Патрициана. Книга третья (СИ)

— Сейчас ты захочешь, чтобы я просил тебя? — ядовито спросил убийца.
Велена покачала головой.
— Только когда ты захочешь сам.
— Я хочу отсюда выйти.
— Тогда сними наручники.
— И что потом? Наверняка при тебе твоя плеть.
Велена тихо усмехнулась.
— Норен, если бы ты хотел отсюда убраться, плеть бы тебя не смутила. К тому же, — она замолчала, оглаживая напряжённые бока, — у меня её нет. Никакого оружия. Если что-то случится — я так же беззащитна, как и ты.
Крылатый нервно усмехнулся.
Рука продолжила двигаться по его телу. Огладив бёдра, вернулась к впалому животу. Пальцы очертили линию вокруг пупка. Затем к руке присоединились губы, и горячий язык утонул в небольшой ложбинке — лишь на секунду. Чтобы затем снова отстраниться.
— Интересно, откуда он у тебя? — задумчиво спросила энтари.
Норен выдохнул, внезапно ощутив, как прохладный воздух коснулся чувствительной кожи.
— Тебя это сейчас интересует?
Велена усмехнулась.
— Ну ладно, если тебя — нет, то я продолжу.
Она внимательно всмотрелась в немного расслабившееся лицо убийцы. Тот прикрыл глаза и теперь наблюдал за энтари из-под полуопущенных ресниц.
Патрициана опустила пальцы на выступающие косточки на бёдрах крылатого и слегка огладила — в одну сторону и в другую. Бёдра пленника рванулись вверх, и порядком затвердевшая плоть скользнула по губам энтари. Глаза его тут же распахнулись, внимательно всматриваясь в лицо госпожи, а бёдра прижались обратно к холодному камню.
Велена, заметившая лишь последнее движение, усмехнулась.
— Такой чувственный, — сказала она, — а так это скрываешь.
Она повернула голову и встретила наполненный страхом взгляд.
— Норен?
Снова приблизила своё лицо к лицу убийцы.
— Ты в порядке?
Медленный кивок в ответ.
Мягкая рука коснулась щеки убийцы — и снова невесомо, вызывая желание прижаться сильней.
— Отпусти меня.
— Ты хочешь уйти?
Норен молчал.
Велена снова спустилась вниз вдоль распростёртого перед ней тела.
— Ты хочешь, чтобы я коснулась его губами?
Норен вздрогнул. Велена хитро улыбнулась.
— По-моему, он хочет, — Велена скользнула горячим дыханием по напряжённому стволу. — Скажи, — она снова отстранилась, — хочешь?
— Да… — тихий выдох и снова широко раскрытые глаза, — прости.
— Простить?
— Велена, хватит.
— Нет, скажи это. Скажи мне напрямую, ты же обещал, что мне не придётся угадывать по глазам.
Норен опустил веки и обмяк.
— Да. Да. Да. Я хочу, чтобы ты касалась меня. Хочу, чтобы ты… ты… Но я знаю, кто господин. И твои наручники лучшее тому подтверждение. Я не имею права желать, не имею права чего-то требовать от тебя.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
— Ответ неверный, — произнесла патрициана тихо и снова нависла над лицом убийцы. — Ты не понял правил игры.
Норен сглотнул.
— Тогда объясни мне. Пожалуйста. Чтобы я не ошибался больше. Я не хочу быть наказан.
Велена улыбнулась и легко коснулась губами уголка рта своей жертвы.
— В этой игре нет наказания. И наручники ничего не значат. Я сделаю все, что ты захочешь. Но ты не получишь того, чего хочешь, пока не скажешь мне об этом.
Норен протяжно застонал.
— Я уже ненавижу эту игру.
Велена хитро улыбнулась.
— Что тебе больше нравится, клубника или виноград? — спросила она.
— Виноград, — брякнул убийца наугад.
— Отлично. Мне тоже.
Норен увидел, как рука энтари притянула к себе серебряный поднос, стоявший неподалёку. На подносе лежали фрукты и стояла бутыль с вином.
Велена выцепила из груды персиков и ягод гроздь винограда и, поднеся её к губам, сорвала одну виноградинку. Затем наклонилась к лицу Норена и замерла, глядя в глаза любовника. Рот крылатого непроизвольно приоткрылся, виноградинка коснулась его губ, но Велена тут же проглотила ягодку и лишь скользнула по губам партнёра сладковатым языком.
