Третья сила. Сорвать Блицкриг!
Степан
Олег надыбал где-то матюгальник на колесах, правильно, не фиг горло драть. Что он предложил немцам, я не понял, но, видимо, это им понравилось. Остатки сводной группы сдались. Все тридцать человек. Сколько ушло, я не знал, это у прикрывающих групп надо спрашивать. Но здесь эти – самые живые.
– Олег, твои пленные, ты с ними и разбирайся. Я разберусь с нашими потерями.
Потери оказались сравнительно небольшими – тридцать семь убитыми плюс раненые. Потери немцев – не знаю, много. Трофеи опять же богатые. Но дело даже не в этом – мы победили, это главное. Теперь немцам будет нас ловить интереснее, поскольку их готовы бить все, кто оказался с нами.
Потом будет обратный переход, маскировка трофеев, их освоение. Новые операции, возможно – гибель. Но это потом. А сейчас мы просто победили.
Однако получить удовольствие нам не дали: сначала объявился Змей с хорватами. Ну, офицер – хрен с ним, он уже покойник, задержавшийся на этом свете исключительно потому, что нам не до него. А солдаты… Ладно, летуна все равно проверять, откуда он взялся. Так и хорватов проверим. А вот дальше… Старшая девочка выжила… Сцуки, делом надо заняться, а то порешу «таксистов» на фиг.
Заняться пришлось сортировкой техники. Однозначно забирали радиомашины, собственно, только они и остались – почти все находившиеся в деревне грузовики, легковушки, мотоциклы использовались в качестве «сапог-скороходов» и продырявленные стояли на бывшей деревенской улице, на дороге, в поле либо ушли.
Док
Пока мы бегали к Галевке, ребята не теряли времени зря и с нашим прибытием лишь уточнили небольшие детали предстоящей операции. Штаб генерала уже приготовил черновой план. Теперь оставалось уточнить маршрут и порядок движения. Сутки генерал дал нам на отдых, а затем мы должны были быть передовой группой отряда – указать маршрут движения, вывести к броду и заодно предупреждать о нежелательных встречах.
Дошли без проблем. Второй поход был гораздо легче – сказывалось знакомство с маршрутом. За нами не спеша ползла колонна техники. В шести километрах от села колонна стала, и дальше мы пошли сами – последняя рекогносцировка перед атакой. За нами выдвинулась Ника со своими ковбоями и группой прикрытия.
Я глянул на часы. По времени Галевка уже окружена. По плану первыми должны отработать баллисты, которые парни соорудили из неизвестно чего – их задачей было обеспечить освещение, подпалив пару домов на краю села. Это если посты снимут чисто. Вот, уже сейчас.
Но чисто не получилось, тишину ночи прорезал выстрел одного из часовых – и атака началась. Немцы не понимали, что происходит, выскакивали из домов – многие без формы и даже без оружия. Большинство пыталось пробиться к техническому парку, но там их ждали. Олег, видимо, веселился вовсю, рев двигателей нашей техники был слышен отовсюду. Пользуясь охватившей немцев паникой, мы через огороды пробрались в само село с противоположной техническому парку и палаточному городку стороны. Наше внимание привлек стоящий у одного из зданий, в котором мы подозревали штаб, полугусеничный БТР. Во-первых, непонятно было, почему он стоял здесь, а не в техпарке, во-вторых, наше внимание привлекла сооруженная над ним конструкция типа поручневой антенны на БТ – собирал я модель БТ-5 в свое время, там такая была, вот и запомнил. Ну и дополнение – перед этим бэтээром стоял еще один, ощетинившийся стволами МГ – скорее всего охрана. К этим броневикам мы и рванули. Вернее, рванули к непонятному с антенной, очень уж он был интересен. Леша, один из моих пограничников, прошедший проверку у Петровича на предмет пользования всякими взрывающимися девайсами, вскочил в передний, а мы, остальные четверо, – во второй. Мелькнула у меня мысль глянуть, что в штабе, но от нее отказался. Бою в помещении нужно учиться, моя группа этого не умеет, да и я тоже. Видел пару раз, как пехтура тренировалась – еще в то время, но этот способ нам не годился – граната в комнату, а потом все вычистить из автоматов. Иди знай, кто там в штабе есть… Поэтому хотели отогнать только этот БТР и второй попортить. Но любой план боя хорош только до начала боя. Дверь штаба открылась, и оттуда к бэтээрам бегом направилась группа людей, что-то кричащих на немецком. Среди солдат виднелись фуражки офицеров, и они направлялись к нам! Один из немцев внезапно упал – скорее всего, его достал один из снайперов, часть немцев рванула к броневикам, а большая часть, видимо, охрана – открыла огонь куда-то в направлении неизвестного стрелка.
