Опричник-3. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ)

— Очень смешно, — хмыкнул я, снимая дощечку с ручки. — Особенно учитывая, что гусей вместе с лебедями ты забрала с собой. Слава богам, — с облегчением проворчал в никуда. — Иззи, пусти гостя в дом, пожалуйста.
Откроет, или придется танцы с бубнами устраивать? Точнее, ключ-слово вспоминать. Иззи распахнула двери после секундной заминки.
— Вот и славно, спасибо, Иззи, ты замечательная хозяйка, — похвалил я магический домик.
  
Не успел договорить, как на столе в столовой появилась белоснежная скатерть, из ниоткуда вырос самовар, сверху на конфорке возник пузатый чайничек, исходящий паром. Со скоростью незаметной человеческому глазу, стали появляться тарелки, миски, блюдца с разнообразной снедью, с вареньем и джемами, пирогами и пирожками. Последней на столе появилась расписная громадная чашка где-то на пол-литра в компании большого блюда с гигантской стопкой блинов.
— Вот за это отдельное спасибо, хозяюшка, — от души поблагодарил заботливую избушку. — Мне бы руки помыть да душ принять… — закинул удочку.
Распахнулась дверь в знакомую спальню, куда я и отправился приводить себя в порядок. Через полчаса, вымытый, в чистой одежде, я сидел за столом, наворачивал блины и сожалел, что Ягини не оказалось дома. Мне не терпелось поделиться с ней новыми знаниями, рассказать принцип действия корабля, на котором Яна вскоре будет летать по всей Нави.
После сытного вкусного завтрака потянуло в сон. Недолго думая, решил малость передохнуть, заодно прикинуть свои дальнейшие действия. Но перед тем, как нырнуть обратно в спальню, вышел на крыльцо, оглядел окрестности, прислушался. Ни гусынь, ни лебединь не наблюдалось. Ну и слава богам, честно говоря, укатали сивку веселые раскрепощенные горки. Я перевел дух и пошел спать. Уже засыпая, подумал: «Каких тогда гусей имела ввиду Яна?» Додумать не успел, меня вырубило.
Проснулся резко, кинул взгляд на часы, оказалось, спал всего-ничего, час-полтора, а по ощущениям как будто сутки подушку давил выспался. Во всем теле легкость, в голове мысли по полочкам, в руках зуд от желания работать.
— Иззи, Яна вернулась? — поинтересовался у избушки, не рассчитывая на ответ.
Но ответ нарисовался на той самой доске, на которой Ягиня оставила мне послание. Из ниоткуда появился кусочек мела, и чья-то невидимая рука написала одно слово: «Нет».
— Ну, нет, так нет, — заметил я. — Иззи, хорошо бы кофе, бумагу, карандаши, точилку и прочие чертёжные инструменты. Организуешь, милая? — ласково попросил избу.
На столе один за другим стали появляться н озвученные вещи. На отдельном подносе образовался большой кофейник, вместительная чашка, кувшин со сливками, сахарница.
— А вот за размерчик отдельное спасибо, милая. Ты явно знаешь толк в удовольствиях, — с удовольствием заметил я. — Терпеть не могу пить кофе из наперстков. Оно конечно, может и положено так по правилам и прочим этикетам, но мне вкуснее из большой кружки.
Налив бодрящего напитка, я вышел на крыльцо, присел на ступеньки и принялся неторопливо планировать свой день. Непонятно, на какое время отбыла Ягиня по своим рабочим делам, в любом случае, мне повезло. Тишина и покой — то, что нужно для хорошей работы. Для создания корабля у меня теперь было все необходимое.
Водяница напоследок щедро меня одарила. То ли по доброте душевной, то ли в ответ на мой подарок расщедрилась. Родовое кольцо, от чистого сердца подаренное чужому человеку, пусть даже и навьему существу, это как признание Родом чужой крови. Почти родня, почти побратимство. Или в нашем с царевной случае посестринство? Тьфу ты, глупость какая в голову лезет!
Я отхлебнул кофе и ухмыльнулся. В случае с Наядой это, скорее, по знакомству через постель. Ну да боги с этой философией. Кольцо царевне я отдал сознательно и действительно от чистого сердца. Помогла мне водяница, ох, как сильно помогла. Меня просто распирало от идей и возможностей.
Да и подарок щедрый. С такими инструментами да с такими знаниями я достаточно быстро поставлю род Сваровых на ноги. Верну роду оружейников былую славу, мощь и силу. Обеспечу сестренку таким приданным, что мелкая по собственному желанию сможет выбирать себе супруга, не опираясь на интересы нашей маленькой семьи.
