Новогодний Jingle bells (СИ)

Я решив воспользоваться моментом быстро скинула блейзер и вздохнула полной грудью, как же жарко то. Выпив еще бокал ледяного шампанского начинаю двигаться в такт музыке и разливающимся по мне пузырькам. Неожиданно мое плечо сжимает огромная рука, от неожиданности испуганно поднимаю глаза.
Это Демид.
Его взгляд все такой же. Не читаемый и черный.
— Потанцуешь со мной?
Он как чертов заклинатель змей играет на флейте свою мелодию, и я вкладываю свою руку в его, шепчу «Да» и иду за ним.
Он касается меня по всем правилам этикета, рука на спине ни выше, ни ниже, Его руки не делают ничего противозаконного, но расстояние между нами чертовски неприличное. И отодвинуться подальше нет никакой возможности его рука крепко припечатала мою грудь к его.
Какого черта у меня соски встали?
Здесь же жара не выносимая, с каждым движением я задеваю ими его рубашку практически без преграды. Ткань моего платья за нее считать никак не получиться. Надеюсь он не чувствует этого. И я все больше жалею, что не надела какое-нибудь бюстье или не залепила соски скотчем на крайней случай. Я уже предчувствую неловкость, когда мне придётся идти за пиджаком к столу.
Мой взгляд утыкается в голый участок загорелой кожи виднеющийся из расстёгнутого ворота рубашки. Рот наполняется непроизвольно слюной, я сглатываю и поднимаю на взгляд. Демид даже не смотрит на меня, что дает мне возможность перевести дыхание. Но ненадолго, потому что я все еще кожей чувствую его сильное напряжение или не довольствие. Не могла я его так сильно разозлить, мы и не виделись эту неделю.
«Демид будет в бешенстве.»
Проноситься в голове воспоминание прошлой недели.
Господи, не может же он действительно из-за этого злиться? По видеосвязи, когда я орала на них он не выглядел недовольным, его тогда все это очень забавляло, тогда что?
— Ты чем-то не доволен? Ты злишься на меня? — выпаливаю вопрос прежде чем подумаю, а надо ли.
Он удивлённо переводит взгляд на меня. У него яркие зеленые радужки, он недоуменно смотрит на меня, а потом глаза ползут ниже и цепляют взглядом мое платье. И то что предательски торчит сквозь него. Его кадык дёргаться, и глаза заволакивает темнотой. Рука на спине напрягается. Он облизывает губу, а мне вдруг невероятно хочется попробовать ее на вкус.
— Нет, я не злюсь на тебя, — наконец отвечает Демид. — Неделя выдалась тяжелая. Если ты заметила я нечасто был в офисе. Хотел выпить с тобой кофе, но ты каждый раз сбегала.
Последнюю фразу он говорит уже чуть насмешливо. Черт, я думала, что успевала скрыться до того, как он меня вообще замечал, теперь мне стыдно за свои детские выходки.
— С Марком ты вполне мило общалась каждый день.
— Мы же по работе.
Музыка заканчивается и Демид провожает меня за стол благодарит за танец и исчезает, а я запахиваю пиджак. Меня трясёт от холода и от того, что на спине больше нет его горячей руки.
Спустя время я успеваю немного успокоиться, выпить еще бокал шампанского. От которого порядком хмелею. Стоит притормозить с игристым, стол ломиться от еды, а я съела пару закусок. У меня есть странный пунктик я не могу есть в компании незнакомых людей, максимум закуски или фрукты, а за столом еще девять человек и кажется все смотрят в этот момент на меня.
  
Глава 4
 
— Пойдем хочу, кое-что тебе показать.
Ухо и шею обдает горячим дыханием от чего, только что успокоившееся сердце начинает разгоняться с новой силой. Так и до инфаркта недалеко.
За спиной стоит Марк, улыбается и ждет, когда я встану, не предполагая, что могу ему отказать, а я не хочу. Эти двое явно прошли курсы по гипнозам, любое их пожелание исполняется не зависимо от работы моего мозга.
На работу пришла хоть и не хотела, танцевать пошла даже не подумав, а надо ли, учитывая странную реакцию моего тела на них, а сейчас иду следом за своим начальником в сторону неприметной двери. Яся! Тут твое чутье должно как минимум вопить, почему ты все еще продолжаешь идти за ним.
Марк толкает дверь, и мы оказываемся в коридоре где нас ждет официант, он протягивает плед. Марк забирает его и идет в сторону серебристых дверей лифта. Нажимает на кнопку вызова, и лукаво смотрит на меня.
 
