Агония любви (СИ)

— В чем работа то заключается? — стараюсь подглядывать тоже, прищурив глаза. Второй раз прихожу на работу, не зная суть этой работы.
— Будешь помощником администратора на моем канале. Джошуа — тот самый администратор, — жестом показывает он в разные стороны разводя руками, но я не успеваю за ходом его мыслей.
— Что делает помощник?
— Помогает, — отшучивается тот, искря своими веселыми и озорными глазами. Его смех и настроение заразительны, все вокруг подхватывают эту шутку.
— Не справляется сам? — подыгрываю, рассматривая все, что вижу по пути.
— Справляюсь, — за спиной раздается громкий и довольно грубый голос. Поворачиваюсь и вижу мужчину лет тридцати пяти, немного сутулый, с короткой стрижкой и явно лишним весом. Понимаю, это и есть тот самый Джошуа, судя по тому, как округляются глаза Француа.
— О, ну вот и познакомились. Оставлю вас. Джошуа, объясни парню суть изнутри. Дальше я сам все разрулю. Пойду посмотрю конечный проект для вечерней программы. Оставлю вас на короткое время.
— Привет, — протягиваю руку, поворачиваясь всем корпусом.
— Француа впервые приводит человека на работу. Вы знакомы? Ты его друг? — сразу интересуется и показывает направление нашего пути. Слежу уже за другой спиной, идущей впереди. А ведь он так и не поздоровался в ответ.
— Нет, буквально вчера познакомились в баре, — произношу на автомате, поворачивая голову почти на триста шестьдесят. Все очень интересно. Даже и не думал, что по ту сторону экрана тоже есть такая энергичная, динамичная и захватывающая жизнь. Столько людей на один квадратный метр.
— Можешь тогда гордиться собой, — останавливается, пытаясь рассмотреть меня внимательней и понять, что разглядел во мне его начальник.
— И что это значит? — приковываю взгляд на мужчину.
— Наверное, в тебе он рассмотрел потенциал или посмотрел на тебя, как на свое отражение в зеркале. Мориса однажды хотели свергнуть с его собственного трона, но тот сказал, что сам найдет себе замену, когда придет время. Икону этого стиля не так легко пододвинуть. Видимо скоро придет твой час славы.
С этими словами и пролетел остаток дня. Из головы не выходили, как я не старался переключаться. Но вот это совсем не мешало мне вникать в суть дела. Я схватывал на лету всю информацию. И знаете, не плохо для первого дня. Я бы даже сказал интересно. Оказывается, вся эта закулисная жизнь не так скучна, как я думал изначально.
И меня захватило настолько, что я остался на этом канале на целых два года. И каждый день был ярче предыдущего. Моя карьерная лестница поползла вверх, я бы даже сказал полетела с немыслимой скоростью.
Через два года усердной работы Морис засунул меня помощником режиссера к своему другу в «НьюФильм». Обосновал он это тем, что сегодня я слишком мелко плаваю для своего потенциала. Он хотел видеть меня на пьедестале, и пророчил мне огромную карьеру.
— Однажды ты станешь знаменитым, — всерьез произнес Француа, хлопая меня по плечу.
— Я думал, ты хочешь, чтобы я работал на твоем канале и в твоей передаче вечно. Сам говорил, я бриллиант, который ты раздобыл.
— Нет. Это слишком мелко для тебя. Я тоже не вечно передачки снимаю. Я же был режиссером. Помнишь? Это как американские горки. Но кайф — неимоверный. Тебе понравится слава, не сомневайся. Это особый вид наслаждения, когда все актрисы, которых хочет весь мир — твои, — смеется он над этой шуткой. А я понимаю, что в каждой шутке только доля шутки, а остальное правда. — Свою передачу, ты создашь, когда наиграешься в крутого парня. Я называю это явление — выход на пенсию.
Это был один из последних разговоров за бренди.
Спустя год, работая помощником и впитывая все, что происходит вокруг, мне доверяют мою первую работу, комедия «Обычный день». Вот так, я стал тем, кем становиться даже не собирался. Одна встреча, которая могла и не состояться, полностью изменила и перекроила жизнь, чему я неимоверно рад.
Сейчас я могу с гордостью назвать себя режиссером. Надо мной нет начальника. Все работают на меня, и мои картины сразу залетают в топ, перекрывая бюджет только предыдущей моей картины. И да, Француа прав — все актрисы сами предлагают себя, лишь бы заполучить роль. Пользуюсь ли я такой приоритетностью? Нет. Я не хочу быть жалким подобием отца, который всю жизнь испортил всем, включая себя. Но моя минута славы еще не настала.
 
