Падай, я ловлю (СИ)

От последнего замечания точно удар под дых получаю. Опускаю глаза и сажусь прямо, молча дожидаясь, когда он наконец-то тронется с места и сосредоточится не на мне, а на дороге.
– Давай без резких движений, ладно? – вздыхает примирительно. Молчу. – Саш, – тянет приглушенно, подаваясь чуть вперед, а у меня мурашки по телу волной проносятся. – Перегнул утром. Не думаю, что ты замешана во всем этом. Точнее, замешана, но как-то иначе и не в том. Борисов что-то мутит, я пока не понял что.
– Правда не думаешь? – мямлю, поворачивая голову.
– Правда. И доказывать это не нужно, – просовывает руку между передними сиденьями, ломает один цветок и протягивает мне. – Мир?
Забираю и подношу к носу, втягивая чарующий аромат. Хоть немного перебивая его запах, которым наполнился салон.
– Надо найти мужика, который набросился на меня в баре и спровоцировал драку, – выдаю на выдохе.
– Драку спровоцировала ты, – замечает со смешком и, бросив на меня озорной взгляд, плавно трогается с места.
  
Глава 15
 
– А что мне нужно было делать? – бурчу недовольно.
– Что обычно делают девушки, когда до них домогается пьяный придурок? Визжать и звать на помощь.
– Вот сам и визжи, – огрызаюсь, а он прыскает, – а у меня бутылка под рукой и ни малейшего желания проверять, захочет ли кто-нибудь заступиться. Народец туда, знаешь ли, разный захаживает, а у этого через всю рожу крупными буквами – семь классов.
– Воображаемую надпись ты прочитать успела, а приметы запомнить – нет.
– Если бы знала, что понадобится, сфотографировала бы, – ворчу и бросаю на него хмурый взгляд.
– Ладно, не злись, – посмеивается тихо. – Дам задание сыщику. Сойдет за личное, синяк у тебя приличный.
– Какой еще сыщик? – переспрашиваю обалдело.
– Обычный. На окладе. Не самый бесполезный кадр, должен заметить.
– На окладе? Прямо в штате, то есть, скажем, Даня тоже может к нему обратиться?
– Любой из партнеров. К чему вопрос? – Старательно пересказываю сплетни, Родион внимательно слушает и какое-то время рулит молча, размышляя. – Картинка вырисовывается. Ты молодец, но больше так не делай.
– Не общаться с людьми?
– Не сбегай от меня.
– Во-первых, не от тебя. А во-вторых, ты бы мог завершить мою вылазку еще в кабинете Демидова, – отмечаю не без язвительности.
– Потому что задумка неплоха. Реализация подкачала только, Саш, – бросает на меня сердитый взгляд.
– А если бы я ей поделилась, ты бы позволил?
– Нет.
– Вот тебе и ответ.
– Моя главная задача – обеспечить твою безопасность.
– Передав на руки дружку, которого сам подозреваешь во всех смертных грехах, – заканчиваю ехидно.
– Он тебя и пальцем не тронет.
– Именно. И когда я снова буду падать, проследит взглядом.
– Не будешь, – заявляет уверенно, а я тихо хмыкаю, устав припираться. – Нет уж, поясни, – давит, неудовлетворенный ответом без слов.
– Да глупости все это, Родь, – отвечаю мягко. – Ты – ценное звено цепи. Им нужна площадка для проведения турниров, стабильная в легальном бизнесе, это все понятно. Но я – совершенно другое дело. И за мной придут, как только ты отвернешься. У них бизнес простаивает.
– Ты и права, и ошибаешься. А я был уверен, что в деле как минимум один партнер, но теперь сильно в этом сомневаюсь, а значит, ситуация гораздо опаснее, чем казалось изначально. Пока выясняем, с какой целью Борисов заманил тебя в «Дублин», от меня ни на шаг.
– Как ты себе это представляешь? – вздыхаю.
– Это проще, чем кажется, – пожимает плечами. – Для работы мне нужен только ноутбук, к месту не привязан. Остальное – вместе.
– Ты будешь таскать меня с собой? – удивленно приподнимаю брови.
– Мне так спокойнее. Когда ты рядом.
Конечно, он имеет ввиду совсем не то, от чего у меня пульс вдруг ускоряется. Отворачиваюсь к окну, чтобы он не смог ничего прочесть по лицу, бросив взгляд, но кажется, будто моими эмоциями салон наполняется. Точно осязаемые. Прикоснуться, положить на ладонь. Смять и вышвырнуть в окно.
– Мне жаль, что я втянул тебя в это, – произносит негромко. – Есть еще два варианта, но они тебе не понравятся.
 