– Парни, валим всех. Офицеров – к нам, и деру! – крикнул я ребятам. Мой голос потонул в шуме боя, и в следующее мгновение парни поднялись над бортами бэтээра. Я, сидя на месте водителя, уже завел БТР и был готов газануть. Из-за боя немцы не услышали шума мотора, и появление трех автоматчиков оказалось для них неожиданностью. Со второго броневика по залегшим охранникам ударил МГ – это Леша вовремя сориентировался, трое из моего бэтээра положили оставшихся, зацепив и одного из офицеров, а второй остался одиноко стоять между штабом и нами. Вид у него был – прямо скажем, не очень. Рука его скользнула к кобуре, но Сергей, на этот раз получив возможность захвата языка, не дал немцу опомниться – выпрыгнув из машины, он рванул к офицеру, двинул его, без особых изысков, в челюсть и потащил к нам.
– Пашка, проверь второго офицера – может, жив! – крикнул я другому бойцу.
Тот выскочил наружу, склонился над немцем, повернулся к нам, кивнул и потащил свой груз в машину.
– Все на месте, командир, – крикнули мне сзади, и БТР рванул влево, обходя «охранника». Леша, видимо, решив свою машину не взрывать, завел ее и пошел за мной. Вся эта заварушка у штаба заняла минут пять-семь, не больше. Бой подходил к концу, и мы, чтобы не получить снаряд от наших же танков, отъехав немного в сторону от штаба на какой-то огород, заглушили двигатели. По-быстрому перевязав раненого немца, я решил осмотреться и понять, что и кого мы захватили.
Бой уже затихал, так что я выбрался из бэтээра и осмотрел трофеи. Ну, как я предполагал: один – обычный «охранник», два МГ, цинки с лентами… Ничего особенного.
На втором же был всего один МГ, да и боезапас к нему поменьше.
Ну, в общем, понятно, один «связист», один «охранник». Непонятно – почему перед штабом стояли, правда. На «связисте», я помнил, иногда устанавливали «Энигму», но – я проверил – на этом ее не было. А жаль. Однако и так улов был неплох – вполне себе подвижный командный пункт, если что, с двумя радиостанциями – очень даже не лишний девайс. А пленные, глянул я, фиг их знает, кто и что. В немецких знаках различия я не очень-то понимаю (сразу подумалось – что и в советских тоже). Вспомнил, как ребята в первые дни пытались мне растолковать все эти звездочки на погонах в СА и геометрические знаки в РККА. Ни фига – до сих пор путаю, генерал уже и внимание перестал обращать на мои хохмы… Один нам попался вообще целый, с крестом на шее. Второго – помоложе – парни уже перевязали, я так глянул – ноги ему посекло, до лагеря не помрет вроде, а там глянем уж, что с ним.
Тем временем бой стих, и я решил, что нужно выбираться. Сергей выбрался на проезжую часть и посигналил оттуда, чтобы свои же нам снаряд не зарядили. В бою бывает всякое. В ночном – тем более, а ПНВ тут еще не придумали… Время уже поджимало, но я все же тормознул возле штаба – в любом случае нужно глянуть, что там есть.
Олег Соджет
После того, как бой закончился, мы, собрав трофеи, двинулись в обратный путь. Прикрывающая группа во главе с Саней должна была дать нам полтора часа для отхода и двигать следом. Добрались до лагеря мы без происшествий. Замаскировали технику по-новому. Ибо предыдущей маскировки было мало из-за серьезного увеличения автопарка. Похоронили погибших, которых забрали с собой, чтоб похоронить их по-человечески. И перед нами встал вопрос о создании второй базы. Которая была бы резервной и на которой бы хранилась поломанная или не используемая нами техника. База должна была быть на расстоянии не более пяти часов хода от главной, чтоб иметь возможность помогать друг другу в случае проблем. А вылазки с нее не производить, чтобы не демаскировать ее и в случае крупных неприятностей иметь куда перебазироваться.