Именинник (СИ)

— Руслан, умоляю, — плача, повторяла одни и те же слова. Цепляясь за плечи парня как спасательный круг. — Давай мы с тобой уедем из этого города. Я очень боюсь.
Мои вопли переходили в истерическое рыдание с молниеносной скоростью. Пытаясь меня успокоить, Руслан крепче сжал меня в свои руках, гладя по спине, пока стучащее сердце лениво восстанавливало свой привычный ритм. Внезапно, взгляд мужа остановился на уголке мои губ, опустился ниже и глаза Руслана расширились, фокусируясь на груди, где оставались следы от ногтей Сергея.
  
Глава 28 часть 3
 
Олеся 
— Тебе больно, — тихо прошептал он и свел брови к переносице с отчаянием.
Парень прикрыл глаза, поднес пальцы к грудной клетке и бережно провел ими по царапинам. Тело уже не чувствовало боли от отметин Сергея, но ласковые прикосновения Руслана вызвали бурю внутри меня и отчаянно всхлипнув, я зажмурилась, блокируя ручей из слез, рвущихся наружу.
— Нет, — покачала головой. — Все хорошо, — прижавшись к нему, поджала колени под себя на кровати. — Только пожалуйста, давай уедем отсюда.
Руслан поцеловал меня в щеки, в мокрые от слез, веки и наклонившись, прикоснулся нежно губами к груди, будто пытался смыть с моей кожи пакостные следы от ногтей его старшего брата.
— Нужно вызвать полицию, — бездумно пробормотала я, ощутив приближение истерики. — Пожалуйста, родной.
Этот ублюдок хотел убить моего дорогого человека. Он угрожал мне, а в исполнении его угроз я не сомневалась. Потому что его безумие достигало невероятных масштабов.
— Обязательно, — протянул Руслан шепотом.
Но я почувствовала, что в голове парня крутились шестерёнки и этот эпизод в гостиной получасовой давности — лишь затишье перед бурей.
— Малыш, послушай, —заглянув мне в глаза, решительно заявил он. — Мы сейчас вещи соберем, — добавил мой муж. — И поедем кое-куда.
Я закивала, придерживая его за спину. Руслан нехотя отпустил меня, быстрым шагом достиг платяного шкафа и наспех стянув с вешалок нашу одежду, стал собирать чемодан. Жить в прямом смысле на коробках, изрядно поднадоело.
К сожалению, в этой квартире я больше не чувствовала себя комфортно.
Руслан был молчалив весь путь. Глядя в одну точку перед собой, он до побелевших костяшек сжимал руль, будто переносил всю агрессию "на плечи" своего автомобиля.
— Куда мы едем? — тихо поинтересовалась я.
Ладони немного взмокли, в горле пересохло от жажды, но царящая в салоне тишина угнетала сильнее всего. Было сложно переварить происходящее. В глубине души я ощущала легкий укол, сигнализирующий о приближающейся трагедии. Но все равно какая-то часть меня лелеяла мысль о том, что мы с Русланом будем счастливы безо всяких серьезных происшествий.
— К Соколовским, — ровным тоном произнес он так, словно сообщал мне температуру за окном. Мои брови подскочили вверх автоматически. — Ты же знакома с моей одноклассницей Настей…
— Да, я поняла, — завершив за него фразу, кивнула. — Почему именно к ним?
— У них самая мощная охрана, — ответил он и выдохнул с глубокой досадой, повиснув на руле во время небольшой пробки на территории Подмосковья. — И Сергей к ним не сунется. Можно было еще к тем ребятам, с которыми я познакомил тебя на свадьбе, — говорил он. — Но я подумал, что в окружении Насти тебе будет спокойнее.
— Будет так, как ты скажешь, — ласково прошептала я и опустила свою, все еще подрагивающую ладонь, на его.
 