– Какие? – уточняю почему-то шепотом.
– Ты уедешь, на время. Где ты буду знать только я.
– Нет, ни в коем случае! – восклицаю и отрицательно мотаю головой. – Они же к брату придут меня искать, у него Иришка беременная! Нет, ни за что. Пусть знают, где я.
– Так и думал.
– А второй?
– Ты умрешь. По документам. Я все устрою.
– Спятил? – мямлю задрожавшими губами. – Папа тогда совсем с тормозов слетит, года не пройдет, как не станет. И Иришка… она меня любит, это нервы, опасно. Нет. Ни в коем случае.
– Тогда привыкай к моему присутствию. Быстро это не закончится.
– Хорошо, – выдыхаю, успокаиваясь. – Какой план на завтра?
– Завтра дома. Мне нужно спокойно поработать и подумать. Никто не удивится, что мы закрылись на сутки.
– Заедем за продуктами? Холодильник пустой.
– Твоя лучшая идея, – улыбается и открывает карту в телефоне, присматривая круглосуточный супермаркет поближе к моему дому.
Через час проходим в квартиру. Он – боком, нагруженный пакетами. Я – пру свой букет, пытаясь не радоваться его наличию.
– Палево, вообще-то, – приподнимает сумки и опускает их на пол. – О еде в таких случаях думают в последнюю очередь.
– Не знаю, Родь, – фыркаю, стягивая кроссовки. – На тебя посмотришь, вполне можешь и совмещать.
– Если девушка широких взглядов, – ухмыляется и наклоняется, развязывая шнурки.
Глупо хихикаю, представив картину, и сбегаю к кладовке, несколько увлекшись в своих фантазиях. Наливаю ведро ледяной воды, борюсь с соблазном окунуть в него голову и вздрагиваю, когда он спрашивает из-за спины:
– Не поднимай. Куда поставить?
– Да где-нибудь в комнате не на проходе, – бормочу, неловко меняясь с ним местами в тесном пространстве.
Разбираю продукты, он заканчивает с цветами и приходит помогать. То и дело сталкиваемся, соприкасаемся, голова уже кругом от него.
– Тебе спать не пора? – брякаю, когда терпение заканчивается.
– А тебе?
– Я планировала готовить. У меня по графику смена, все равно не усну.
– Надо менять этот твой график, – ворчит и продолжает этим заниматься, выходя с кухни: – Ночью надо спать или трахаться. Третьего не дано.
С тоской кошусь на дверь, мысленно выбрав второй вариант. Закрываю поплотнее и бахаю на плиту кастрюлю под мясо.
Через три часа, обливаясь потом, крадусь в душ. Снимаю повязку с плеча и, решив, что рана достаточно затянулась, с наслаждением встаю под прохладные струи. Выхожу, обмотанная полотенцем, слышу тихий стук ложки о тарелку. Заглядываю на кухню и начинаю сдавленно смеяться, придерживая на груди свое одеяние.
– С ума меня свела этими запахами, думал сдохну, – жалуется и закидывает в рот очередную порцию. – Вкусно, Саш. Не думал, что ты готовить умеешь.
– По ресторанам мне не на что ходить, – пожимаю плечами и сглатываю обильно выделившуюся слюну, так все аппетитно выглядит. И борщ, и мужик, сидящий на моей кухне в одних трусах и уплетающий мою стряпню.
Сдаюсь и наливаю себе, устраиваясь рядом.
– В четыре утра я еще не обедал, – ухмыляется, глядя на то, как я натираю зубчиком чеснока ломоть черного хлеба. – Оберег от приставаний?
– Чеснок отпугивает только вампиров и придурков, – играю бровями и откусываю смачный кусок. – И если уж жрать ночью, то с удовольствием.
– А Борисову готовила? – спрашивает вдруг.
– Бывало, – пожимаю плечами, помешивая горячий суп. – Особенно в последние пару месяцев, когда уже друг другом насытились.
– Достойная альтернатива, – чешет бровь и берет свою тарелку, поднимаясь, – пожалуй, мне нужна добавка. А ты накинь что-нибудь, пока стынет. Так и кастрюли не хватит.
– А ты вампир или придурок? – роняю тихо и опускаю голову в ожидании ответа.