Опричник-3. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ)

«Хорошо», — задумчиво пробормотала Гринпис и ненадолго ушла в себя.
«Свар, — раздалось через пару минуту. — Я тут попробовала кое-что… Если я наблюдаю за территорией через Морга, то во время усиленной концентрации синхрон как будто подключается ко всем остальным нашим. И я могу видеть мыслеформы… Нечётко, как в поломанном телевизоре…»
«Любопытно. Впервые с таким сталкиваюсь».
  
«Может у него в голове какой-то передатчик? — с сомнением спросила Гринпис. — Происходит усиление связи и… И дальше я не понимаю».
«Озадачим Коржика, пусть думает, — решил я. — Ты продержишься на постоянном усилении? Удержишь этот твой телевизор? Думаю, я смогу поймать твои мыслеформы».
«Думаю да… Мне же никуда не нужно идти… Сосредоточусь, а малыш меня поддержит и защитит», — неуверенно сказала Гринпис.
«Давай попробуем, если что, отключая телек и просто синхронь всех наших», — велел я.
«Хорошо».
И телеантенна по имени Гринпис заработала. Честно говоря, такого я не ожидал. Конечно, я не видел глазами опричников, но в полной мере подключался к их ментальному транслятору, хоть и с жуткими помехами. Тем не менее, синхронизация наших мыслей, эмоций и чувств помогла мне работать на опережение.
«Ребя-а-а-тушки, а что это вы тут делаете?» — раздался голос Колокольчика.
«Ло! Стоять! Медленно опусти оружие, и живо на точку сбора!» — рявкнул я, наблюдая, как кончик катаны остановился в миллиметре от выпученного глаза пьяного наёмника. Крупный мужик внезапно кинулся под ноги Ло, успел отвесить графине комплимент и приложиться громадной ладонью к неприкосновенной попке нашей психической.
Смертник протрезвел моментально, колокольчики не успели допеть свою песню. Теперь бугай стоял, не дыша, глядя в сосредоточенные глаза Колокольчика, даже не пытаясь дёргаться.
«Ну, хоть пнуть-то можно?» — страдающим голосом произнесла графиня.
«Пнуть можно», — разрешил я.
«А…»
«На точку. Быстро. Без трупов на твоём пути»,
«Вот так всегда, на самом интересном месте.», — пробурчала графиня, убирая катану и отвешивая мужику солидный пендаль.
«Живи и помни мою доброту», — разрешила Ло и покинула гостеприимный переулок.
— Одной проблемой меньше, — пробормотал я. — Если Ло дать волю, она зачистить весь Нижний город. А отдуваться потом мне, — проворчал я себе под нос, переключая своё внимание на остальных.
Остальные шли без происшествий. Бермонт пёр танком, от него неприятности отлетали как гранаты артефактной брони. Призрак двигался по теням. Коржик едва не зацепился языком с каким-то психом-изобретателем, но быстро сообразил, что бродяга с непонятной конструкцией в руках — местный шулер. Но штуковину на всякий случай отобрал, чтобы на досуге разобрать её на запчасти: вдруг что-то да в ней есть. Гринпис вернулась вместе с головой Беса к водонапорной башне.
— Ты псих? –смутно знакомый голос вырвал меня из наблюдений.
Я сначала даже не понял, кто встрял в мой разговор с опричниками. Потом сообразил, что это Димон, который наблюдал картинку со стороны. Иногда я дублировал мысли вслух как, например, с Колокольчиком. Со стороны смотрелось действительно ненормально: по улицам города с хорошей скоростью несется опричник, и разговаривает сам с собой. То-то я и смотрю, мы прошли уже пару кварталов, а к нам до сих пор никто не пристал с просьбой подать на хлебушек.
— Ментал, — коротко напомнил я.
В глаза Димона мелькнуло удивление. Ну ещё бы. Сомневаюсь, что ещё кто-то кроме нашей команды отморозков умеет так долго поддерживать ментальную связь с таким количеством людей. И контролировать действия на большом расстоянии. И всё это на бегу.
— А… — но договорить Димон не успел, я заорал: «Куда ты прёшь? Бер! На хрена ты проломил стену?», — одновременно махнув рукой, чтобы контрабандист не отвлекался на ерунду, и мы продолжили путь.