Хотя, конечно, тут я кривлю душой. Даже при таких моих более чем демократичных рассуждениях, хорошо бы совместить два в одном: выдать малую замуж по взаимной любви, но при этом соблюсти выгоду для Рода. Связи и поддержку никто не отменял. А двум Сваровым, как не печально это признавать, до полного восстановления и возвращения всех земель и влияния ох как далеко.
«Женись на моей невесте, и убьешь одним ударом двух гусей», — завел свою шарманку старший брат.
Я проигнорировал реплику, одним глотком допил кофе, поставил кружку на перила, снял пространственное кольцо и принялся сосредоточено в нем рыться, доставая нужные инструменты и материалы.
Царевна в самый последний момент подкинула мне знатный подарок: пузырь жабо-птицы. Не знаю что за зверь такой, как выглядит, но водяница заверила меня, что без него воздушный корабль не построить.
Я вытащил пузырь, повертел его в руках, закрыл глаза, припоминая конструкцию, которая привиделась после мозгового штурма. Ну и зачем мне эта маленькая часть жабы, пусть даже летающей? Баллонеты, которые по моей задумке, будут наполнены двумя стихиями, из этого пузырика не сделаешь.
— Ох, ты ж… вот оно, решение… — выругался я вслух, вспомнив, что мне привиделось в том самом странном не то сне, не то реальности после употребления русалочьей настойки. — Точно… Его же можно раздут до невероятных размеров, как же я мог забыть!
Я подорвался с крыльца, подхватился в избу, сгреб все тарелки поближе к самовару, освободил место под большой лист желтоватой бумаги. Не стал даже прикидывать, из чего делают листы для письма в этой части Нави. Точно не из водорослей, судя по цвету. Короче, без разницы, главное, бумага и карандаш имеются, идея в голове покоя не дает.
Разгладил лист, положил на край стола пузырь жабо-птицы для наглядности, успокоил разум и дыхание короткой дыхательной гимнастикой и принялся рисовать схему-чертеж во всех подробностях.
Рисовать решил полномасштабный летучий корабль, а вот делать задумал сначала пробник. Небольшой двухместный аэростат. У меня до сих пор от полета в ступе спина скрипит, как вспомню, так и хочется настучать по голове конструктору. Хотя, учитывая, кто конструировал летательный аппарат, все закончится другим видом борьбы.
Я с головой погрузился в работу над чертежом. Расписывал малейшие детали, убирал лишнее, добавлял нужное, совершенствовал идею от начала до конца. В голове то и дело всплывали ночные разговоры Наядой. В перерывах между нашими, скажем так, сеансами, мы умудрялись обсуждать научные открытия, изобретения и самые безумные идеи.
Помнится, я доказывал водянице, что принцип создания летучего корабля совершенно прост. Особо упирал на то, что это стало очевидно после того, как изобретательница рассказала мне про ступу. Ну и концентрация знаний помогла во время мозгового штурма.
— Начнем, пожалуй, с наружной оболочки. Пожалуй, попробую синтезировать её из паучьих нитей, которые раздобыл у царевны.
Так за разговорами и обсуждениями с самим собой, я и коротал время, разрабатывая модель летучего корабля, припоминая наши разговоры с водяницей.
Наяда действительно оказалась талантливым конструктором, даже гениальным. От скуки царевна все свои безумные идеи облекала в вещественную форму. Так что мы с ней быстренько нашли общий язык, ну и царевна поделилась кое-какими материалами, за что я ей искренне признателен.
  
Решено, наружку сооружу из тонких паучьих нитей. Тонких, и очень плотных. Воздух они не пропускают, царевна уверяла, что кокон, в котором пауки хранят свою добычу, невозможно ничем пробить. К тому же членистоногие обладают зачатками водной стихии, поскольку предпочитают жить в водоемах, умеют даже скользить по воде, не намочив многочисленных лапок. Вот эти их свойства я и использую. Воздух и вода сплетутся в единый организм с самого начала. Этими «косами» будет оплетены весь летучий корабль. Они, как артерии. Пройдут через все судно, от кормы до носа, от руля до самой гондолы.