Опричник-3. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ)
— Людская глупость с веками не меняется, — хмыкнула Ягиня. — Каждый раз, когда читаю ваши сказки, поражаюсь человеческой тупости. Сказано: не жги лягушачью шкурку — беда будет, вернись вовремя к суженому, не бери пера золотого, не трогай золотую уздечку… Так нет же… Жадность и глупость — ваше второе имя, — проворчала Яна.
— А если шкурку не сжёг бы? — одолело меня любопытство.
— А если — не считается, — отрезала девушка.
— Яна, всё понимаю, жаль, не в моей власти отмотать время назад. Прости, — я взял девичью ладошку в свои руки, нежно пожал, всем своим видом выражая искреннее раскаяние. Впрочем, я нисколько не приукрашивал, мысленно действительно костерил себя последними словами за оплошность.
— Ладно, что было, то прошло, — смягчилась стражница, оценив выражение моего лица. — Что ты молодец, не весел, что головушку повесил? — тут же поинтересовалась Ягиня с лёгкой усмешкой и аккуратно, но настойчиво, забрала свою руку из моих ладоней.
Я собрался с мыслями и рассказал Яге практически всё, что случилось на приёме у Кощея Бессмертного, включая последние слова тёмного князя.
— Так что послал меня Его Темнейшество далеко, но ненадолго. Дал три месяца и три дня, иначе всё… — я посмотрел на Яну, желая увидеть реакцию на мои слова.
— Не знаю, что меня ждёт, но князь сказал, останусь в Нави, если службу не выполню.
— И останешься, — задумчиво кивнула девушка.
— Ян… я тут подумал… может, поможешь по старой дружбе? Подвезёшь к месту? Судя по карте, пешком я и за три года не дойду, — закинул я удочку во второй раз. В первый раз не повезло, глядишь, сейчас посодействует.
— Человек, да ты никак белены объелся? Или головой в кощеевых апартаментах стукнулся? — изумилась Ягиня и расхохоталась.
Заливистый девичий смех отразился от тёмных стен и покатился эхом по коридорам.
— Попробовать стоило, — огорчился я.
— Ты меня с Серым Волком-то не путай, я тебе не Конёк-Горбунок и не золотая рыбка, — фыркнула Яга. — Я — Страж границ заповедных. У меня и без тебя дел выше замковых флюгеров.
— Так ступа-то у тебя шустрая. Мы б на ней раз-два и готово, — зашёл я с другой стороны.
— Опричник, ты говори-говори, да не заговаривайся, — Ягиня нехорошо прищурилась. — Мне, Стражу пределов, всё бросить, плюнуть на свои обязанности, на клятву защищать Навь от разрушения барьеров, и повезти человека за тридевять земель? Словно я извозчик какой? За просто так? Человек, тебя Владыка точно головой об пол не ронял? — с сомнением закончила свою речь Яга.
— Ну, ронял… — пошутил я. — Попробовать-то всё равно стоило.
— Оно и видно, — хмыкнула стражница. — А когда обратно ставил, видимо, шарики с роликами местами поменял, винтики вставил. Бывает, перепутал случайно.
— Ты чего такая злая, красна девица? Али обидел кто? — поинтересовался я, понимая, что помощь мне, похоже, не светит. — Я же извинился!
Яна демонстративно вздохнула, закатила глаза, всем своим видом транслируя мысль о том, как с человеками сложно общаться. Затем откинулась на спинку кресла, достала пилочку, и принялась пилить ноготки. Я вздрогнул, закрыл глаза, открыл, но нет, передо мной по-прежнему сидела Яга. Больше я их с Колокольчиком не перепутаю.
— Как же с вами, человеками, сложно! — снова вздохнула стражница и принялась рассуждать вслух, словно меня здесь и не было. — Вот, скажем, приглянулся тебе человек. Показался даже человеком, а не прямоходящей обезьяной. Но нет… Показалось… Обезьяна и та прислушалась бы к предупреждению. А этот наплевал с высокой колокольни, амулет угробил, а теперь норовит ещё и на шею забраться, ножки свесить и погонять. Думает, извозчика нашёл.
Я, честно говоря, малость опешил от подобной интерпретации собственной просьбы.
— Ян, ты не понимаешь, то другое… — начал было я, но слова застыли в глотке, едва увидел красноречивое выражение на лице девушки: «Ну я же говорила — тупой человек». Почти угадал, кстати.
