Месть демонов (СИ)
— Ты жива, — выдохнул он, прижимаясь ко мне. Все, что я могла сделать, — это кивнуть, борясь с эмоциями, грозящими меня захлестнуть. Звук захлопнувшейся двери сопровождался учащенным биением его сердца, и я могла только предположить, что Пема ушла.
— Что случилось? — прошептала я, не в силах забыть о кровавых ранах на его плечах и спине.
Грудь Райкера тяжело вздымалась, и его хватка слегка ослабла. Он опустил голову, распущенные черные волосы обрамляли его лицо.
— Это не важно.
Я заправила прядь ему за ухо и приподняла подбородок.
— Для меня это важно.
Его лицо сморщилось, когда Райкер провел большим пальцем по ране на моем виске.
— Это ничто по сравнению с той болью, которую ты перенесла, и меньшее, что я заслужил. Если бы я сказал тебе о своих чувствах раньше, если бы я сломал печати…
— Райкер. — он вздрогнул, когда я в ужасе посмотрела на него. Он поранил себя сам? Разрушил свою комнату? Поэтому его пришлось усыпить?
— Меня не было рядом, когда ты нуждалась во мне… я не мог тебя защитить. В темноте сбылись мои худшие страхи. Я подвел тебя, как и всех остальных…
Я прервала его поцелуем, не в силах больше терпеть его самобичевание и желая, чтобы он знал, что творится в моем сердце. Он ни в чем не был виноват. Райкер напрягся под моим прикосновением, но я не позволила ему отстраниться, пока он не расслабился. Мне пришлось бороться с желанием поцеловать его, пока наши страдания не исчезли, и я отпустила его, глядя в его наполненные болью глаза.
— Ты спас меня, Райкер. Я была готова сдаться и позволить демону победить. — я вытерла слезы, стекающие по его щеке, но его рука схватила мое запястье. Он перевернул его и посмотрел на мою перевязанную ладонь, скрывающую колотые раны, и его взгляд стал жестким.
— Пожалуйста, не делай этого с собой. Меня бы здесь не было, если бы не ты.
Он поморщился и поднес мою руку к своей щеке, и в моей груди немного спало напряжение. Я закрыла глаза и потянулась к своей силе, боясь того, что найду, но и желая помочь Райкеру.
Моя божественность пробудилась во мне, сильная и чистая, больше не почерневшая и не обугленная демоном. Я почувствовала, как она шевельнулась, но не приближалась, и я двинулась мимо нее, ища свою связь с землей.
Земля поприветствовала меня, и я обняла ее, как старую подругу. Впустив ее божественность в свои вены, я сосредоточилась на своей связи с Райкером и направила ее силу в него. Он резко вдохнул, но я прижалась ближе, не желая разрывать связь. Сущность земли потекла через него, и я направила ее на его спину, желая, чтобы неглубокие раны затянулись. За несколько ударов сердца кожа снова срослась, и Райкер отстранился, разрывая связь.
— Я хотел найти тебя, — прошептал он, проводя пальцами по моему лицу и разжигая пламя, медленно разгорающееся во мне.
— Я знаю, что ты этого хотел, но рада, что ты не смог… Я не могу потерять тебя, Райкер.
Губы Райкера приподнялись в слабой улыбке, и я изо всех сил старалась не смотреть на него.
— Теперь ты знаешь, что я чувствую. — он переплел свои пальцы с моими, но из-за повязки наши ладони не соприкасались. — Обещаю, что убью этого ублюдка за то, что он сделал с тобой.
Я помрачнела.
— Думаю, что ты громко и ясно дал понять о своих намерениях… ты изуродовал его лицо своим огнем.
Глаза Райкера расширились.
— Значит, пламя все-таки сработало.
— Это более чем сработало. — я указала на свою безрогую голову. — Кроме того, придав Каину новое лицо, ты практически уничтожил моего демона.
— Никаких рогов. — он провел пальцами по моим волосам, мягкая улыбка озарила его экзотические черты, заставляя мое сердце забиться чаще.
— Я ни капельки не буду по ним скучать. А вот мои крылья… — я замолчала, когда меня осенила внезапная мысль. — Райкер?
Он наклонил голову, на его лице плясало веселье, смешанное с отблесками пламени.
— Калеа?
