Эксперименты с душой (СИ)
- Надо же! - сообщила душа Гончарова. - Полет без крыльев возможен наяву. Я не сплю, но лечу! Безмятежность и покой. Я парю. Я - летающий и невесомый!
- Нам предстоит дальняя дорога, - сообщила присоединившаяся к ним душа Андрея.
- Там интереснее! - радовался довольный Геннадий.
- Мы уже летали с ним ко мне на родину, - сообщила душа Сергея. - А сейчас чего-то напряженно мне.
- У тебя замечательная перспектива! - успокаивал Геннадий. - Из бомжа стать штатным сотрудником ФСБ, превратиться в президента и изменить мировую историю. Тут радоваться надо, что получил такое задание.
Они полетели, ведомые Андреем.
- Это так непривычно - быть невесомым, - сказала душа Сергея. - Мне даже жалко свое родное тело, хоть и калека я.
- Твое тело выполнило земное предназначение, им можно пожертвовать ради великой цели, - сказала душа Геннадия.
- У тебя будет другое тело, - напомнил Андрей.
- Это меня и напрягает, - ответила душа Сергея. - Конкретно не знаю, чем придется заниматься.
- Тебя же Гепалов подробно консультировал, - сказала душа Андрея.
- С нашим послом велели все обсуждать. Так все срочно и неожиданно получилось. Я должен заменить личность известного человека, на турецком языке там говорить.
- К мозгу ты подключаться умеешь, из памяти всплывет язык, - сказал Андрей.
- Боюсь, перемешается моя память с памятью турка. И будет белеберда.
- С Володиной же не перемешалась, - успокоил Андрей.
- Есть память души,- сказала душа Геннадия. - Она определяется всем нашим опытом. Это бессмертная память. Она является хранилищем нашей души. У человека находится в подсознании и содержит воспоминания о наших истоках в этой жизни и основных событиях прошлых жизней. С такой памятью связан сверхсознательный интуитивный вечный ум, который то же находится в душе. Совесть, интуиция и воображение выражаются через подсознательный вечный ум души. А есть сознательная память биологического тела. Это личная память текущей жизни. Она получает постоянно информацию, но не откладывает ее в вечную память, а содержит в особом отделе головного мозга, откуда душа может черпать эту информацию. Короче говоря, ты сможешь подключаться к мозгу как к компьютеру и брать оттуда необходимые сведения.
- Попадешь в тело, разберешься, - сообщила душа Андрея. - Тем более, опыт уже имеется.
- Не очень приятный опыт, - пожаловался Сергей. - И к мозгу Володи я не подключался как следует.
- Ничего, ты душа опытная, должен справиться, - опять подбодрил Андрей. - Нам бы еще душу президента извлечь...
Троица достигла уже штормящего Черного моря, неприветливого в конце ноября. Сильный ветер не мешал лететь. Андрей уверенно держал курс на турецкую столицу.
Глава 24.
Президент Турции мучился головными болями. Приходилось принимать снотворное, чтобы заснуть. Президент спал один. Он часто спал один в президентском дворце. Ему снились иногда странные, иногда пугающие сны. Последнее время Эрдоган испытывал страх даже во сне. Но он и предположить не мог, что сон и его жизнь переплетутся в единую нить, где неотъемлемой частью станет ФСБ так нелюбимой ему России.
В ту ночь Зрдоган спал относительно спокойно, не пытаясь вникнуть в мелькавшие в мозгу обрывки сновидений. И вдруг пришла отчетливая мысль, что на него кто-то очень внимательно смотрит. "Ты должен выйти из тела!" - зазвучал странный приказ в голове. Президент открыла глаза. Под потолком в слабом свете он различил три бестелесных сущности. Страх президента усилился.
Одна сущность сказала что-то другой на непонятном президенту языке. Вернее, он догадался, что сказали по-русски, и подумал, что даже во сне его теперь русская речь преследует. Может, зря он решил поддержать план американцев? И все же президент, стряхнув с себя немое оцепенение, спросил:
- Кто вы?
- Хранители мы, - ответило с сильным акцентом одно из существ.
- Телохранители? - уточнил президент.
- Нет, телохранители - это люди. А мы просто хранители-сопроводители. Меня зовут Гена, мы отвечаем за твою доставку к месту назначения.
Страх Эрдогана почему-то отступил.
- Оставьте меня в покое, я никуда не собираюсь двигаться, - сказал президент и подумал: "Это сон. А раз так, то не нужно все воспринимать серьезно. Сейчас закрою глаза и проснусь".
Он сжал веки, но Гена приземлился ему на плечо и сказал:
- Нам нужно лететь. Нас ждет дальняя дорога.
- Я же говорю: никуда не полечу, - недовольно сказал Президент, удивляясь, что видение не исчезает.
- Не хочешь, а придется! - настаивал настырный Гена.
- Скажите, что тут происходит? - грозно спросил Эрдоган. - Вы даже не представляете, какие могут быть последствия!
- Все мы представляем! - Гена устало вздохнул. - Можешь считать, что - ты умер.
- Умер?! - президент приподнялся на кровати, пошевелил одной рукой, затем другой. - Этого не может быть!
- Почему? - поинтересовался Гена.
- Потому что я жив! - президент помахал руками. - Видите, я могу двигаться, говорить, я мыслю, наконец!