— Пошли тебе понравиться.
Я подхожу и встаю рядом с ним, он накидывает на плечи плед.
— Там холодно. — Поясняет он.
Поднявшись наверх, мы выходим через открывшиеся двери лифта прямо на крышу, укутавшись в мягкую ткань, иду за Марком. На крыше стоят несколько лавочек и столиков все они присыпаны снегом, но дорожка к краю расчищена. Подхожу к парапету и замираю, распахивая глаза от увиденного.
Внизу переливается огнями город, который еще не успел затихнуть перед наступлением нового года, и, наверное, не затихнет даже в момент курантов. Вдалеке видны редкие шапки огней от фейерверков. От вида города, наступающего на порог нового года, захватывает дух, настолько, что я не сразу понимаю, что сзади меня обнимает Марк, в объятиях очень уютно.
Его рука проскальзывает на талию через плед. А другая отодвигает импровизированный воротник из ткани, в которую я замоталась практически по самый нос. Губами касается голой кожи шеи.
Восторг от вида закручивается вместе с вихрем возбуждения и бьет спазмом вниз живота и куда-то в район груди, перехватывая дыхание, из которой практически сразу вырывается стон, и голова сама отклоняется в сторону открывая лучший доступ к коже.
— Ты пахнешь праздником. — Еле разбираю шепот.
Его рука ползет дальше и через платье сжимает полушарие груди. На улице, наверное, — 20, а мне сейчас так жарко, что хочется скинуть все лишнее с себя. Что я уже готова сделать, но Марк отстраняется, поворачивает меня к себе, запахивает поплотнее плед и по-детски щелкает по носу.
— Пойдем внутрь, ты замерзнешь.
В моей голове каша, я не понимаю, что творю и зачем позволила зайти дальше. И как теперь быть?
— Ты хотела сегодня отмечать с друзьями? Когда ты уезжаешь? — спрашивает меня Марк пока мы спускаемся в лифте. Он стоит рядом абсолютно непринуждённо завязывает со мной разговор, будто это не он минуту назад лапал меня под пледом.
— Я? — мой мозг туго соображает после всего, так быстро перестраиваться я не умею. — А, да, то есть нет, я остаюсь тут.
— Не против поехать в другое место?
— А ничего, что начальство исчезнет со своего мероприятия? — спрашиваю я.
— Не думаю, что кто-то хватиться. — Улыбается мне Марк, а я начинаю улыбаться в ответ. — Все уже достаточно веселые, чтобы думаться о такой мелочи как начальство, я побуду еще полчаса, тебя отвезет Демид.
Двери открываются и у лифта нас уже ждет Демид.
— Поезжайте, я через полчаса подъеду, решу вопрос с Киселевым.
Марк подмигивает мне и хлопнув друга по плечу скрывается за дверью банкетного зала.
— Тебе надо что-то забрать? — Спрашивает Демид.
— Сумочку и я бы в уборную зашла.
В банкетном зале цепляю взглядом Марка, он стоит около пары лет пятидесяти и по-доброму улыбается, что я невольно засматриваюсь. Его собеседник смотрит на Марка и выглядит довольным. Я забираю сумочку со спинки стула и иду в туалет.
Без присутствия парней я могу спокойно дышать. Сердце все колотится как сумасшедшее, но мозг включается в работу задавая мне правильные вопросы. Почему я согласилась, и лучшая ли это идея уезжать с корпоратива не известно куда с двумя руководителями фирмы где я работаю?
После того случая с ними несколько лет назад я зареклась заводить какие-либо отношения на работе. И вот моя установка летит в тартарары, как и девиз сегодняшнего вечера «Раздраконить и не дать». Черт, в любом случае придётся уволиться. Ну до нового года продержалась — уже хорошо.
— Раздраконила здесь только ты себя Яся, — говорю своему отражению. И уже собираюсь уходить как дверь одной из кабинок открывается и из него выплывает Ирочка.
Заметив меня сверлит меня презрительным взглядом. Да что с ней не так?