Падай, я ловлю (СИ)

Вообще, Денис довольно милый. Черты лица немного женственные, но вкупе с низким ростом и субтильным телосложением, смотрятся вполне гармонично. К тому же, раньше он был самым легким из всех моих знакомых на подъем и с бесчисленным запасом идей, как весело и бюджетно провести время. Неплохой парень, по сути. И понять его можно попытаться. Но я не буду.
– Ну! – внезапно после минутного молчания басит Туманов.
– Я приехал с продуктами, а она мертвая! – выпаливает Денис и зажмуривается. – Ей уже все равно, а мне проблемы не нужны! И она холодная уже была, а лужа под ней начала засыхать… я не видел, кто это сделал! Не видел!
– Мужик где? – продолжает допрос Родион.
– Какой мужик? – обалдело бормочет Денис. – Не было никого мужика, только она.
Смотрит еще так, что не поверить сложно, но Туманов решает проверить.
– Поиграть захотелось? – хмыкает и напирает на него грудью. – Давай поиграем, принцесса.
Делает Денису подсечку и тот плашмя падает навзничь, постанывая от боли. Звука хоть и было предостаточно, расшибиться, падая с высоты своего роста он не мог, так что я лишь закатила глаза, Зотов шумно зевнул, а Родион наклонился и схватил парня за лодыжку.
– Что? – бормочет Денис, нервно дергая ногой. – Куда? Зачем?
Туманов молча тащит его по полу, собирая ковровую дорожку гармошкой. Когда проходит в одну из комнат, голова Дениски шмякается с горки ковролина на ламинат и тот затихает, смирившись с судьбой и перестав предпринимать свои жалкие попытки высвободиться. Но возле окна, которое широко распахивает Туманов, вновь оживает.
– Что вы делаете? Зачем?! Я не виноват! Я просто не хотел проблем! Клянусь!
– Как знать, – Родион флегматично пожимает плечами и дергает рукой вверх, поднимая Дениса в воздух, но сердце замирает у меня.
– Обожаю, когда он такой, – с наслаждением шепчет Зотов.
– Мужик, – напоминает Туманов Денису. – Раз.
– Да не видел я никакого мужика! – верещит парень.
– Два.
– Да клянусь! Зашел, она одна, даже тачки во дворе нет!
– Три, – хватает Дениса еще и за руку, скручивая в бараний рог и подвешивая в таком состоянии над подоконником, слегка раскачивая.
«А ведь мы почти одной комплекции», – успеваю подумать с тоской, прежде чем Денис своим поросячьим визгом не выбивает из головы все мысли, кроме одной – закрыть уши.
– Пиздец, – с отвращением бросает Зотов, также, как и я, приглушив сирену ладонями.
Родион же с невозмутимым видом и крайне бережливо опускает парня на пол и закрывает окно.
– Похоже, он не в курсе, – равнодушно сообщает нам результат своих умозаключений под всхлипы Дениски.
– Все равно гандон, – бурчу себе под нос и первой выхожу из квартиры.
Возле машины Туманова вижу угрюмого Даню и намерено сбавляю скорость до черепашьей, дожидаясь остальных.
– Привет, – здороваюсь тихо и опускаю взгляд.
– Привет, солнышко мое, – ласково приветствует Даня, наплевав на присутствие Туманова. Или в попытке что-то кому-то доказать, не знаю. – Что там?
– Да глухо, – отвечает Зотов недовольно.
– Это тот хер, на даче которого пряталась Кристина? – предполагает Даня. – До Сергеича так и не дозвонился. Его ищем?
– Безрезультатно, – паясничает Зотов, разводя руки в стороны и кланяясь.
– Не знаю, как вы, лично я начну с того места, где он точно был, – пожимает плечами Даня и, слабо улыбнувшись мне, идет к своей машине.
– На удивление здравая мысль, – сквозь зубы цедит Туманов. – Пристегнись, – бросает мне, едва я сажусь в машину.
Хоть и предчувствую грядущую гонку, а все равно почти полчаса еду с закрытыми глазами, борясь с тошнотой, пока два вроде бы взрослых мужика играют в шашечки на пустынной трассе. Не выдерживаю, набираю Борисову по громкой и, чуть только он отвечает, грожу сразу обоим водителям:
– Если вы немедленно не перестанете, я выйду на ходу!
И оставшиеся сорок минут еду относительно спокойно, обняв себя за сводящий в неясном предчувствии живот.
  