— Ну да, ну да… — хмыкнула Яга. — А ты представь себя на моём месте. Ушёл ты такой на службу из дома родного. Возвращаешься, а тут глядь, припёрлась с Нави тварь тёмная и непонятная. Пригляделся, вроде нормальная тварюшка, можно с ней по-хорошему пообщаться. И даёшь твари шанс, вручаешь знак Рода, как символ защиты. Потом отводишь на встречу с царём. Перед тем как представить государю, просишь вести себя вежливо и язык держать на привязи. А тварюшка дурная, в чужом доме государю хамит, дерзит, только знак защиты и спасает её дурью голову от верной смертушки. И после всего, что учудила, гадость пришлая хочет, чтобы с ней продолжали носиться, как с писаной торбой. Покатай меня, большая черепаха, — скривилась Ягиня. — Так, что ли?
— Я бы за меньшее убил, — невольно вырвалось у меня.
И хотел бы возразить, да нечем. Я вдруг осознал, что в какой-то мере Ягиня права. Привык действовать по-другому, не подумал, что в Нави другие правила. Это в Яви, в рейдах, мы привыкли, что сильнее всех, практически бессмертны и нам нет равных. А здесь, в Нави, как выяснилось, мы скорее детишки перед сущностями, живущими сотни, а то и тысячи лет. У них своя мораль, свои законы, свои понятия, своя правда.
Захотелось поговорить с предками, спросить совета. Я мысленно окликнул отца и деда, но не услышал привычного ворчания и строго-добродушного приветствия от родителя. В голове царила непривычная тишина. Похоже, Древо по каким-то причинам осталось в том самом зале, где Кощей Бессмертный демонстрировал генеалогические чудеса и кровное родство.
Когда я уходил, духи общались друг с другом, позабыв про меня. А вот куда делись родители, бабушка с дедом и старшим братом, я так и не понял. Не удивлюсь, если весь Род сейчас дружно перебирает, так сказать, листву, отслеживая тёмную кровь. Или допрашивает дядьку, с которым я так и не успел поговорить.
И тётку, кстати, я тоже упустил, тёмную колдунью. Тёмный повелитель вроде говорил, что она до сих пор жива-здорова. Это ж сколько ей лет? Или правильней спросить — сколько веков? От этой мысли затылок похолодел, а позвоночник словно кто-то ледяной рукой погладил.
Сумбурные мысли и последние слова Ягини, как ни странно, навели на идею. Сказки, говоришь… Ну, сказки так сказки… Я прикинул все за и против, решил, что терять мне в принципе уже нечего, и вежливо заговорил:
— Не губи меня, красна девица, я тебе ещё пригожусь.
Однако мои слова вызвали совершенно не ту реакцию, на которую я рассчитывал.
— Ты, никак поселиться у нас надумал?
— Не понял? С чего так решила? — удивился я.
— На тебе служба Владыке, да поди не одна, а три. Во-о-от, — довольно кивнула Яга, когда я подтвердил кивком её слова. — Хочешь всю жизнь долги выплачивать? И как же ты мне отплатишь? Службой? Ты, человек? Не смеши меня. Идём. Наше время вышло.
Ягиня грациозно поднялась с кресла, стряхнула с плеча невидимую пылинку и, плавно покачивая бёдрами, двинулась к лифту. В любое другое время я бы и оценил, и полюбовался, но после задачки, которую Яна задала, стало как-то не до девичьих прелестей.
Я задумался: а реально, какую службу придумать? Чем я могу помочь могучей колдунье, у которой всё есть? Виски на мгновение сжало, словно обручем, а затем послышался голос деда: «Замуж позови, авось сработает?»
«Угомонись! Ещё не хватало на старухе жениться! Да она внучка съест и косточек не оставит!» — это уже бабушка.
«Она — Страж, осмелюсь предположить, оружие ценит несмотря на то, что девица», — задумчиво пробормотал отец.
«Да какая она девица!» — хохотнул дед.
«Седина в бороду, бес в ребро. Кто о чём, а вшивый про баню», — шикнула бабушка.
«Ты прав, отец, хорошая идея. Нужно оружейную службу предложить. В старые времена оружейникам из Рода Сваровых и города дарили. А тут всего лишь к месту провести, невелика работа, — к разговору подключился старший брат. — Жениться не предлагай. Славы Роду не принесёт. Хотя дети одарёнными будут, это к бабке не ходи», — цинично выдал братишка.
«Не тормошите мальчика! — вступилась матушка. — Сам решит. Он к вам за советом, а вы устроили обмен любезностями», — возмутилась графиня.