Короли Падали (ЛП)

Последние несколько недель он был гораздо менее энергичным компаньоном по сравнению с накачанными тестостероном Альфами, почти братским. Совсем не похож на офицеров Легиона, которых я знала до него. После Калико мы предоставили ему возможность вернуться домой в Солен, но он предпочел остаться с нами. Найти повстанцев и узнать, что случилось с его братом за этими дверями.
Должна признать, было приятно, что он был рядом.
— Ты получишь патроны, когда мы уйдем. Титус протягивает ему то, что должно быть пустым пистолетом, и мужчина поднимает его к Кадмусу, глядя в оптический прицел.
Кадмус даже не вздрагивает в тот момент, когда нажимает на спусковой крючок, и ничего не происходит.
Мужчина вздыхает, снова опуская пистолет, и его пристальный взгляд скользит по всем нам четверым, прежде чем снова остановиться на мне.
— У вас там неплохая свита, юная леди. Должно быть, это кто-то важный. Закатывая глаза, он машет нам, неохотно опуская плечи.
— Пошли. Давай раздобудем тебе что-нибудь поесть.
Девушка отказывается смотреть в глаза, когда мы проходим мимо нее по пути к костру. Пока мы усаживаемся в грязь, Титус помогает мужчине снять оленя с огня и водрузить его на уже вбитые в землю столбы.
— Мы ищем группу, которая называет себя «Черепа». Когда-нибудь слышали о них? Спрашиваю я, наблюдая, как они вдвоем срезают мясо с обугленной туши.
Мужчина делает паузу на середине ломтика, и я замечаю, как по его лицу пробегает тень хмурости, прежде чем он возвращается к разделке.
— Нет.
— Но папа…
— Кажется, я сказал тебе убираться обратно в палатку! — прерывает он, и я поворачиваюсь, чтобы обнаружить, что она смотрит на меня, прежде чем она отводит свой взгляд от моего.
— Я принесу тебе немного еды.
— Да, папочка.
Я украдкой бросаю взгляд на Кадмуса рядом со мной, потирающего руки, и когда мы встречаемся взглядом, я знаю, о чем он думает. Возможно, пытка этого человека заставит его заговорить, но нет никакой гарантии, что он скажет нам правду о том, где их найти, и к тому времени, как мы раскроем его ложь, его может уже давно не быть.
— Эти мятежники… с ними кто-то есть. Наш друг.
— Ничего об этом не знаю. Мы здесь держимся особняком. Просто попробуем выживать день за днем.
Титус раскладывает мясо на небольшом квадрате шкуры и, пересекая лагерь, кладет его мне на колени.
Я ловлю понимающее выражение на его лице, которое отзывается крошечным проблеском надежды, расцветающим в моей груди. На данный момент я оставляю свои вопросы и откусываю кусочек мяса, который практически тает у меня на языке. Такое пикантное и восхитительное, что пробуждает давно забытые воспоминания о том, когда я в последний раз елd оленину.
— Напоминает мне о муле-олене, которого готовила моя мать. Где вы на это охотились?
— Немного леса по дороге туда. Он кивает головой в сторону протоптанной тропинки через растительность позади него, которая исчезает за холмом.
— Первый олень, которого я увидел здесь за последнее время. Жили за счет койотов, птиц, кроликов.
— Как вы охотитесь без ружья? Я не настолько глупа, чтобы думать, что он охотился на койота голыми руками и с клинком.
Отведя от меня пристальный взгляд, он пережевывает пищу и слизывает жир с пальцев.
— Расставляет силки.
— Ты, должно быть, живешь здесь один, как король. Я обвожу взглядом лагерь, где на веревке свисают плетеные циновки, а в ящике рядом с маленькой палаткой стоят банки с чем-то похожим на фрукты.
Предметы, на которые, держу пари, он обменивал свой улов.
— Ты знаешь, где мы могли бы найти здесь воду? Я уверена, что мои вопросы начали раздражать его, судя по его раздраженному фырканью, которое следует за этим.
— Там, выше по тропинке, есть ручей. Он поднимает свой клинок, чтобы направить, и я смотрю в торону леса, на который он указал ранее, впереди.
— Я могу показать им, папочка. Тесса снова подбегает к нам, сложив руки перед животом.
