Именинник (СИ)

Выдохнув, ступила по отполированному до блеска, мраморному полу, цокая каблуками по пути в «святую святых», как называл ее наш модельер Родион. Уже с порога слышались крики его негодования. Я закатила глаза из-за разочарования: сталкиваться с ним в его первый рабочий день после командировки в Париже, мне претило.
— Ты не вовремя, Лесь, — отчаянно промямлил Леша. Парень сидел с опущенной головой, прячась от недовольных глаз Родиона, которых был занят отчитыванием Инги.
— Мне нужно забрать фото для каталога, — прошептала, прячась от «гуру моды». — В высоком разрешении.
И я протянула ему флешку.
Небрежно стряхнув свою золотистую шевелюру, модельер опрометью ринулся вперед и покинул студию, хлопая дверью. Их перебранки между собой меня интересовали мало. После этого Алексей спокойно выдохнул и прочистив горло, перешел на обычные тона, подключая в свою речь не только шепот.
— Тебе все скинуть? — поинтересовался недовольный фотограф. — Или только часть, что я в сеть скинул?
— А есть еще что-то?!
— Ну, — цокнув языком, парень запустил пятерню в лохматые волосы. — Есть еще то, что Руслан потребовал с меня удалить. Ваши последние фото.
Мелкая дрожь в мгновение ока усыпала кожу после слов коллеги. Сердце застучало так сильно, что его звук эхом пронесся в висках. В словах Леши не было ничего резкого или оскорбительного, но отчего-то я ощутила все вчерашнее смятение по-новой.
— Точнее, сначала скинуть ему, — парень нахмурился, меняя тон голоса с недовольного на отчаянный. — Эх, такие фото пропадают. Но рисковать репутацией я не могу, поэтому сделал так, как он меня просил.
Я осторожно похлопала по щекам, чтобы согнать с них краску.
— На облако тебе тоже на всякий случай скинул, — добавил он, оборачиваясь.
Поэтому мои коллеги не видели всего отснятого материала. Руслан не говорил мне об этом, даже не обмолвился и словом. Мысленно благодаря обстоятельства за разумность парня, я дрожащими ладонями потянулась за флешкой.
Откинув волосы назад и расправив взмокшими ладонями подол на своем платье, я развернулась, желая вернуться в свой кабинет.
— Кстати, когда он придет? — услышала за спиной недовольное бормотание и сердце пропустило удар. — Я ему еще днем звонил, он обещал приехать на час.
— Руслан?! — мой голос стал похож на писк. — Зачем ты его позвал?
На лице Алексея отобразилось непонимание.
— Он должен мне за запоротый материл еще фото, — буркнул фотограф.
Я вернулась к себе в кабинет. Схватив со стола телефон, агрессивно напечатала сообщение, в котором просила прощения у друга. Он не обязан был приезжать сюда по зову сотрудника, тем более фотографа, который нагло манипулировал личным временем Руслана. А с другой стороны... Разве я имела право ему указывать, как себя вести?
Он – не моя собственность.
Бросив телефон на край стола, я запустила пальцы в волосы и громко и с досадой выдохнула. Начальница отдела выразила мне завуалированное недовольство тем, что я летела в Прагу без ее спроса, чем окончательно омрачила мой день.
Задерживаться на работе сегодня я не планировала. Личную тренировку во вторник можно было пропустить: мне ужасно захотелось сходить в любимую кофейню, съесть десерт «Павлова», поесть еще каких-нибудь вредностей и ненадолго нарушить правильное питание. Немного эндорфинов не помешает.
Лида ушла с работы пораньше. Тем лучше и собрав свою сумку, чтобы тоже поскорее покинуть офис, я внезапно остановилась. Любопытство сгубило кошку, но лишние десять минут на работе ни на что не влияли. Движимая невидимой силой, подобрала флешку с края стола, расположилась в кресле и вставив устройство в системный блок, нажала на папку.
Наверное, стоило посмотреть эти фотографии на своем телефоне, но пути назад нет и открыв первую фотографию с фотосессии, я перелистнула окно вправо и продолжила глазеть в огромный монитор. Мне было спокойно ровно до тех пор, пока на экране не отобразились фотографии в образах с пледом. На полу, когда Руслан держался слишком близко ко мне и смотрел прямо в глаза. Я задержала дыхание, а внизу живота стало приятно покалывать от запретных чувств.