— Я хочу увидеть твои крылья, сломать твои печати, чтобы…
— Скоро, любимая. — он наклонился ближе и прижался своим лбом к моему, посылая электричество по моим венам. — Калеа. Я люблю тебя. И, если я все еще буду с тобой, хочу, чтобы ты стала моей королевой…
Не в силах больше противостоять желанию, я бросилась к нему на грудь и стала целовать его. Он улыбнулся мне в губы, притянув меня ближе, а затем напрягся. Райкер зашипел сквозь зубы, и я отшатнулась, боясь причинить ему боль.
Он зажмурился, опустился на колени и выгнул спину. Я ахнула. Черные печати, начертанные на его спине, засветились темно-красным светом, словно освещенные изнутри. Загорелая кожа заблестела от пота, а под ней над лопатками что-то зашевелилось. Райкер застонал, каждый мускул его тела напрягся, и он свернулся калачиком посреди разрушенной комнаты.
Веки Райкера раскрылись, явив пылающие золотые радужки… огонь Уриэля возвращался, его печати разрушались. Я сжала его руку, желая хоть чем-то облегчить боль, но по собственному опыту знала, что не могла. Изменения должны были идти своим чередом.
— Я здесь, — пробормотала я. Оставалось надеяться, что этого будет достаточно.
Он крепче сжал мою руку, и свет за яркими красными печатями усилился, заливая комнату пунцовым сиянием, пока мне не пришлось прищуриться от яркости. Свет вспыхнул, на мгновение ослепив меня, и, когда я наконец смогла снова видеть, кожа на лопатках Райкера уже не была покрыта чернилами, и он откинул голову назад, издав сдавленный крик.
— Райкер! — черт! Почему ни Пема, ни стражники не пришли? Что я должна была сделать? Что, если его изменение отличалось от моего? Что, если были другие условия, которые необходимо выполнить, чтобы печати полностью разрушились? — Пожалуйста, Райкер, — взмолилась я, страх душил меня. — Скажи мне, как тебе помочь.
Он закричал, а из его спины вырвались черные перья, влажные от крови. Райкер вздрогнул и, застонав, рухнул на бок. Его тело задрожало, когда крыло за его спиной раскрылось, разбрасывая обломки.
Сердце так и рвалось из груди, когда я склонилась над ним, осматривая его спину в поисках ран. Но огрубевшая кожа у основания крыльев снова срослась, и не осталось никаких следов только что пережитого испытания.
— Калеа, — устало позвал меня Райкер, и я села на колени, с облегчением обнаружив, что его глаза снова стали обычного золотистого цвета, пока он пытался сесть.
— Спасибо Создателям! — я обняла его, прижимая к себе. — С тобой все хорошо.
— Почему ты так волновалась? — прошептал он, в его измученном взгляде плясало веселье. — Ничего такого, через что ты бы уже не прошла. Ты думала, я слишком слаб…
— Нет. — я вздохнула, наслаждаясь тем, как его пальцы перебирают мои волосы и проводят по коже головы. — Я не была уверена, каким изменениям подвергнешься ты. Твоя божественность была запечатана, и ты — нефилим, а я — демон…
— Ты не демон, Калеа. — рука Райкера замерла, и я снова открыла глаза: его дыхание касалось моей кожи, заставляя меня дрожать. — Ты ангел.
С моих губ сорвался непрошеный смех, и вместе с ним вырвались наружу накопившиеся страх и тревога. Я ничего не могла с собой поделать. Он назвал меня ангелом — это было так мило, но после всего того страха, который так долго тяготил меня, что-то внутри меня просто сломалось.
— Что? — Райкер игриво нахмурился, а я схватилась за бока, не в силах остановить смех, сотрясающий мое тело. — Не думал, что это так смешно.
— Именно ты открыл мне глаза на то, кем я являюсь, на то, что я демон.
— Я ошибался тогда, а ты — сейчас. — он провел рукой по ране на моем лбу, которая была приветственным подарком его народа. По мне разлилось тепло, и я резко вдохнула. Он уже несколько раз исцелял меня, но всегда черпал из собственной жизненной силы, а не использовал божественность земли, и чуть не погубил себя в процессе. Теперь же его божественность хлынула через меня, мощная и необременительная. Боль в виске отступила и притупилась, пока не исчезла через несколько ударов сердца.