— Ты никуда не пойдешь, девочка. А теперь возвращайся в палатку, и я принесу тебе немного еды.
 
— Мужчины могут остаться здесь. Я сама пойду с ней.
— К черту это, — говорит Кадмус рядом со мной.
— Ты не убежишь в лес одна.
— Тогда Брэндон может прийти. Я поворачиваюсь к Брэндону, чье значительно меньшее телосложение должно казаться меньшей угрозой, и обратно к отцу девочки, который расправляет плечи, двигая челюстью от созерцания.
— Со мной все будет в порядке, папочка. И я обещаю, что потом вернусь в палатку.
Он машет своим клинком в сторону Кадмуса и Тита.
— Эти двое остаются. Я не хочу, чтобы они приближались к моей Тессе. Направив клинок на нее, он приподнимает бровь. Губы сжаты.
Я поворачиваюсь, чтобы поймать ее кивок, пока она шаркает вокруг лагеря в другую сторону. Поднимаясь со своего места, я чувствую крепкую хватку на своей руке и поворачиваюсь к Кадмусу.
— Что-нибудь странное, и ты кричишь.
— Со мной все будет в порядке. Я высвобождаю свою руку из его рук и следую за девушкой, Брэндон следует за мной.
В тот момент, когда мы переваливаем через холм, я замечаю впереди небольшую рощицу деревьев, снимаю с груди одну из трех фляг и протягиваю ее Брэндону.
— Тесса? Я зову ее, когда она бежит впереди нас.
Бросив быстрый взгляд через плечо, она улыбается, прежде чем снова переключить свое внимание вперед. Как будто она не хочет смотреть слишком долго. С этой девушкой что-то не так. Она напоминает мне одну, которую я знала еще в Калико, Марго, которая любила раскачиваться взад-вперед весь день и часто улыбалась и хихикала в неподходящее время, в результате чего один охранник избил ее до смерти на глазах у всех.
— Ты собиралась что-то сказать там, сзади. О повстанцах?
— Нет, я не хотела. Она хихикает и пропускает несколько шагов вперед.
— Хотя ты хотела. До того, как твой папочка прервал тебя.
— Неа! Я просто забыла.
Мы прорываемся ко входу в лес, и свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев над головой, тускнеет ровно настолько, что я могу видеть только в нескольких футах перед собой. Призрачная фигура Тессы радостно носится по кустам, издавая звуки, которые, как я поняла, в лесу в такое позднее время опасны.
— Сколько тебе лет, Тесса?
— Двенадцать. Через два месяца мне будет тринадцать.
Мысль о ребенке, растущем внутри ее маленького тела, вызывает у меня желчь в горле.
— Ты всего лишь ребенок. Слова срываются с моих губ, прежде чем я успеваю их остановить.
— Не-а. Мой папа говорит, что я настоящая женщина. У меня началось кровотечение два года назад.
Бросив мимолетный взгляд на Брэндона, я вижу, как он хмурится, в то время как мы вдвоем идем бок о бок, следуя за девушкой. Большинство винит в уничтожении нашего вида таких девочек, как Тесса, у которых менструации начинаются намного раньше. Способ матери-природы предлагать больше производителей, как бы отвратительно это ни звучало.
Тесса оглядывается через плечо, на ее губах появляется кокетливая улыбка, когда она смотрит на Брэндона.
— Тебе нужна девушка?
Он переводит взгляд на меня и обратно на нее.
— Нет.
— Ты милый. Она снова хихикает, рисуя в моей голове более четкую картину того, что эта девушка не совсем здорова.
Журчание текущей воды сопровождается хлюпаньем влажной растительности под моими ботинками, и еще через несколько ярдов мы достигаем края стоячего ручья. Тесса опускается на колени у воды и поджимает губы, наклоняясь вперед, чтобы отхлебнуть жидкости, в то время как я погружаю одну из наших фляг под поверхность.
— Ты или твой отец вообще ткут?
— Нет, а что? — спрашивает она между глотками воды.
— У вас нет консервированных фруктов или чего-нибудь еще?
Ее брови сводятся вместе, и она падает на задницу, кряхтя, держась за живот.
— Ты имеешь в виду банки возле палатки? Дамы подарили нам их.
— Какие дамы?
Расправив плечи, она отводит от меня взгляд и вздыхает.