 
Казалось, будто я по-новой испытываю то же, что и вчера во время фотосессии.
Помотав головой, выключила компьютер и вытащив свою флешку из usb-порта, спрятала ее на дне своей дамской сумочки от посторонних глаз.
Скоростная кабина несла меня вниз, подальше от офиса. Буйство мыслей прервала неожиданная остановка на нижнем этаже. Двери лифта с характерным писком разъехались и прямо передо мной, изгибая брови в недоумении, стоял Руслан. Я инстинктивно замешкалась, прижимаясь спиной к холодной стене, наверное потому, что не ожидала его увидеть здесь в такое время. Думала, он уже уехал, ведь было так поздно. Секундное замешательство на его лице сменилось улыбкой; бросив на меня короткий взгляд с прищуром, парень вошел в кабину.
Из моей груди готов был вырваться одинокий писк отчаяния.
— Я думал, ты уже поехала домой, — лукаво улыбнувшись, протянул он.
Тембр его голоса будоражил и вызывал рой мурашек на моей коже. Парень вальяжно разместился с левого краю от меня, опираясь локтями в поручень, соединяющий две стены лифта. Сердце с невыносимой скоростью увеличивало силу трепета с каждой секундой. Боковым зрением я отметила его наглый взгляд, без угрызений совести скользящий по моему силуэту. Становилось жарко. В таких условиях дорога до первого этажа казалась бесконечной.
— Как дела? — жалобно протянула я, решив разбавить неловкое молчание и налившись румянцем, осторожно прочистила горло и обернулась.
И непроизвольно посмотрела на лицо и фигуру парня, фокусируясь в самом конце на мерцающих глазах. В какой-то момент в кабине лифта стало невыносимо мало воздуха и места для нас двоих. Пространство сжималось, словно Руслан, источающий величие, занимал собою все вокруг. Я отвернулась на мгновение, но знала, что он не переставая, пристально за мной наблюдает. Моя кожа болезненно зудела, искрилась под прицелом внимания его глаз, будто к ней поднесли факел.
— Отлично, — театрально вздёрнув щетинистый подбородок, томно протянул он, растягивая свою очаровательную улыбку. — Даже очень.
Нотки явно уловимой похоти моментально отозвались внизу меня приятным, тянущим чувством. Боже, я остро ощущала непреодолимую тягу к нему, до побелевших костяшек пальцев сжимая в руках сумку. Нервно закусила губу, глядя на электронное табло, на котором отображались номера этажей.
Почему я ни с кем ранее не чувствовала подобного?
Возможно потому, что запретный плод сладок и происходящее — результат моей усталости и неудовлетворенности.
Вынырнув из стальной кабины, я отхлебнула порцию спасительного воздуха в просторном вестибюле первого этажа.
— Лесь, — ласково и по-ребячески обратился парень, стоя позади и меня как-будто ударило током. — Ты едешь сегодня в «Атлетику»?
— Нет, — взяв себя в руки, ответила я.
Почувствовав дуновение ветра из открытых дверей, я провела ладонями по открытым плечам, прежде искрящимся от жары, а затем накинула на них свой бежевый тренч. Руслан неожиданно встал рядом: невозмутимо схватив меня под локоть, парень повел меня за собой.
— Какие у тебя планы на вечер? — продолжил он.
Вырвать локоть из его цепких ладоней я была не в силах. Да и это было неправильно. В его действиях не было ничего неуважительного или же, запретного, а мои заморочки делали плохо лишь мне. Нужно было утопить эту ниоткуда возникшее влечение в собственной глупости. И вести себя как подобает подруге детства.
— Хочу поехать в «Шоколадницу», — искренне улыбнувшись парню в ответ, я сама взяла его под локоть. Нужно было вести себя естественно. — Кофе попить, десерт какой-нибудь съесть.
— А тебе можно? — поразился он. В его глазах горели задорные огоньки.
— Нежелательно, — захихикав, ответила я и отпустила его ладонь. — Но сегодня я себе разрешила.
Проследив за его взглядом, я заметила, как Руслан сразу же нахмурился, стоило мне разорвать кольцо наших рук. Мы остановились у обочины как раз в тот момент, когда я заметила проезжающее такси.