Я хочу взлететь еще выше.
  
Глава 25.1 Возвращение
 
Эрика
Даже не знаю, какой страны воздух более прелый и где мне легче дышать. Но в Японии, точно чувствовала себя легче. В Лос-Анджелесе мои легкие сразу сдавило где-то под ребрами, будто талию сжали в большой кулак и все мои попытки вздохнуть полной грудью оказывались бессмысленными. Раньше такого не было. Будто атмосфера вокруг предупреждала меня, что я поступаю неправильно, предупреждала о скорой неприятности или даже трагедии. Я впервые не счастлива, что вернулась в родной город. Вернулась домой.
Сбежав от всех проблем и неизвестности после выпускного, я окунулась в омут чувств и любви. Сначала, конечно, эйфория и бабочки в животе заглушили мою мечту, заставили порхать от одного вида любимого человека рядом. Но я ждала очень долго!
За три года, что я жила в любви в чужой стране, я жила и в несчастье одновременно. Кайл засовывал меня на второстепенные роли, в массовки, на дальний план. Да куда угодно, лишь бы подальше. Эта не та мечта, к которой я карабкаюсь!
Оказывается, счастье и любовь могут идти рядом и не соприкоснуться. Не подавать руки друг другу. Две параллели, как рельсы у поезда, вроде всегда рядом, на расстоянии вытянутой руки, но рычаг не работает, не переключается и не соединяется сам собой. А как надавить — мне неведомо до сих пор.
Конечно, за всем этим тянулись бесконечные ссоры, скандалы, обиды и выяснения отношений. Но любовь сглаживала эти углы, заставляла себя выдвигать на первый план, отодвигая все лишнее в дальний ящик. После таких выяснений отношений — секс просто крышу сносил нам обоим.
На долго ли?
Я так устала от этого! Стала раздражительной, нервной, уязвимой к депрессиям и скандалам. Плохое настроение стало идти попятам, наступая на пятки и сдавливая горло. Меня душило все, с чем я соприкасалась. Стала участвовать в кастингах, но все тщетно. Я столько раз ломилась в закрытую дверь, что даже сбилась со счета от этих проб, начала путаться в них, словно в лабиринтах. И вообще, такое унижение ходить на кастинг, когда на второй половине кровати спит режиссер в роли собственного жениха.
Но, такова моя реальность! Вернувшись обратно в свой родной город, я осознала и прочувствовала всю пустоту и отчаяние моего положения.
Ну Кайл, тебе придется найти мне роль! Ты прилетишь через неделю, и я добью этот вопрос!
Ну а пока я намерена найти Энтони и вытащить его за уши на эту встречу со мной. Мы не виделись три года, и за это время он написал мне раз пять, не больше. Раньше мы болтали почти каждый день, а сейчас? Явно что-то произошло в его жизни, и я хочу знать — что!
— Привет, — звоню ему и стараюсь говорить строго и обиженно. Не стоит спускать это дело с рук. Я в недоумении. Почему жизнь повернулась в такое русло? Докатилась, поплакаться не кому!
— Привет Эрика, — тихо и безжизненно произносит Энтони. Он даже не рад меня слышать, судя по напряжению в голосе!
— Я в городе, — тоже стараюсь держать эмоции под замком. Говорю почти официально, как оператор сотовой связи. Надеюсь, по телефону я себя не выдаю.
— Я рад. Когда ты вернулась?
— Вчера. А ты не знал. Представляешь, как я долго ждала хоть каких-то действий от тебя. Ну ничего, я не злопамятная. Позвонила сама, — все же нотки обиды Беккер должен прочувствовать в моем голосе.
— Прости. Много работы. Мы давно не общались.
— Целую вечность. Я рада, что ты хоть это понимаешь!
— Ты меня отчитываешь, как ребенка! — смеется тот нахал в динамик телефона, но я оттаиваю, понимая, что Тони не пытается закончить быстрее разговор и бросить трубку. Он веселый и беззаботный, значит не все так плохо.