Глава 28
 
– Ну и дыра, – брезгливо морщится Зотов, сунув руки в карманы явно недешевых брюк. – Прям как та, в которой я провел детство, – хмыкает неожиданно и шумно втягивает носом ароматы луга и компоста.
 
Зябко ежусь в своей футболке и шортиках и поддерживаю разговор на отвлеченную тему, краем глаза видя, как Родион возвращается к машине:
– Ты рос в деревне?
– До средней школы и каждое лето после. Лучшее время в моей жизни, – делится Зотов с ухмылкой. – Не ожидала? – интересуется самодовольно.
– Удивлена, что только до средней школы, – роняю, разглядывая ясное небо, усыпанное звездами. Красиво до невозможности, если абстрагироваться от цели нашего визита и вообще от реальности.
– Стерва, – прыскает Зотов беззлобно, а я задираю подбородок повыше, любуясь видом и пропускаю момент, когда подходит Родион и опускает на мои плечи мягкий тонкий плед.
– Спасибо, – бормочу, почему-то смущаясь.
– Начнем из дома, – Родион звякает связкой ключей, подбрасывая их на ладони.
Когда открываем калитку низкого заборчика колышками и подходим к дому, замечаю Даню, разглядывающего траву. Зотов свистом обращает на нас его внимание и кивком подзывает.
– Пошли, покажешь, где лежала.
– Тут, – кивает на пол в просторных сенях, больше напоминающих закрытую террасу. Окна во французском стиле поделены на секции и тянутся по двум стенам. Диван, два кресла, полукруглый обеденный стол, рукомойник. Крошечные подушечки, пледы, скатерть. Днем тут, должно быть, очень уютно и светло.
– Как? – открывает рот Туманов.
– Есть разница? – огрызается Даниил.
– Есть, – спокойно отвечает Родион и даже поясняет, хотя, думаю, больше для меня: – Можно прикинуть, как стоял убийца и что он в этот момент видел.
Даня с недовольным лицом приседает, а Зотов язвит:
– Не ссы, хозяин тут все вылизал, почище твоих яиц будет.
– Хочешь исправить ситуацию с моими яйцами? – в тон ему отвечает Даня. – Валяй, у меня так давно никого не было, что может даже понравиться.
Туманов тихо хмыкает, также как и я уловив главный посыл этой мерзкой перепалки, но диалог продолжает по делу:
– Где было пулевое отверстие?
Даня приставляет к своему лбу пистолетик из пальцев и имитирует выстрел, а я отворачиваюсь к окну, не желая смотреть этот спектакль. Пока Родион бродит по помещению, выискивая нужный ракурс, замечаю, что одной из нижних секций окна отсутствует стекло и начинаю движение в том направлении одновременно с ним.
– Здесь все такое ухоженное, сложно представить причину, по которой хозяева так пренебрежительно отнеслись бы к окну, – размышляю вслух.
– Как раз напротив, – замечает Родион. – Если там пулевое отверстие и ты хочешь скрыть этот факт – проще вынуть стекло, а уж после заморачиваться с новым. Но это второй выстрел и предназначался он кому-то другому. От первого след на ножке стола, прикрыт чистой скатертью. Прогуляемся.
По пути он достает из кармана фонарик, но включает лишь когда подходим к нужному окну с улицы. И только в тот момент я понимаю, почему: он ультрафиолетовый.
– Напрягаемся и ищем темные пятна, – говорит разом всем. – Это кровь.
Трава и листья причудливо отражают ультрафиолетовые лучи, я просто пялюсь на них, как завороженная, пока мужчина топчутся вокруг пятачка света, старательно вглядываясь.
– Он стоял примерно вот так, – позирует Зотов у окна, быстро потеряв интерес к траве. – Если попали не прямо в яблочко, на земле ничего не будет. К тому же этот деятель, что прибирался, мог окатить тут все водой из шланга.
– Верно, – кивает Родион и возвращается в дом, а через пару минут выходит и начинает исследовать уже редкие ели. – Кажется, что-то есть, – отпускает ветку, идет до самого забора, рассматривает его и удовлетворенно выключает фонарь. – Бинго.
– Итого мы узнали, что какой-то мудак палил в окно, – кривляется Даня.
– Нет, мы узнали, что мудак попал, – отражает Туманов самодовольно. – Я нашел пулю и на ней следы крови. Но вряд ли оставили одну, а забрали другого, так что наш детектив ушел сам. Вопрос – куда? И еще один. Если ты проезжал мимо и видел машину, а пока ставил свою, ее не стало, какого хуя не слышал два выстрела? Ночь, деревня, звук хорошо разносится и никакой глушитель не поможет.