив наставнику присесть. — Но и выслушивать в очередной раз ваши глупости я не намерен!
Говорят, что лучшая защита — это нападение. Вот и посмотрим. По крайней мере, первую атаку учителя я сбил.
— Глупости?! Ты чего творишь, хмырза ушастая? Заморочил девке голову, цацки ей при всех вручил! Моя дочь не для тебя!
— А для кого??!! — отбросив всякую учтивость, заорал я на учителя. — Для кого?!
Гоблин ошалело смотрел на меня, не ожидая такого отпора.
— Мне плевать, кто там может чего подумать! Мне плевать, что она не из Высокого Клана! Я её люблю, и пусть хоть кто-то попробует встать у меня на пути! Она будет моей королевой. Я сказал!
Наставник только и мог, что открывать и закрывать рот. Я трясущимися руками откупорил бутылку с гномьим вискарём, которую прятал в своём столе. Как чувствовал, что пригодится. Набулькал в стоявшие на подносе рядом с графином воды фужеры, и впихнул один в руки до сих пор не могущего сказать ни слова гоблина.
— Присаживайтесь, учитель, — рухнул я в кресло, подавая пример наставнику. — В ногах правды нет.
— Её нигде нет, — буркнул немного пришедший в себя учитель, усаживаясь в кресло напротив.
Мы молчали, настороженно смотря друг на друга. Никто не хотел начинать разговор первым. Пауза затянулась, и я всё-таки решился взять слово первым.
— Я влюбился в неё сразу, как только увидел. Тогда, в тренировочном зале, помните? Я ничего не могу с этим поделать. У нас говорят, что сердцу не прикажешь… — я залпом выпил налитый гномьим самогоном до краёв фужер, даже не почувствовав вкуса.
— У вас? У кого это — у вас? У эльфов нет такой поговорки, я на этом свете живу долго, и знаком почти со всеми расами, населяющими этот континент. Может, расскажешь уже правду? Кто ты на самом деле? — гоблин поставил на столик фужер, к которому даже не притронулся и вперил в меня немигающий взгляд. — В тебе слишком много странного было с самого начала, ученик. Я начал подозревать неладное с самой первой нашей встречи. Я, как ты уже, наверное, понял, не очень люблю эльфов. Есть за что. Поэтому и настоял тогда на Договоре Ученика. Думал, что ты откажешься. Но ты согласился, и терпел мои тренировки. Король эльфов, настоящий король эльфов никогда бы на это не пошёл! Ну, и то, как ты общался с гномами, с Глимом и Димблом, мне тоже о многом сказало. Эти твои постоянные непонятные словечки… Ну и самое главное — настоящий король эльфов никогда бы не стал рисковать своей жизнью для спасения моей дочери от Каменного призрака. Да и меня тоже. Как и не покинул бы свой дворец, отправляясь на войну с орками. Ты, хороший эльф, и хороший король. Но ты не тот, за которого себя выдаёшь. А я не могу отдать свою дочь неизвестно за кого.