— Охренеть… Так и долбануться недолго, — бурчал рядом со мной Димон, время от времени вздрагивая от очередного моего вопля. Так мы и мчались по улицам, распугивая местное население моими злыми выкриками и приказами.
«Фу, Колокольчик! Фу! Оставь маньяка в покое! Нет, не надо ему ничего отрезать! Сам сдохнет от страха!»
«Коржик, верни рупор на место. Ну и что, что он с глазами и моргает! Ну, вот такое здесь видеонаблюдение!»
«Гринпис, ты как там?» — поинтересовался я и вспомнил, что Зверева терпеливо ждёт на точке, а Бес молчит, потому что она ему рот заткнула.
— Слышь, опричник, да ты просто чёртов менталист, выходит! Научишь?
— Не получится, -покачал я головой.
— Я заплачу, — тут же сориентировался Димон.
— Цена тебя точно не устроит, — ухмыльнулся я на на ходу.
— Чё это? — набычился контрабандист. — У меня деньги есть. Много денег, — подумав, добавил трикстер. — Очень много денег.
— Говорю же, тебе не понравится. Чтобы так уметь, надо стать опричником, свихнуться на крови, попасть ко мне в отряд. И только тогда, пройдя испытание Моргом, вполне возможно, ты научишься управлять мыслями других.
— Моргом? — переспросил Димон. — Переночевать с мертвяками, что ли? Так это я запросто.
Отреагировал Димон на самое доступное, проигнорировав остальную мою мысль.
— Лучше с мертвяками, чем с нашей модифицированной росомахой, — ответил я.
«Бер, отстань от цыган. Не надо их убивать! Они накормят медведя. И вернут его в цирк!» — заорал я, заставив контрабандиста отпрянуть в сторону.
— Мля… Так и заикой стать недолго, — проворчал Димон, пристраиваясь в шаге от меня.
Когда мы с Димоном добрались, наконец, до точки сбора, команда уже собралась. Бес яростно пучил глаза, требуя, чтобы ему него вытащили кляп изо рта. Опричники делали вид, что не понимает, чего хочет неугомонный Кощей.
— Додомеки меня забери… Эт-то что за хрен на ножках… — икнув, спросил контрабандист, тыча пальцем куда-то за мою спину.
— Это не хрен, это тушка Беса, — меланхолично уточнил Коржик.
— Тьфу… Сам ты хрен… — завопил Кощей. — Ты где шлялся, скотина⁈ Это что-о-о? засосы? Засуньте ему лимон в гланды! С-ска-а-атина!
— Зачем? — изумилась Гринпис, держа голову поручика на вытянутых руках, настолько громко орала башка.
— Чтобы у него рожа не была такая довольная! — заорал Бес.
— … … — выматерился Димон. — У этого ещё и рожа есть? Только не показывайте мне ЭТО! — взмолился контрабандист, глядя на нас ошалевшим взглядом.
— Ну не хочешь, не будем, — я пожал плечами. — М-да… Бес, а тушка твоя покруче тебя развлекается… Вот что значит. Вовремя прикусить язык.
Голова показала мне язык.
— Иди сюда, шаболд…
— Кто? — переспросил Бермонт.
— Проститут чёртов! — снова завопил Бес. — Это же надо, без меня! По девочкам! Да я тебе голову оторву!
— Нижнюю? — невинно поинтересовался Призрак, и мы, не сговариваясь, заржали.
— Сволочь… это ж надо, испортил форму! А деньги где? Где деньги, скотина?
Тушка Беса смущённо заёрзала ногой по асфальту. Мы снова согнулись пополам, не в силах развидеть этот бесплатный цирк.
— Опричник, время… — утирая слёзы, поторопил меня Димон. — Да уж, я знал, что ваш конструктор псих. Но безголовый псих — это куда круче.
— Конструктор? — удивился я.
— Ну, так он же сам себя на запчасти разбирает, вот и… конструктор… — смутившись, пояснил контрабандист.
— Если мы сейчас не покинем это место, нам придётся принять бой, — елозя пальцем по своему планшету, негромко произнёс Коржик. Корнелиус единственный, кто не участвовал в диком ржаче. Даже девушки и те приводили свои лица в порядок, вытирая слёзы от хохота.
Смехуёчки вмиг пропали, только Бес продолжал негромко отчитывать сам себя.
  
— Докладывай.
— Судя по всему, наш забег через весь город привлёк к нам слишком много внимания. С этой стороны мчатся поклонники графини. Отсюда — сборщики налогов за проход из одной части в другую. За тобой, Свар. У Бермонта на хвосте цыгане. И только Гринпис с Призраком молодцы.
— А ты? — уточнил я.