— Хочешь попробовать? — спросила она невинным голосом.
Ответом была тишина.
Велена повторила процедуру ещё раз, и из горла крылатого послышался сдавленный рык, который заставил Хейд усмехнуться — такие звуки она слышала от убийцы впервые.
 
— Хочу, — выдохнула она. — Ненавижу тебя. Хочу.
— Мне нравится это сочетание — ненавижу… и хочу.
Велена подцепила ещё одну виноградинку и, зажав её в губах, опустила на губы крылатого. Рот убийцы тут же сомкнулся вокруг зелёного шарика, невольно касаясь и сжимавших ягодку губ. Сладость и свежесть молодого сока наполнила их обоих, и когда язык Норена потянулся вперёд, ощупывая горькие зёрнышки, он столкнулся с тёплым и мягким языком энтари. Язык патрицианы казался сладким, и Норен не заметил, как сам начинает играть с ним, легко касаясь и убегая прочь.
Велена отстранилась. На губах её играла улыбка.
— Ещё? Или, может быть, вина?
Она невольно залюбовалась странным светом, зародившимся в глазах крылатого.
Неожиданно любопытным взглядом Норен окинул поднос.
— Бокал один, — сказал он с подозрением, но теперь уже никакой тревоги в его голосе не было.
Велена молча наполнила фужер. В воздухе поплыл слабый запах муската.
— Хочешь или нет? — спросила Велена, поднося бокал к самому лицу Норена.
— Хочу, — согласился крылатый, пытаясь приподняться и коснуться фужера губами.
Велена сделала глоток и, склонившись совсем низко, прильнула ко рту убийцы. Слегка раскрыла губы, и прохладная влага потекла в доверчиво открытый рот. Норен сглотнул и облизнул губы. Велена видела, что партнёр начинает втягиваться в игру.
Они распили на двоих бокал вина, затем попробовали персики, сливы и клубнику.
Наконец, Велена вернулась к отложенной в сторону кисти винограда.
— Этот был самым вкусным, — сказала она задумчиво. — Пожалуй, доем его без тебя.
Норен удивлённо приподнял бровь и откинул голову назад. Однако расслабляться, как оказалось, было рано. Что-то невесомое и прохладное упало на его живот и отскочило в сторону.
— Ну вот, — расстроенно заметила Велена, — не успела.
Норен поднял голову, чтобы рассмотреть происходящее.
Ещё одна ягодка сорвалась с ветки и, скользнув по инстинктивно напрягшимся мышцам, соскочила к пупку. Губы Велены тут же перехватили её, не давая упасть — но, к разочарованию Норена, так и не коснулись его кожи.
Третья виноградина снова проскользнула вбок и упала на пол.
— Скатываются, — сообщила Велена, но на её недовольном лице светилась тень веселья. — Попробуем по-другому.
Велена чуть сдвинулась. От одного этого движения очередная ягодка сорвалась вниз и, пощекотав выемку между низом живота и внутренней частью бедра убийцы, скатилась куда-то в сторону яичек.
— Ненормальная, — выдохнул Норен, наблюдая, как энтари, старательно избегая прикосновений, губами вытаскивает ягодку из складочек кожи. Плоть крылатого то и дело подёргивалась, будто ловя прикосновения таких близких — и таких недостижимых губ.
Велена уронила ещё одну ягодку. Скользнув по стволу, она вырвала из горла крылатого долгий стон и упала в щель между бёдер.
Велена с недоумением посмотрела убийце в лицо.
— Что, ты тоже хочешь винограда?
— Ненавижу, — выдохнул убийца.
— Тогда не мешай.
Велена наклонилась и попыталась поймать ягодку губами, нос её при этом уткнулся в слегка набухшие яички. Ягодка ускользнула, и она попыталась поддеть её языком — причём специально промахнулась и задела тонкую кожицу у самого основания члена.
— Хочу, — выдохнул Норен, не выдержав, когда очередная ягодка скользнула в щель между ягодиц, откуда Велена извлекла её с откровенным трудом.
— Винограда? — Велена оторвалась от своего занятия и продемонстрировала ему высохшую ветку. — Мне жаль, но ты опоздал. Хочешь, я поднимусь и принесу ещё?
— Тебя, — Норен зажмурился, будто это могло помочь ему не слышать собственный голос.