Руслан слабо улыбался. Он о чем-то думал и мне так сильно захотелось залезть ему в голову. Между нами возникла гигантская, нерушимая стена, из-за чего у меня за грудиной не переставая кровоточило.
— Я… — сбивчиво вытянул он спустя несколько минут. — Знал, что Сергей за тобой следит, — наконец, объяснил парень и я рефлекторно приложила ладонь ко рту. — Точнее, недавно узнал. И о том, что и за мной велась слежка, тоже, — и парень отвернулся.
Ему было стыдно. Руслан винил себя в том, что, по его мнению, он не смог меня уберечь.
— Родной, — прошептал тихо. — Ты не в чем не виноват.
— Виноват, — коря себя за все. — Я нанял не самую надёжную охрану, раз такое случилось.
У меня была охрана?
Я замечала, что за мной следили, но мне казалось, будто на фоне стресса во мне стремительно разрастается паранойя.
— Просил еще Игоря посидеть под окнами сегодня, — сказал он. — Пока я отлучусь ненадолго в Газпром. Но он застрял, видите ли, в пробке, — и Руслан ударил по рулю. — Сергей под чужим именем прилетел в Москву раньше положенного. Раньше я не думал, что этот урод настолько одержим, — и парень издал смешок.
Сарказм я не оценила. Мои руки тряслись не переставая от чувства вины и разрастающегося страха. От ужаса и исповеди парня, который настолько сильно винил себя в происшедшем, что его осунувшееся, бледное лицо, выглядело так, будто он не спал много дней и держался исключительно на кофеине. Темные круги под глазами, глубокая складка на лбу.
— Я ездил к Саше, — с грустью в голосе добавил мой дорогой человек. — Чтобы завершить сделку по покупке квартиры, — и он показал мне жестом ключи, бесхозно ютившееся в открытом бардачке его машины, на которые я даже не обратила внимания. — Я… — Руслан сглотнул, в его глазах промелькнуло глубокое разочарование. — Хотел подарить ее тебе. Чтобы мы начали все сначала. Мне от них ничего не нужно, — серьезно заявил он.
— Руслан, — я немного привстала на мягком сиденье. — О чем ты? — мой голос заметно подрагивал.
— Эта квартира, в которой я жил эти два месяца, — объяснил он. — Мне она не нужна, я отдаю ее отцу. Соколовский Михаил помог мне с оформлением выгодных условий для рассрочки в его жилищном комплексе, — Руслан сделал крутой маневр на трассе, ведущей к живописному заповеднику с озером. — Ничего мне от них не нужно, — тихо буркнул он себе под нос. — И они мне тоже больше не нужны, — и парень отвернулся к окну, тормозя у обочины.
— Рус, ты… — и я потянулась к плечу расстроенного парня.
— Я не родной сын своему отцу, — как приговор прозвучала ужасающая реплика тихим, но оглушающим как выстрел пули, тоном. — Сергей и Маша мне сводные.
— Ты… как давно ты знаешь?
И я прикусила язык. Руслан обернулся и посмотрел на меня с неописуемой грустью, в которой промелькнул укор. Мой дорогой, бесценный мальчик. Он совсем не заслуживал такого. Не заслуживал переживать эту боль.
— Так ты, оказывается, все-таки, в курсе, — ухмыльнувшись, проговорил он. — Я так и думал. Поэтому ты так странно себя вела...
— Прости, — всхлипнув, я приблизилась к его шее, цепляясь за нее мертвой хваткой и покрывая тело парня поцелуями. — Прости, мой хороший, — прошептала сдавленно и из глаз снова брызнули слезы. 
Руслан обернул вокруг меня свои ладони и скрыл мое лицо в своей груди. Он не был обижен на меня, и эгоистично, но со спокойствием, я все же вздохнула.
— Ничего страшного, — ласково и утешительно произнес он, гладя меня по голове. — Я, как и ты, узнал сразу после Праги. Их разговор с матерью случайно услышал. Сергей не контролирован свою речь, — и он хмыкнул, рассказывая подробности того рокового дня.
Сергей, подлый ублюдок, был обо всем осведомлен. Все встало на свои места и кожа, зудящая до жгучих мурашек, стала болеть от одной мысли о том, что меня с этим ужасным мужчиной связывало какое-то, мало-мальски общее, прошлое.